То-Рек. Охотник (СИ) - "Катэр Вэй" - Страница 8

— А теперь отойди… — сказал я, едва сдерживая улыбку. — И повтори моё заклинание. Если, конечно, запомнил.

Вел торжественно сделал несколько шагов назад, нахмурился, даже глаза прикрыл, вспоминая, после чего выставил перед собой обе руки и важно произнёс:

— Фигня война… главное манёвры!

Я едва навалился на рычаг — совсем немного, даже не пытаясь сдвинуть камень всерьёз, просто для проверки. Глыба глухо хрустнула, чуть приподнялась и медленно качнулась вперёд. Вел охнул, а его глаза стали размером с хорошие лесные орехи.

— Я… — выдохнул он, ошеломлённо переводя взгляд с глыбы на собственные дрожащие пальцы. — Это… я сделал?

Всё, меня окончательно прорвало. Я согнулся пополам от смеха, потому что ну невозможно было спокойно смотреть на эту счастливую физиономию.

— Физика, друг мой… — выдавил я сквозь хохот. — Великая богиня науки… — Она помогла? — испуганно и восторженно уточнил Рыжий, заглядывая мне в лицо.

— Конечно.

— Значит… это она сделала камень лёгким?

Я снова заржал. Нет, так я действительно когда-нибудь умру — не от саблезубого тигра и не от голода, а от смеха. «Хватит, Егор… Хватит ржать… Он ведь сейчас абсолютно серьёзен. Для него это не шутка.»

Кое-как успокоившись и вытерев выступившие слёзы, я бросил: — Ладно, пошли дальше. У нас ещё два таких подарочка для незваных гостей остались.

Я уже собрался идти выше по тропе, но Вел продолжал стоять возле валуна, словно увидел настоящее чудо.

— Эй! — подняв маленький камешек, я легонько бросил ему в плечо. — Проснись. Замёрзнешь.

Он вздрогнул и перевёл на меня совершенно потерянный взгляд.

— Чего застыл? Пошли дальше шаманить, вон ещё два булыжника нас дожидаются.

Рыжий просиял так, словно ему только что подарили новое копьё, догнал меня через несколько шагов и неожиданно заговорил совсем тихо, так, чтобы никто больше не услышал:

— Ха-Рук…

— М? — Почему ты учишь меня?

Я удивлённо посмотрел на него.

— Барк сказал… я никчёмный, — он опустил глаза. — Настоящий шаман из меня не получится. Только лекарем смогу стать… если очень стараться.

Немного помолчав и снова посмотрев на свои ладони, он добавил:

— А сейчас… У получилось… Ты же видел? Камень пошевелился. Он стал лёгким? Я сделал его лёгким?

Я снова прикрыл лицо ладонью, и мои плечи предательски затряслись.

— Ха-Рук… — Вел осторожно положил руку мне на спину. — Ты плачешь?

— Нет… — мотнул я головой, с трудом сдерживая новый приступ смеха. — Не плачу…

«Ох, Рыжий… Не доведёшь ты меня до добра…»

Он облегчённо выдохнул, но потом вдруг насторожился:

— Ха-Рук… А богиня Физика… она добрая? Или как Чёрный Бог? Какие дары она любит?

Я молча сел прямо на тропу и похлопал ладонью рядом. Вел тут же плюхнулся рядом и весь превратился в слух, уже понимая, что сейчас Великий шаман будет делиться мудростью.

Подняв с земли камень, я начал объяснять:

— Смотри. Если его нагреть в костре и бросить в воду — получится горячая вода. Хорошо?

— Хорошо, — кивнул он.

— А если взять этот же камень голой рукой?

— Обожжёшься, — тут же отозвался Вел.

— Вот именно, — я покрутил камень между пальцами.

— Сам камень не плохой и не хороший. Всё зависит от того, кто и как им пользуется. Так и со всем остальным. Нет плохих вещей. Есть дурная голова. Богиня Физика учит думать. Понимать. Использовать вещи правильно. Если голова умная — она помогает. А если дурная…

— Навредишь себе… и другим? — неуверенно закончил он за меня.

— Именно.

Рыжий серьёзно закивал, а потом осторожно спросил:

— А дары?

— Какие ещё дары? — до меня не сразу дошло о чём он спрашивает.

— Ну… что ей приносить?

Я постучал пальцем себе по лбу.

— Вот это.

Он недоумённо моргнул.

— Мудрость. Чем умнее становишься — тем охотнее она тебе помогает.

