Утопающий во лжи 19 (СИ) - Жуковский Лев - Страница 1

Annotation

Свет изранил его душу, пытаясь неумело излечить ее, но лишь ярость все сильнее разгоралась в его сердце, ведь он никогда не забывал тех, кого поклялся защищать ценой своей жизни. И нет той силы, что остановили бы его в этой мести.

Утопающий во лжи 19

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 11.1

Глава 12

Глава 12.1

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Эпилог

Эпилог

Эпилог

Эпилог

Утопающий во лжи 19

Глава 1

Светоносный прорыв. Старик Ирчин

Лев Жуковский.

Утопающий во лжи. Книга 19. Мир Сейлоста, место рождения новой реальности.

Глава 1. Светоносный прорыв. Старик Ирчин.

Положение стабилизировалось. Не сразу, разумеется. Подобные процессы вообще редко происходят быстро, если не считать тот случай, когда под словом «стабилизация», как любила говорить словами лозунгов ее корпорации Телиостра Лея Фрет, подразумевается полное уничтожение всех противоборствующих сторон. К сожалению, столь простой и действенный метод сейчас мне не подходил.

Поэтому приходилось действовать постепенно. Осторожно. Почти незаметно.

На всех направлениях небольшие группы моих подданных, возглавляемые старшими офицерами, готовили полноценный плацдарм для будущего вторжения. Они занимали отдалённые поселения, брали под контроль шахты, торговые пути и производственные кластеры, возводили укрепления и набирали новых солдат.

На фоне огромного населения мира Сейлоста их деятельность почти не привлекала внимания.

Несколько тысяч чужаков терялись среди сотен городов и десятков, даже сотен миллионов хуманов. Осколок мира слишком долго блуждал в Бездне, чтобы появление очередной группы иномирцев стало событием действительно значимого масштаба.

Пришельцы здесь никого не удивляли, из числа властной верхушки, конечно. Их опасались. За ними следили. Иногда пытались обмануть, ограбить или подчинить. Но само их существование воспринимали как ещё одно последствие жизни в мире, чьи границы давно истончились. Правда сами рядовые хуманы думали, конечно, иначе, из-за морока, наведенного на их разумы. И не о каких вампирах или демонах не подозревали.

Опять же, мои офицеры не торопились объявлять о новых порядках. Они сохраняли старые названия должностей, оставляли чиновников на местах и не требовали публичного поклонения Великому Ирч’Ину. Даже налоги поначалу собирали по прежним законам и положенную часть отчислений направляли выше, лишь незаметно изменяя направление потоков ресурсов от новых и захваченных производств.

Местные хуманы видели новые патрули. Безопасные дороги. Возвращение воды в пересохшие резервуары. Исчезновение банд, десятилетиями державших в страхе целые кварталы крупных городов. При том что под шлемами новых доспехов, они часто уже не узнавали тех самых бандитов, ставших на стражу их же безопасности. Но разве это было важно?

Да и большинство простых жителей мира Сейлоста не знали, что за существа скрываются под закрытыми забралами шлемов. Ведь использовать Системную справку не так просто, когда бойцы пролетают на тяжелых боевых платформах на полной скорости.

Тем более, для большей части населения был виден именно конечный результат, влияние, конкретно на их жизни. И им этого было достаточно.

Смертных редко интересует, кому в действительности принадлежит власть, пока им позволяют жить, растить детей и не бояться, что их очередной ночью перебью окуренные наркоманы ради развлечения и сожгут их дома после этого. А если новая власть ещё и оказывается полезнее прежней, то недовольство быстро превращается в осторожное одобрение.

Особенно если правильному выводу немного помочь.

И для этого, сознания значимых фигур были изменены. Где-то хватало лёгкого воздействия: убрать излишнюю подозрительность, усилить уже существующую симпатию, заставить чиновника заметить очевидную выгоду от сотрудничества. В других случаях требовалось серьёзнее исправлять память и отношение к моим офицерам.

