Последний звонок. call центр - Nosachev Vitaliy - Страница 10

Раздался короткий звук входящего вызова.

Не современный сигнал.

А один-единственный металлический звонок.

Дзынь.

Марина закрыла глаза.

— Значит…он уже внутри.

Марина не двигалась.

Её взгляд был прикован к старому кнопочному телефону.

Казалось, она ждала, что экран загорится сам.

Он оставался чёрным.

Но это почему-то не успокаивало.

Артём сделал шаг ближе.

— Кто… внутри?

Она медленно подняла на него глаза.

— Не кто.

— Тогда что?

— Не сейчас.

Голос её оставался спокойным, но правая рука едва заметно дрожала.

Марина быстро спрятала телефон обратно в ящик.

Заперла его на маленький ключ.

Ключ положила в карман.

И только после этого глубоко вдохнула.

— Идём.

— Куда?

— К Орлову.

Коридоры «Омеги» вечером выглядели иначе.

Большинство кабинетов уже опустело.

Свет горел лишь в нескольких окнах.

Уборщица медленно протирала пол.

Двое инженеров что-то обсуждали возле серверной.

Если бы не напряжённое лицо Марины, Артём решил бы, что рабочий день закончился совершенно обычно.

Когда они подошли к кабинету Орлова, дверь уже была открыта.

Будто он ждал их.

Дмитрий Сергеевич стоял у окна.

Пиджак висел на спинке кресла.

На столе лежали несколько раскрытых папок.

И тот самый белый конверт, который получил Артём.

— Проходите.

Он не обернулся.

Марина закрыла дверь.

— Дмитрий Сергеевич…

Он поднял ладонь.

— Сначала вопрос.

Она замолчала.

— Звонок слышали оба?

— Да.

— Источник?

— Не определили.

— Телефон?

— Нет.

— Старый коммутатор?

— Нет.

Орлов наконец повернулся.

Посмотрел сначала на Марину.

Потом на Артёма.

— Значит, он начинает искать новый путь.

Эти слова прозвучали так буднично, словно речь шла о неисправном кабеле.

Но Марина побледнела ещё сильнее.

— Мы думали, после две тысячи шестнадцатого…

— Я тоже так думал.

Орлов устало снял очки.

Потёр переносицу.

— Ошиблись.

Артём больше не собирался молчать.

— Дмитрий Сергеевич.

— Да.

— Либо вы прямо сейчас начинаете говорить со мной честно… либо я увольняюсь.

В кабинете повисла тишина.

Марина резко посмотрела на него.

Но Орлов неожиданно улыбнулся.

Не насмешливо.

С уважением.

— Вот теперь я начинаю узнавать следователя.

Он сел за стол.

Медленно сложил руки перед собой.

— Хорошо.

Я отвечу.

Но только на три вопроса.

— Почему три?

— Потому что после четвёртого тебе станет слишком интересно.

— Договорились.

Артём сел напротив.

Достал блокнот.

Открыл чистую страницу.

Вверху написал:

Разговор с Орловым.

— Первый вопрос.

Что такое «Омега»?

Орлов молчал почти полминуты.

— Официально?

— Нет.

— Тогда…

«Омега» — это место, где собирают события, которые не смогли объяснить другие.

— Какие события?

— Любые.

Исчезновения.

Невозможные звонки.

Ошибки памяти.

Совпадения, которые перестали быть совпадениями.

Артём быстро записывал.

— Второй вопрос.

Почему именно колл-центр?

Орлов чуть наклонился вперёд.

— Потому что связь — первое место, где появляются аномалии.

Не только телефонная.

Любая.

Радио.

Интернет.

Спутниковые каналы.

Когда происходит что-то действительно необычное… оно почти всегда сначала оставляет след в системе связи.

Артём перестал писать.

Это звучало странно.

Но… не выглядело невозможным.

— И третий вопрос.

Почему выбрали меня?

Орлов долго смотрел ему в глаза.

Потом медленно открыл верхний ящик стола.