Вел долго чесал затылок, после чего выдал:

— Странная богиня… Но мне нравится. Я хочу ей служить. Ха-Рук, а то заклинание… Оно только камни двигает?

— Нет. Универсальное. На всё работает.

— Уни… — Вел честно попытался повторить. — … верс… — поморщился и махнул рукой. — Не могу.

Я ободрительно хлопнул его по плечу:

— Научишься. Ты и так молодец, столько новых слов уже выучил. Даже Барк знает меньше.

Рыжий вдруг очень серьёзно посмотрел мне в глаза, сжал кулак и прижал его к груди:

— Спасибо… друг.

Про «друга» мы с ним разговаривали буквально сегодня, чуть раньше. Я тогда совершенно машинально назвал его другом — для меня это было обычное слово, а Вел после этого минуты две стоял с очень серьёзной физиономией, что-то напряжённо обдумывая, пока наконец не заявил, что тоже считает меня своим другом и готов прикрывать мне спину и делиться мясом. Похоже, для него это было что-то вроде клятвы. Честно говоря, такой друг дорогого стоит.

— Ну что? — улыбнулся я. — Пойдём ещё пару сюрпризов для чужаков приготовим?

Вел расплылся в хищной улыбке:

— Пойдём. Будем шаманить.

А потом мы взялись за маски и накидки.

Теперь нам с Велом помогала Нэра, а Барк снаружи присматривал за детьми, которые собирали мох, съедобные грибы и коренья. Хвороста они тоже натаскали на совесть — целых три здоровенные кучи. Одну сложили в нашей пещере, ещё две — на ритуальной площадке под каменным карнизом.

Вообще, мелкие меня всё больше удивляли. Я ещё ни разу не видел, чтобы они просто слонялись без дела. Двойняшки постоянно что-то таскали, собирали, сортировали. Они впахивали наравне со взрослыми. Здесь иначе, похоже, просто не выживают.

Для шитья шкур я соорудил нечто вроде вязального крючка. Из дерева.

Нашёл подходящую ветку с крепким сучком, обрезал всё лишнее, обжёг, заточил, снова обжёг, ещё раз подправил остриё. Конечно, до костяного ему далеко, а про железный и говорить нечего. Зато делается за считанные минуты.

Когда я показал Нэре, как этим крючком протягивать жилу через отверстия и сшивать несколько маленьких шкурок в одну большую, девушка пришла в настоящий восторг. И сразу принялась экспериментировать сама.

Маски сделали из толстых кусков коры. Вырезали прорези для глаз, украсили их перьями, мелкими косточками, разрисовали углём. Потом Нэра принесла сок какого-то растения.

— Красиво, — сказала она.

Сок оказался ярко-оранжевым и после высыхания совсем не тускнел.

Она объяснила, что этой краской расписывают лица и тела мужчины с женщиной перед обрядом соединения.

Ну… если перевести на современный язык — свадебный макияж.

У нас, конечно, свадьба не намечалась, но для создания образа злого духа средство подходило идеально.

Потом Нэра принесла сушёную веточку бузины, раздавила между пальцами тёмную ягоду плюнула на пальцы, растерла и показала мне густой фиолетовый сок.

— Красиво…

— Полностью согласен, — кивнул я. — Будет красиво. Очень. До дрожи.

Через пару часов первый комплект был готов.

Я накинул шкуру на плечи, натянул маску и медленно повернулся к Нэре.

Девушка застыла. Лицо её мгновенно побледнело. Она даже дышать перестала.

Есть контакт.

Значит, костюм работает именно так, как я рассчитывал.

Правда, в следующую секунду Нэра очень осторожно потянулась к дубине.

— Эй-эй… спокойно. Это я. — Я тут же сорвал маску. — Нэра. Смотри. Это просто кора. Мы же сами её только что делали.

Нэра несколько раз моргнула, недоверчиво посмотрела на меня, потом осторожно взяла маску в руки, покрутила её, изучая со всех сторон. После чего… приложила к своему лицу.

И именно в этот момент в пещеру ввалились дети.

— А-А-А-А!!! — Таш так завизжала, что у меня в ушах зазвенело. Корзина с грибами вылетела из её рук, и всё содержимое разлетелось по полу.

— А-А-А!!! — Следом заорал Тин.

Но, к моему удивлению, не бросился убегать. Вместо этого он схватил стоявшее у стены копьё Вела — которое было раза в три выше него самого, — с трудом поднял его и, дрожа всем телом, наставил наконечник на «чудовище».