Ведьмочка в Академии Магов 3 (СИ) - Гринберга Оксана - Страница 2

- Скоро! – заявило мне Око.

Дальше сны у меня были всякими-разными, полными радужных надежд и волнительных ожиданий, которыми меня и придавило под самое утро. Потом, конечно же, оказалось, что придавило меня вовсе не надеждами, а «безутешными» собачками, рискнувшими ослушаться и залезть в мою кровать.

- Вон! – не открывая глаз, приказала я им, и церберы послушно покинули постель.

Кажется, за ними пополз на свой стол еще и Колюч, тоже придумавший ночевать вместе со мной. Но я решила не злиться… Вспомнила о здоровом цвете лица без косметических ухищрений и поэтому стоически проспала еще целых два часа.

А то и все три.

Но мы могли подольше понежиться в кроватях, потому что занятия в Академии Магов Альтариса сегодня были отменены – как и завтра, а потом и почти на целую неделю вперед.

Все пребывали в волнительном ожидании.

Нет, не из-за того, кто станет новым деканом факультета Некромантии, если Дарий Велвуд – Дарк Валларх – не вернется из Лабиринта. Или же чем закончатся разбирательства Магического Контроля с Маделин Хаес, отстраненной от должности до окончания разбирательства и вынесения вердикта.

Дело было в том, что уже завтра мы ждали у себя гостей Все-Магических состязаний. Прибывшие в столицу команды собирались заселить в пустовавшие коттеджи для преподавателей академии.

Поэтому с самого утра с той стороны до наших ушей доносился оживленный стук молотков. Иногда кто-то из плотницкой бригады разражался гневными тирадами, преисполненными такого мастерства владения ругательным языком, что хоть бери и записывай!..

Но блокнота и чернильницы у меня с собой не было, так что записывать я ничего не стала. Зато у меня имелось кое-что другое, выпрошенное в столовой после завтрака – целых два ведра «гостинцев» из отходов, которые я решила отнести своим питомцам.

Говорят, мы в ответе за тех, кого приручили.

И пусть я не собиралась брать на себя дополнительную ответственность, но каким-то непостижимым образом приручилась к яйцекусам сама. И теперь принесла им угощение, спокойно вошла в их вольер, уверенная, что они не причинят мне вреда.

- Ешьте, – говорила я кусачим ящеркам, высыпая в пустые корытца раздобытую для них еду. – Бедняжки, вы совсем изголодались! Не кормит вас этот злыдень, хотя он мне обещал!..

«Бедняжки» дружно щелкали зубастыми пастями, уплетая угощение, а «злыдень» – то есть смотритель зверинца – как раз с кем-то оживленно переругивался, и это была даже не я.

До меня то и дело доносились его гневные реплики.

- За такую зарплату я вам не нанимался… Сами здесь работайте! У меня все подсчитано и записано, так что ничего другого на мою шею вешать не надо! Вот: горгульи каменные – четыре штуки. Виверны хищные – две твари. Зверье дикое и кусачее – целых семнадцать…

- Это он про вас, – заявила я, принявшись гладить наевшихся яйцекусов по головам и спинкам, потому что они облепили меня со всех сторон, лезли на колени, иногда кусая друг дружку за лапы и хвосты, чтобы расчистить себе место поближе к моим ласкам.

В общем, смотритель грозился уволиться, если ему немедленно не повысят зарплату. А причина его дерзости была в том, что в пустующие вольеры завтра должны будут добавиться постояльцы, привезенные другими командами.

- За ваши мизерные подачки, которые вы называете зарплатой… Так вот, я этим заниматься не стану! – заявил он в сердцах, а больше я его не слушала.

Потому что этим утром привычно вплела в косу розовую и красную ленты. Одна из них была подарком Рурха, и мы использовали ее для связи.

Прощаясь с яйцекусами, я почувствовала, что упыри хотят со мной пообщаться. Причем как можно скорее – они надеялись кое о чем меня попросить до момента, когда придет время собираться на бал и я стану занята.

- До завтра, – заявила я зубастым питомцам, после чего вышла из вольера, заперла его на замок и отправилась на кладбище, по дороге прислушиваясь к ругани смотрителя и голосам плотников.