Достал тонкую серую папку.

Положил перед Артёмом.

На обложке было написано:

Кандидат № 33

— Потому что… мы тебя не выбирали.

Артём нахмурился.

— Тогда что это?

Орлов медленно подтолкнул папку к нему.

— Открой.

Внутри лежал всего один документ.

Пожелтевший.

Отпечатанный на пишущей машинке.

Дата в верхнем углу заставила Артёма замереть.

12 октября 1997 года.

За четыре года до его рождения.

Внизу страницы была короткая строка.

При появлении кандидата № 33 немедленно принять в Отдел. Подготовку начать заранее.

Подписи не было.

Печати тоже.

Только номер.

33.

Артём медленно поднял взгляд.

— Это невозможно.

— Согласен.

— Кто это написал?

Орлов покачал головой.

— Если бы я знал… мне было бы гораздо спокойнее жить.

В кабинете снова воцарилась тишина.

За окном продолжал идти дождь.

Артём ещё раз посмотрел на документ.

Потом — на дату.

Потом — на своё имя.

Следователь внутри него впервые столкнулся с уликой, существование которой не укладывалось ни в одну известную ему версию.

Он аккуратно закрыл папку.

И впервые за много лет записал в блокнот фразу, которую ненавидел больше всего.

Версия отсутствует.

Орлов молча забрал папку.

Очень аккуратно.

Будто держал в руках не старый документ, а вещь, которая могла рассыпаться от неосторожного движения.

Он убрал её обратно в ящик стола и повернул ключ.

Щёлк.

— Эту папку нельзя выносить из кабинета.

Артём кивнул.

— Но она настоящая.

— Да.

— Бумага настоящая.

Чернила настоящие.

Возраст документа тоже настоящий.

— Да.

— Значит, кто-то четыре года до моего рождения…

Орлов поднял ладонь.

— Стоп.

Не торопись с выводами.

Следователь никогда не должен влюбляться в первую версию.

Артём усмехнулся.

— Это мой преподаватель говорил.

— Хороший был преподаватель.

— Был.

Они ненадолго замолчали.

Потом Орлов неожиданно спросил:

— Сколько нераскрытых дел ты оставил после увольнения?

Вопрос оказался настолько неожиданным, что Артём не сразу ответил.

— Семь.

— Неплохая память.

— Такие вещи не забывают.

Орлов медленно покачал головой.

— Ошибаешься.

Забывают.

Иногда даже слишком хорошо.

Он подошёл к книжному шкафу.

На нижней полке стояли толстые серые папки.

Без названий.

Только номера.

17.

18.

19.

20.

Орлов вытащил одну из них.

Положил на стол.

— Это не секретный материал.

Можешь посмотреть.

На обложке было написано:

Инцидент № 81

Дата: 17 ноября 2016 года.

Артём открыл папку.

Внутри лежали фотографии.

Протоколы.

Схемы.

Распечатки телефонных соединений.

Самое обычное следственное дело.

Он быстро просмотрел несколько страниц.

Потом остановился.

— Подождите…

На фотографии был изображён пустой перекрёсток.

Полицейская лента.

Разбитый светофор.

И группа следователей.

Один из них показался Артёму знакомым.

Он присмотрелся.

Сердце забилось быстрее.

Это был Игорь.

Его напарник.

Живой.

Смеющийся.

С кружкой кофе в руке.

Фотография была сделана за три года до официального знакомства Артёма с ним.

— Что-то не так? — спросил Орлов.

Артём молча протянул ему снимок.

— Этот человек.

— Да.

— Это мой напарник.

Орлов спокойно посмотрел на фотографию.

— Возможно.

— Не возможно.

Точно.

— Тогда почему он здесь?

Артём перевернул снимок.

На обороте аккуратным почерком было написано:

Следственная группа № 4.

Ниже перечислялись фамилии.

Пять человек.

Фамилии Игоря среди них не было.

Он снова посмотрел на снимок.

Игорь стоял там.