Своевольная невеста (СИ) - Силаева Ольга - Страница 13

– Но если я одену вашу сестру в подвенечное платье, посажу рядом с собой в карету с герцогским гербом и при всех назову своей женой, – Кейран понизил голос так, что я едва его слышала, – она будет чиста и уважаема в глазах всего света. И если кто-то посмеет вслух произнести что-то иное, его вздёрнут на ближайшем дереве, будь это хоть сам король. В отличие от Родерика, я не соблюдаю кодекс чести. Это мои земли, и здесь я караю и милую единолично.

Он коротко рассмеялся.

– Так что мой вам совет: интригуйте, считайте монеты и сплетничайте между собой сколько угодно, но леди Тиса – моя, пока я не решу иначе. И её репутация тоже. Вы меня поняли?

Молчание.

– Вы поняли меня, леди Камилла?

– Д-да, – хрипло прошептала моя сестра.

Раздался звон стекла и журчанье льющейся воды.

– Вы дурно выглядите. Выпейте воды, это вас успокоит.

– Я… н-не…

Кейран издал смешок.

– Да, не за этим вы пробрались в мою спальню, я понимаю. Идите к себе и ложитесь спать, леди. И помните наш разговор.

За дверью раздались шаги, и я метнулась за угол.

И как раз вовремя: мимо меня пробежала Камилла. Кое-как одетая, с растрёпанными волосами, она неслась по коридору, размазывая слёзы по лицу.

На миг мне стало жаль сестру. Но лишь на миг.

Камилла только что рассказала Кейрану, что я спала с принцем и могу быть беременна от другого. Кейрану, известному своей безжалостностью на войне!

«Если я захочу, леди Тиса вылетит из моего дома полуголой и опозоренной». Я сжала губы. Кажется, пора готовиться к побегу, пока его непредсказуемая светлость не сбрендил окончательно. Где там, говорите, лежит столовое серебро?

В желудке внезапно заурчало. Я так и не поужинала как следует, и сейчас собственное тело энергично напоминало мне об этом. Что ж, раз уж в столовой никого не осталось, перехвачу-ка я пару хрустящих булочек с корицей. Или хотя бы ломтик аппетитного дырчатого сыра. А если слуги не успели убрать со стола, то и несколько охотничьих колбасок с дальнего блюда, которых я так и не успела отведать. И утятины с ежевичным соусом, и хрустящего хлеба с чесночным маслом…

Лишь бы не растолстеть до полуночи.

В ночной столовой было тихо. Погашены были лампы, и сквозь открытое окно романтически стрекотали цикады.

Совсем скоро мне предстоит прогуляться по вечерней росе. Точнее, пробежаться.

Я уселась на стул и поёжилась. Может, ну его, это свидание с принцем?

Я вздохнула. Конечно, можно залезть под одеяло с головой и сделать вид, что ничего не происходит, но рано или поздно меня пинком выпнут из-под этого одеяла, потому что его светлости взбредёт в голову выгнать меня на улицу «полуголой и опозоренной».

Нет уж. Я решительно тряхнула головой, сооружая себе бутерброд с солёным сыром. Спасение беспамятных падчериц – дело рук самих падчериц.

– Да вы проголодались, я вижу, – раздался за спиной насмешливый голос герцога. – Похоже, к ночи у вас просыпается зверский аппетит.

Я вздохнула и обернулась.

Кейран был одет к ужину и чисто выбрит, управившись по-армейски быстро. И наверняка был зверски голоден, кстати. В отличие от меня, ему даже творога за столом не досталось.

– Думаю, вы и раньше спускались в кухню по ночам, чтобы никто вас не увидел, – заметил он. – Чтобы тихо поесть вдали от третирующих вас родственниц, например. Похоже, даже после потери памяти ваши привычки сохранились.

Я мысленно закатила глаза. Ну да, сбежала от третирующих родственников, чтобы наткнуться на третирующего герцога. Ещё и настроенного на сарказм.

Кейран прищурился.

– Хотя сейчас вы, пожалуй, действуете иначе. Даже устроились по-хозяйски.

– Если вы думаете, что я репетирую роль вашей жены, то жестоко ошибаетесь, ваша светлость, – парировала я. – Мне просто хотелось есть.

– А я, стало быть, вам мешаю.

