Звёзды, пламя и сталь. Книга 8 (СИ) - Лопарев Игорь Викторович - Страница 43

И особенно подробно он остановился на не таком уж и значительном, как по мне, моменте. Я имею ввиду обстоятельства, при которых нам пришлось спасать имперских пилотов.

И при этом его не так заинтересовала та необычная система, в которой эти все события разворачивались, как сам факт того, что нам пришло в голову заняться спасением наших, скажем так, оппонентов, которые преследовали нас с вполне понятными целями.

Его так же заинтересовали моменты, которые вовсе не стоили того внимания, которое он им уделил.

Тут речь идет о том, что аудиторы чуть было не прервали выполнение оговоренных работ из-за непонятного распоряжения совета директоров.

Его так же заинтересовала печальная история Бобера, которая всё ещё, кстати, не закончилась.

Заметный интерес его так же вызвало моё упоминание о том, что при изучении списков пленников, которых пираты держали на «Скотовозе» было выявлено немало людей, за которых пираты собирались получить с их родственников выкуп.

В общем, я сам того не заметил, как поведал своему въедливому собеседнику даже то, о чём успел благополучно забыть.

Закончив говорить, я печально посмотрел на изрядно подтаявшую мороженку, вздохнул, облил оплывший пломбир земляничным сиропом и начал потихоньку навёрстывать упущенное.

Слово, тем временем, взял Аргуссос:

— Ну, что же, твой рассказ меня порадовал, — чему тут можно порадоваться, я, признаться, не совсем понял. Но, с другой стороны, раз такого матёрого дядьку ничего не расстроило, то уже хорошо.

Хотя, он не преминул тут же добавить неизбежную ложку дёгтя:

— Но расслабляться не стоит, — сказал он, с отеческой улыбкой посмотрев, как я умиротворённо уплетаю мороженку, — я сейчас хочу сказать довольно важную вещь.

Я поднял голову и отложив ложечку, приготовился слушать, про себя вздохнув, ибо теперь мороженка моя окончательно растает и превратится в лужицу холодного молока.

Хотя, с другой стороны, я всегда могу попросить официанта принести ещё, а потому лучше послушать, что умные и опытные люди говорить будут.

— Так вот, — продолжил олигарх, — я тут говорил о вашей компании, как о едином таком организме. И хочу предложить не останавливаться на достигнутом вами уровне взаимодействия.

— Как это? — я не представлял пока, как можно улучшить то, что и так, как мне казалось, работает максимально эффективно.

— Вам всем надо учиться, приобретать дополнительные компетенции, — тут же ответил олигарх, — но не просто так, а с целью повысить взаимозаменяемость. Ты не представляешь, какую нагрузку мне приходится тащить только из-за того, что мне не на кого перевалить обязанность принимать хотя бы небольшую часть решений по основным проектам, — тут я посмотрел на него совсем уж удивлённым взглядом, — нет, мои управленцы принимают решения, конечно, — рассмеялся он, — но на своём уровне. А я на моём уровне управленческой пирамиды один… — тут он задумчиво посмотрел на моргающий светодиодами ящичек и добавил, — ну, если учесть моего секретаря-искина, то полтора меня. Но этого всё равно мало. А вас пятеро. И ваш потенциал огромен. Вы, добившись большей взаимозаменяемости сможете достичь небывалых показателей…

— Мы будем к этому стремиться, конечно. Но эту проблему мы не сможем решить быстро, — ответил я, — сама подготовка к повышению уровня взаимодействия будет делом не простым, так как нужно будет увязывать воедино массу всего. А реализация… это, вообще, будет тот ещё квест, — это я ответил не совсем сам. Доминатор развернул перед моим внутренним взором примерную схему действий, которые надо будет совершить. И я ужаснулся, признаться.

Но вот олигарх одобрительно хмыкнул. Он понял, что я хорошо представляю себе и задачу, как таковую, и те издержки, которые нам всем придётся понести, чтобы добиться успеха в её решении. И главным было осознание того, что по итогу эта овчинка, определённо, будет стоить самой тщательной выделки:

— Ну, никто ведь и не обещает, что будет легко, — сказал он. Я от него примерно этого и ожидал. Теперь надо будет прикинуть, как нам достичь результата с наименьшими издержками.

