Звёзды, пламя и сталь. Книга 8 (СИ) - Лопарев Игорь Викторович - Страница 41

По пути мы с ней перекинулись парой слов. И, чтобы не терять времени, она при мне стала договариваться с механическим секретарём Аргуссоса о нашей встрече.

Сам этот процесс выглядел довольно забавно, так как искин-секретарь Аргуссоса, даром, что был электронным разумом, тоже страдал, как, впрочем, и все мы, тяжёлой формой паранойи.

Для начала я дал Светлане номер для связи, а сам перешёл к наблюдению за процессом.

Она набрала ряд цифр и нажала сенсор вызова на своём коммуникаторе.

— Вы позвонили в офис Кирина Аргуссоса. — голос, доносившийся из динамиков принадлежал секретарю-искину Аргуссоса. Тот, кто хоть раз слышал эти противнющие звуки, никогда не спутает это с чем-либо другим, — если вы хотите передать безвозмездное пожертвование в рамках благотворительной программы господина Аргуссоса, нажмите единицу, если у вас есть желание инвестировать от десяти миллионов и более в проекты корпорации «Дэффа», нажмите два, если вы…

Тут я заржал, как конь, и отчётливо сказал, благо связь была включена на громкую:

— Это Алекс Князев, хватит притворяться автоответчиком, — действительно, в бронированном глайдере подслушивать нас было некому.

— А почему тогда ко мне обращаются с незнакомого номера, а? — вздорный искин встал в позу обиженного и оскорблённого.

— А потому, что с недавнего времени это номер моего личного секретаря, — тут же ответил я.

— Ну тогда этого секретаря надо было представить мне в соответствии с протоколом. — ну надо же, зануда какой, и про протокол вспомнил, — хотя, вас Алекс, наверное надо поздравить. Вы теперь настолько остепенились, что наконец себе секретаря таки завели, — не вставить мне шпильку этот механический ворчун просто не мог.

— Я готов принять твои поздравления, — сказал я. Прилагая при этом немалые усилия, чтобы опять не расхохотаться.

Светлана, кстати говоря, смотрела на меня большими глазами, явно не понимая, как такие серьёзные люди, вроде меня, могут так откровенно придуриваться. Ведь предмет нашего разговора, как ни крути, а всё-таки касался вполне серьёзных вещей. Ведь мы собирались, как ни как, назначить деловую встречу. Причём с очень не простым человеком.

— Ну ладно, — искин, видимо пришёл к выводу, что дальнейшие препирательства ни к чему не приведут, — что там у вас? Чего вы хотели?

Но я, чтобы исключить подобное впредь, решил завершить процесс знакомства Светланы с этим электронным занудой.

— Прошу тебя зафиксировать параметры голоса моего секретаря, — сказал я, — и впредь не пытайся предложить ей делать разные глупости типа пожертвований на благотворительность. У неё пока серьёзных денег всё-равно нет, да и вообще, деньги я ей не позволю на такую дурь тратить.

— Злой ты, — пробурчал искин, тем не менее выдал подтверждение, — слепок голосового профиля твоего секретаря будет заложен в мои банки памяти. Так что с этого момента всё, что она скажет в разговоре со мной, будет трактоваться, как сказанное тобой или от твоего лица.

Я посмотрел на Светлану. Она, следует отметить, после этих слов искина впала в некоторую задумчивость. Ну и хорошо. Тоже за словами следить будет.

— Так что вы хотели-то? — искин ещё раз попытался вернуться к предмету разговора.

Я кивнул девушке, мол, все недоразумения улажены, так что теперь она может продолжать разговор сама.

Дальше разговор прошёл в деловом ключе, наша заявка на встречу с олигархом была принята. И искин обещал обработать её в первоочередном порядке.

Ответ, кстати, он уже обещал направить уже не мне, а Светлане, признав её, как человека, отвечающего за мои коммуникации, включая планирование встреч.

Ответ пришёл быстро, уже к вечеру текущего дня. Как и предполагалось, местом встречи был определён тот самый ресторан, «Гнездо Смурфа». А время встречи — уже на следующий день. Само собой, предполагалась не просто встреча, а вполне себе полноценный обед со всеми вкусностями, которыми славилось это элитное заведение.