Уже скоро я лезла в заросли рододендронов, потому что в дневное время с Высшей нежитью мы встречались именно там. Но еще по дороге почувствовала подвох…

Вернее, я уловила его запах.

Сперва он аккуратно постучался в мой нос, будто проверяя, готова ли я выдержать его присутствие. А потом буквально вышиб дверь в моем разуме, расположился и начал там жить.

Мне казалось, что я приближалась к оружию массового поражения. Внутренний голос вопил, что мне стоит развернуться и ползти обратно – можно даже не разворачиваться, а пятиться назад! – потому что ведьмочки не живут в столь вонючей среде.

Но я упрямо двигалась вперед.

Опять же, думала о том, что мы в ответе за тех, кого приручили, поэтому мне нужно выяснить причину этого ужасного запаха и спешной просьбы упырей с ними встретиться.

Неужели у них… кто-то умер?!

Хотя нет, они давно уже все мертвы!

- Что это еще такое?! – прохрипела я, моргая слезящимися глазами.

Потому что увидела всю честную компанию, с довольными лицами сидевшую перед свертком, который испускал подобный мерзотный запах.

- Это мухараша, – с важным видом произнес Ангх.

- Наконец-таки она созрела, – покивав, добавил Рурх.

Я сделала вдох, собираясь уже спросить: какая такая к демонам мухараша?!

И это была моя серьезная ошибка. Почти смертельная.

Потому что я принялась мучительно кашлять, да так, что еще долго не могла остановиться. Даже подумала, что, наверное, меня постигнет та же самая участь, что Маделин Хаес, которую тошнило два дня подряд.

В ее случае во всем была виновата она сама, тогда как в моем…

За что мне такое?! Вернее, что это за мухараша?

Оказалось, упыри провозились с ней довольно долго, и она вышла на загляденье как хороша. Даже идеальна.

И теперь они хотели, чтобы я передала их подарок вместе со словами вечной преданности их побратимам с кладбища, которое за часовней у восточного крыла королевского дворца, потому что самим им туда не попасть.

А я как раз отправляюсь на бал Открытия.

Услышав такое, я чихнула, икнула и кашлянула одновременно. Они что, шутят?!

Судя по выражениям их лиц – нет.

- Это важно, – с достоинством сообщил Ангх.

- Очень, – подтвердил Рурх.

- Крайне, – добавил третий, Иргх.

Я давно знала их всех по именам и уже начала запоминать не только дни рождения, но еще и дни упокоения, которые Высшая нежить отмечала с доступной им пышностью.

Тут-то я стала догадываться…

- Погодите, эта ваша мухараша – она… То есть оно – это подарок на день упокоения кому-то важному?

И ни в чем не ошиблась – этот «важный» оказался королевской крови, которая давно уже в нем не текла. Целых две сотни лет, потому что сегодня у него считался юбилей упокоения.

Но дело было вовсе не в бывших королевских регалиях, а в уважении, как заверила меня местная Высшая нежить.

После чего они еще раз попросили выполнить их просьбу.

Делать нечего, и вот я уже бреду от кладбища к зданию факультета с… мухарашей, завернутой в вощеную бумагу и перевязанную ленточкой. Красной, одной из тех, которые я когда-то подарила Ангху.

Мухараша – я отказалась даже узнавать, что это такое, побоявшись, что это разрушит мой разум… В общем, она немного шевелится внутри свертка и при этом отчаянно воняет.

- Прекрати! – не выдержав, заявила я. – Твой запах настолько сногсшибательный, что, пожалуй, я все-таки отнесу тебя обратно.

Мухараша замерла, и… запах тоже исчез.

- Так-то лучше, – заявила я ей. – Вернее, так и лежи и не подавай признаков жизни до самого момента вручения подарка.

А затем я увидела Сайруса, шагающего ко мне навстречу по дорожке. Его не было за завтраком – по крайней мере, в то время, когда в столовую пришла я, – так что мы не встречались со вчерашнего вечера.

Кажется, он был рад меня увидеть. Заодно его посетили приятные воспоминания – я увидела это по его лицу. Наверное, о том, как он поцеловал меня перед последним отборочным туром и я не слишком-то возражала.