…Решение лежит в области использования нейросетей…

Доминатор обозначил направление. Но, как будет время, надо будет уточнить, и что он имел ввиду, и какие нейросети нам будут нужны, и как это всё организовывать… Масса вопросов. Я ещё толком не начал это всё обдумывать, а голова уже болеть начинает.

— Но, признаться, я начал с вами работать не только по причине вашей высокой эффективности, хоть она ещё и предела не достигла. — продолжил Аргуссос, — есть ещё одна характеристика у вашей компании, которая сильно отличает вашу команду от любой другой. — тут он взял небольшую паузу, а затем выдал уточнение, — по крайней мере, среди тех, с кем мне приходилось вести дела.

— И что же это за характеристика такая загадочная? — спросил я. Мне действительно было интересно. Очень хотелось узнать, что именно делает нас настолько особенными.

— Я говорю о вашей феноменальной, просто таки запредельной везучести, — даже без намёка на улыбку сказал Кирин Аргуссос.

Признаться, я подобным утверждением был очень удивлён. С моей точки зрения нам везло ну никак не больше, чем всем прочим, хотя, это только моё мнение. А вот, например, наш партнёр, он вовсе по другому думает, как оказалось.

— Ну, не так уж нам и везёт, — пробормотал я, вспоминая, как меня чуть не отправил на перерождение какой-то торчок. — вон меня как-то даже взорвали. И я этот случай примером везения назвать не решусь.

— Ну, на самом деле, — возразил Аргуссос. — даже на этот инцидент можно посмотреть с той точки зрения, что таки жив остался. Ну, и по сравнению с этим фактом, некоторые неприятные переживания нельзя расценивать, как отсутствие этого самого везения.

Ну, если смотреть так, то да, — согласился я.

— Да и вообще, — продолжил Аргуссос, — как только разошлась информация о том, что вы, только прибыв в систему, сумели отбиться от превосходящих сил пиратов и оставить их с носом, я решил вас изучить получше. И тот вывод, что ваша компашка обладает просто таки запредельным везением, он, ты уж мне поверь, не с потолка взят.

— Да? — недоверчиво спросил я, мысленно прокручивая события своей жизни, начиная с того момента, как я покинул Форт-13. Не скажу, чтобы я увидел признаки какого-то совсем уж нечеловеческого везения. Хотя да, жив, и даже не бедствую. Да и ребята тоже, все живые, да и денег нам хватает…

Именно так, — подтвердил Аргуссос, — вот чем можно объяснить то, что ты, попав в заброшку станции «Форт-13», не имея оружия и специальных навыков умудрился из неё выбраться, и, кроме того, избегнуть расправы со стороны местного криминалитета? По всему ты не должен был выжить. Но вот выжил же… И ничем, кроме везения объяснить это нельзя.

Тут я задумался. А что есть везение? Это не более, чем реализация благоприятной вероятности даже при том, что в некоторых случаях она очень мала… Надо будет этот вопрос обдумать как следует, сейчас не до этого. Сейчас надо следить за извивами мысли Аргуссоса.

— И потому я, — продолжил тот, — когда встал вопрос о покупке у вас диспрозия лично встретился с тобой. Это был первый случай за последние, наверное, лет десять, когда я лично занимался такой мелочью.

— Однако, — хмыкнул я. Тут мне сказать было совсем нечего.

— Но, следует отметить, о затраченном тогда времени мне жалеть не приходится, — сказал он. — Но ты не зазнавайся. Есть и неприятная сторона у вашей феноменальной везучести.

— О как, — удивился я, — и чего же в этом такого нехорошего?

— Дело в том, — ухмыльнулся олигарх, и отправил в рот большую ягоду нежно-жёлтого цвета, прожевав которую продолжил, — вы слишком быстро растёте.

— Разве? — усомнился я.

— Ну, сам посуди, — Аргуссос потянулся за следующей ягодой, — три месяца назад вы были никто, и звать вас было никак. А сейчас у вас уже куча активов, которые раньше принадлежали Эзекве. К вам начали присматриваться. Мало того, уже начинаются попытки попробовать вас прощупать и проверить на прочность…