Но я позволил себе вольность, то есть уже потом связался напрямую с Аргуссосом, и задал ему вопрос. Вопрос касался присутствия моего секретаря на встрече.

Поясню. Ей была поставлена закладка, которую ставили всем, кто оставался работать на нас. То есть её лояльность, помимо отсутствия каких бы то ни было связей и знакомств в этом мире, гарантировалась ещё и этим.

Наличие подобной закладки, конечно не давало стопроцентной гарантии лояльности, но позволяло в достаточной мере доверять человеку.

Тем более, в моих планах одним из первых пунктов стояло обеспечить своего секретаря продвинутой нейросетью аграфского производства. Ну, или производства мзин.

Это, с одной стороны, многократно усилило бы её ментальную защиту, а с другой стороны с помощью этой нейросети мы могли бы сделать предательство наших интересов с её стороны вообще невозможным. Технически это становилось вполне осуществимо.

И я, соответственно, уже сейчас предполагал вводить её в курс всех наших дел, потому и хотел взять её с собой на эту встречу. Тем более, что на неё возлагалась очень важная функция. А именно планирование моего распорядка, что, в свою очередь, невозможно без понимания того, чем мы вообще занимаемся и какие направления нашей деятельности имеют наивысший приоритет в тот или иной момент времени.

Аргуссос ответил утвердительно, мол он ничего против не имеет, но намекнул на то, что ответственность за сохранение конфиденциальности по прежнему лежит только на мне.

Я вздохнул, но не мог с этим не согласиться. Мой человек, и мне отвечать за его поведение и умение держать язык за зубами.

Секретарь Аргуссоса то таких вопросов не вызывал вовсе. Искин этот был запрограммирован так, что утечки любой информации были абсолютно исключены. Исключение было — утечки могли иметь место быть в случае, если они были санкционированы Аргуссосом.

То есть, если вы услышали от его секретаря нечто, что в открытом доступе отсутствует, то первое, о чём следует задуматься, это не о сути этой утечки, а о том, зачем она была допущена. Ибо олигарх ничего на самотёк не пускает и любое его действие, включая и информационные вбросы, имеет свои цели.

В ресторан мы выдвинулись на пяти глайдерах.

Само собой, не простых, а бронированных. Глайдеры были вооружены и, кстати, достаточно серьёзно. Имелось и кинетическое оружие, то есть мелкокалиберные артиллерийские комплексы и крупнокалиберные пулемёты.

Помимо этого, на каждом глайдере были смонтированы ракетные пусковые установки. Ну и два глайдера ещё, помимо всего перечисленного, были снабжены мобильными сканерами, которые обеспечивали наблюдение и за поверхностью и за воздушным пространством, И даже, что особенно ценно, со стопроцентной достоверностью указывали на наличие минных закладок в радиусе двухсот метров.

И вишенка на торте. На этих двух глайдерах имелись портативные мини-реакторы, которые обеспечивали накачку зенитных лазерных комплексов. Это давало уверенность в том, что мы сможем отбиться даже от очень многочисленного роя продвинутых штурмовых дронов.

В общем, мой горький опыт походов в этот ресторан был учтён, творчески осмыслен и, если бы сейчас кто-то попробовал атаковать нас даже усиленным батальоном, то умылся бы кровью.

И да, совсем забыл сказать, что помимо пятёрки бодигардов, что сопровождали меня везде и всюду, в каждом из оставшихся четырёх глайдеров ехало по отделению тяжело вооружённых штурмовиков Ксёндза. Бывшим рабам, которые только начали обучаться под чутким руководством Брукса, подобные задания доверить пока было нельзя.

— Ого! А что это там такое? — этот удивлённый возглас Светлана издала, когда мы уже подъезжали к ресторану. И удивление её было вызвано именно огромным каменным грибом, на шляпке которого и располагалось это элитное заведение.

— Это и есть конечный пункт нашего путешествия, — сказал я. На этой планете много мест, которые вызывают удивление или восхищение… Или какие-нибудь другие сильные эмоции. Поэтому сюда стремятся богатые люди со всей галактики. Они едут сюда за впечатлениями, эмоциями и яркими ощущениями.