Я не превращал их в безвольных рабов. В этом не было необходимости. Раб, неспособный самостоятельно принимать решения, полезен лишь при выполнении простейших приказов. Для управления городом, фабрикой или торговым домом требовалась личность, со знаниями, опытом, и что главное амбициями и пониманием местных порядков.

Поэтому я сохранял их разум. Лишь убирал самые опасные мысли. Желание предать. Попытки тайно связаться с центральной властью. Надежду дождаться удобного момента и нанести удар в спину.

Ведь на первых порах следовало исключить даже тень возможной измены. Позднее, когда новые порядки укоренятся, а сотрудничество начнёт приносить ощутимую выгоду, столь пристальное наблюдение за частью руководства уже не понадобится с моей стороны.

Впрочем, далеко не везде приходилось воздействовать на сознание.

Часть вопросов решал банальный подкуп. Кредиты, очки Системы, редкие артефакты, лечение и возможность повысить Живучесть до невообразимых для них величин, убеждали смертных ничуть не хуже сложного ментального плетения. Иногда даже лучше, поскольку жадный хуман, уверенный, что обманул нового владыку и выгодно продал свою верность, служил значительно усерднее зачарованного.

Он защищал не чужие интересы. Свои. А значит, действовал искренне.

Впрочем, не все сознания на этот счет были со мной согласны. И частично из-за того, что внедрение источников истинного света в души важных для меня руководителей, в какой-то мере, как раз и превращало их в рабов. Пусть не моих, но рабов истинного света. И с каждым днем мои закладки в их разумы становились лишь ненужными ментальными конструкциями, которым уже было не суждено сработать.

Но тут я был честен, как перед своими верующими, так и перед самим собой, разделяя эти тенета рабства света с ними наравне. Борясь с этим незаметным влиянием. Все же мы либо вместе сможем найти выход из этих рабских оков, либо посвятим свои жизни вечному служению. И эта бескомпромиссность, она придавала мне сил, как и сотни тысяч преданных мне верующих. Пусть они не знали об этой борьбе, но именно они придавали мне сил сражаться до конца.

Но этот малый спор в моих разумах, по поводу позиции и отношения к рабству, да и самому понятию, что это такое на самом деле, а также к моим новым возможностям по изменению памяти простых существ, казалось, не прекращался никогда, и как мне виделось тут не было единственно правильного ответа. Да и как не жаль, перед лицом этого вопроса, я был абсолютно одинок, и никто не мог мне подсказать нужного решения, и тех границ, которые я должен был бы соблюдать. Казалось, что их и вовсе не было. Ну или часть моих внешних разумов, уже подвергшихся необратимым изменениям от влияния света лишь, пытались убедить изолированные сознания в том, что в служении свету, в стремлении добиться истинной силы нет никаких рамок, за которые нельзя было бы переступить, чтобы достигнуть наивысшего результата.

Впрочем, подобные мысли вызывали в моем истинном сознании, неприятные ассоциации с глубинными разведчиками лорда Асхока, которые давно забыли хоть о каких-либо рамках. Как и сам Антерос…

Так вот. В основном мои офицеры шли мирным путём. Что позволяло еще меньше привлекать к себе внимание.

Леур занимался развитием Порфоса. Улер превращал разрозненные шахты и плавильни в единый укреплённый кластер. Лея Фрет расширяла влияние через торговлю и лечение, а Тхагаси одним своим присутствием заставлял местных архонтов относиться к её предложениям с должным вниманием. Тогда как Мареш, Елар и Омстрел были заняты не менее важными направлениями, налаживая жизнь в отдаленных городах, практически на границе континента Техоль. Что, впрочем, у них получалось не хуже моих остальных верных подданных. Особенно проявили себя Миртус и Тикас, сумев даже превзойти Мериозода с его волколаками, нагнав жути на местную власть так сильно, что мне даже почти не пришлось вмешиваться в их разумы. А с группами воинствующих банд аборигенов они путем внушений и небольшого вредительства их здоровью, частичным отрыванием пальцев, добились полного подчинения. Впрочем, ядра истинного света я все равно новым воинам моей армии внедрил.