Школьные Воины (СИ) - Булл Сергей - Страница 22

Конечно, я прекрасно понимал о чём она говорит. Но что мне ещё оставалось делать? Только строить из себя… Хва Джина нового и теперь единственного настоящего. Пусть привыкают.

— Вот. Я об этом. Слишком долго смотришь на меня. Кажется, но разве ты не первый раз сказал нуна?

Я не был уверен. Эти корейские словечки, да и вообще вся речь она воспринималась у меня как-то странно. Был лёгкий внутренний диссонанс. Мой родной язык русский, я знал ещё несколько распространённых. Тот же английский. Работать приходилось в разных странах.

А вот корейский я не знал, по крайней мере, раньше. Зато сейчас говорил на нём свободно и уже читал. Но… сам особо не понимал как. Знания слились с моим сознанием, и внутри я всё ещё продолжал думать, но не на русском, а словно русскими привычными конструкциями. И это было чертовски странно.

— Вот опять. У тебя точно всё в порядке? Ой. Ну, да. Прости, — Со Ён подлезла ко мне и обняла. — Прости Хва Джин. Я понимаю, что у тебя амнезия. Ну, настолько насколько я могу понять.

Это вызвало некоторое напряжение во мне. Сейчас для меня мы чисто технически были братом и сестрой. Но не эмоционально. И её близость. Запах. Лёгкий аромат цветочного шампуня. Алкоголь.

Со Ён отстранилась и закинула голову на спинку дивана, уставившись в потолок.

— Да и во что мы вляпались, — это был не вопрос и даже не утверждение, а просто мысли в слух. — Ащщ. Ни хрена не понимаю.

Короткая пауза, повисшая в воздухе.

— К дьяволу! — она протянула мне стакана. — Выпьем?

— Нет. Не лучшая идея в моём состоянии, — отодвинул спиртное. — Лучше расскажи про нас. Честно, мне слабо верится, но, может, я хоть что-то вспомню.

Со Ён опять уставилась в потолок. Потом озорливо посмотрела на меня.

— Да какая разница, какие наши отношения были раньше, — и тут же нахмурилась сама на себя. — Знаешь. Ладно. Скажу честно. Не самые лучшие.

— Ты же уже всё понял?

— Мы не родные. А точнее, единоутробные.

Я это предположил ещё, когда Ын Джон назвала её полным именем. У матери фамилия Чо, а у неё Чан. Сначала подумал, что послышалось. Или может, мать оговорилась.

— В точку. Ты, Хва Джин, никогда дураком не был. Хоть и в учёбе не самый сильный. Тебе вечно скучно было.

— А в спорте? — меня больше интересовало это сейчас.

— В спорте? Хм. Ну там всё сложно. Ты даже в детстве занимался единоборствами. Но потом… — она задумалась. — Что-то произошло. И мать резко стала против.

— Что произошло?

— Да говорю же «что-то», — пожала плечами она, прижимая ноги к груди. — Я же только в тринадцать лет в Сеул приехала. И мы с тобой не очень-то ладили. Здесь уместно было бы сказать, прости. Но для тебя эти слова всё равно сейчас ничего не значат. Да и не факт, что ты вообще запомнил то время. Короче. Лет в десять или одиннадцать ты окончательно бросил. Единоборства. Потом был другой спорт, но тебе он не очень-то нравился. Бег. Баскетбол. Видел у тебя в школе. Но у тебя даже медали были.

Она замолкла и немного отпила соджу.

— Ну, как есть контакт?

Я улыбнулся краем губ.

— Если с моими воспоминаниями? То нет. Но спасибо за информацию. А почему мы не ладили?

— Эх, — смутилась Со Ён. — Не хотела говорить. Вот и предложила своё «прости». Дела-то минувшие.

Я даже рассмеялся. А она мне начинала нравиться… как человек.

— Интересно же, зачем вообще говорила, — я сделал голос мягким, и на удивление вышло неплохо.

— Ну ничего себе. Это кто у нас проснулся? — она уставилась на меня. — Такой голос приятный. Тебе может айдолом стать? Попрактикуешься немного. Как раз в школу Генним мама тебя пристроит.

— Это ещё под вопросом, и не хочу айдолом. Не думаю, что петь это мой путь.

— Ишь ты как заговорил. О пути он задумался. Может, тогда актёром или моделью? Ты же высокий.

— Нуна, а не уходишь ли ты от моего первоначального вопроса?

— Вот. Вот. Я про это и говорю, — Со Ён ткнула в меня пальцем. — А раньше бы ты так не сказал. Паршивец.