Вообще-то действительно мешает, но я прикусила язык. Мешать голодному и уставшему хозяину дома сесть и поесть – на это даже злейший враг не решится. Сначала терпеливо дождётся, пока тарелка не опустеет, а уже потом подкрадётся со спины с кинжалом. По крайней мере, если это порядочный и благородный враг, а не абы кто.

Тем временем герцог рассматривал меня так пристально, что у меня холодок пошёл по коже. Он же только что получил в свою спальню полураздетую Камиллу и вдоволь полюбовался на её прелести! Зачем ему ещё и я?

– Мадам Шемон действительно постаралась, – заметил Кейран, оглядывая меня с ног до головы. – Похоже, мои домочадцы всерьёз сговорились женить меня на вас.

Я машинально оглядела изящное кружево на рукаве и шёлковую юбку. О да, моё прекрасное платье. Надо же, даже не помялось, пока я уносила ноги после подслушанного разговора.

– Я благодарна вам за кружева, ваша светлость, – произнесла я ровным голосом. – Вот только как ваша будущая супруга отнесётся к краже своего приданого? Я бы на её месте возмутилась.

Кейран усмехнулся.

– Значит, это останется нашей с вами тайной.

Я вскинула бровь. Кажется, это его первая шутка в моём присутствии. И пусть она была сказана без настоящей улыбки, чувство юмора Кейрану шло. Лёгкая усмешка вместо обычной мрачности, чёрные волосы в свете камина, насмешливый огонёк в глазах…

Но обманываться этой внезапной любезностью не стоило.

– А вы уже определились с невестой, ваша светлость? – светски поинтересовалась я. – Простите, что спрашиваю так прямо, но мои сёстры весьма… переживают.

Его светлость усмехнулся прежней холодной улыбкой.

– Да, это я заметил.

На его лице смешивались раздражение, усталость, недовольство… и что-то иное. Это он после разговора с Камиллой? Я-то думала, полуголые аристократки, напротив, распаляют воображение. Впрочем, лучше бы не распаляли. Мы наедине, в конце концов, и сейчас ночь.

– Не стоит благодарности, – бросил Кейран, кивнув на моё платье. – Дело не в вас, леди Тиса. Просто мне претит иметь плохо одетую девицу в своём доме.

– Тогда вы просто могли бы не мешать мне сбегать с принцем Гиллианом, – пробормотала я.

– Дать вам сбежать с любовником, не позаботившись о вашем гардеробе? – в голосе Кейрана было столько яда, что хватило бы на взвод проштрафившихся невест. – Ну что вы, леди Тиса, как я мог?

В последний раз скользнув небрежным взглядом по моему платью, он перевёл взгляд на стол. Откровенно голодный взгляд, надо сказать. Вот не стоило Камилле являться в его покои, пока герцог не поужинал! Глядишь, принесла бы с собой окорок – вышла бы из спальни будущей герцогиней.

Мне в герцогини отнюдь не хотелось, но, возможно, если его светлость перекусит, его поток сарказма немного утихнет? Мне уж точно не улыбалось оказаться наедине с властным разъярённым герцогом. Мне и мачехи с сёстрами хватало.

А вообще, если начистоту, лучше бы отсюда тихонько смыться.

Я взялась за спинку стула.

– Я, пожалуй, уже наелась, – вежливо сказала я. – Приятного аппетита, ваша светлость.

Кейран не шевельнулся, но в его позе вдруг проявилась угроза. Мне почудилось или в отблесках огня его лицо приняло хищное выражение?

– О нет, леди Тиса, – негромко произнёс он. – Вы останетесь и присоединитесь ко мне за поздним ужином.

– Но…

– Я хозяин этого дома, если вы помните, – прервал он. – И моё слово – закон. В этом и во всём остальном.

Я захлопнула рот. Насчёт «всего остального» мне даже спрашивать не хотелось.

– Тогда, быть может, вы сядете, ваша светлость? – уточнила я, кивая на стул напротив. – Или будете стоя поджаривать колбаски в камине, как заплутавший охотник на привале?

Так. Кажется, сарказм заразен.

Кейран обернулся к огню. Портрет Родерика с задумчивым видом следил за нами с камина. Словно умерший король с иронией наблюдал за старым другом.

– Сколько раз мы сидели вот так у костра в походах, – произнёс Кейран внезапно. – Родерик, я и мои арбалетчики, его жена…

– Жена?