— Отвечай, — я опустил её последнее слово и посмотрел на неё, выдержав паузу, добавил: — Пожалуйста.

— Звучит как угроза, а не просьба, — вздохнула она. — Да, что там рассказывать. Ну ты же был мелким. Тебе… Так нам сейчас тебе же семнадцать?

Я смотрел на неё молча.

— Ну да. А мне, двадцать три?

— Даже свой возраст не знаешь?

— Ащщ, — она стала серьёзной и уставилась на пол. — Ну допустим. Тогда, что получается? Разница у нас в шесть лет.

— Мне было семь, — я уже посчитал.

— Говорю же умник. Ну вот и сам посуди. Мелкий сопляк и девчонка из провинции. А с этими родительскими переездами. С учёбой у меня не всё так гладко было. Зато я хороша в спорте. Кое-как меня пристроили и приходилось потеть в школе. Учёба. Тренировки. Репетиторы. Жесть, короче. И ты ещё за мной хвостиком бегал. Нуна. Нуна то. Нуна это. Мы же не родные. Бесил. Получал иногда. Но не кулаками, конечно, хотя бывало и ими. А больше словами.

— А дальше универ. На Сеул не хватило, — заполни её долгую паузу своими догадками.

— Ну, если совсем просто, то да. Но сам понимаешь, там не так просто всё было.

— Хорошо. Тогда у меня такой вопрос. Возможно, не по адресу. Но вдруг ты что-то знаешь. Где мой отец?

— Не знаю. Я его не видела. Мать о нём почти ничего не рассказывала. Но то, что есть ты, как бы говорит о её чувствах. С моим папой она не захотела второго ребёнка. Здесь ты прав. Не по адресу, — она повернулась в сторону маминой комнаты. — Но не думаю, что ты получишь ответ.

— Ладно. Хва Джин пойду я. Спать охота. А мне ещё Джи Хён звонила. Наверное, решила меня довести… своим хвастовством. У меня новый айфон. А ещё мне машину купили. Как будто я не захожу в соцсети. Я ей покажу завтра, напомню её место, — Со Ён встала, сжимая кулак, а потом повернулась ко мне и потрепала по голове. — Слушай. Я вот чего хотела сказать, а ты меня разговорил и чуть не забыла.

Она опустилась на уровень моих глаз. Её лицо стало таким жалобным, аж гипертрофированно. Из глаза покатилось несколько слёз.

— Ты же простишь свою нуну. Я теперь буду хорошей. И если что, кого хочешь поколочу!

— Ладно, иди уже.

Её лицо резко изменилось, она хлопнула меня по плечу. Рука у неё оказалась тяжёлой.

— Забились братец, — подхватив стакан, Со Ён двинула в комнату.

— Эй, бутылку забери, пьянь ночная, — она оставила после себя пустую бутылку на полу.

— Ты как со старшими разговариваешь, мелочь, — пробурчала она, продолжая медленно идти к двери, картинно шатаясь.

— Нуна. Не игнорируй меня.

Она продолжала идти, виляя своей соблазнительной задницей в коротких шортах. Но сейчас я её вообще не воспринимал как женщину. И уже, похоже, никогда не буду воспринимать. Потому что в моей голове проскользнула мысль «повезёт же тому, кому достанется нуна».

— Эй, тут ещё есть соджу.

— Где? — она в мгновения ока оказалась рядом со мной и подхватила бутылку.

— Убери, — попросил я.

— Какой ты противный, Хва Джин, — язык у неё заплетался уже по-настоящему. — Вот же вредный.

Она осматривала донышко зелёной бутылки с этикеткой «Сhamisul».

— Да тут же ничего нет.

— А ты попробуй, — предложил я.

Она наклонила бутылку и уронила пару капель в стакан.

— Я же сказал есть.

— Вот же паршивец! — она замахнулась на меня бутылкой, но я даже не шелохнулся.

— Забирай.

Она отнесла бутылку на кухню и бросила в ведро.

— Спокойной ночи! — махнула мне рукой, исчезая в моей комнате.

Я ещё недолго посидел в планшете.

Вспомнить сид-фразу от кошелька мне так и не удалось, зато нашёл подтверждение своей деятельности из прошлого. Не стопроцентный гарант, но хотя бы надежда есть. В голове я почти сразу придумал несколько десятков вариантов, как такое могло произойти. В смысле, что события одни и те же. Где я, естественно, выступал в главной роли.

Всё просто. От случайных обстоятельств до моего двойника, который также существовал в этом мире.