Здрасте, я — ваше счастье (СИ) - Юнина Наталья - Страница 3

Вновь осматривает нас троих и снова воротит носом.

— Здесь по-прежнему смердит мертвечиной. Костями. И это не от ее сумки, — переводит взгляд на меня. И вдруг до меня доходит.

— Ой, это, наверное, от меня. В смысле из сумочки. Там всякие обрезки и косточки для бездомных животных. Я подумала, что в поселке будет много голодных собачек. Извините, я не знала.

— Отдай эту вонь ему, — тычет в Александра.

— Спасибо, я не голоден, — насмешливо произносит он, выставляя руку вперед, как только я протягиваю ему пакет с косточками. Нехотя, но он все же берет его, чтобы избавиться по указанию гадалки.

Я иду вслед за Ниной, мысленно молясь, чтобы она не сказала мне ничего дурного. Учитывая, что она почувствовала, что у меня пакет с костями в сумке, она видит больше, чем можно предположить.

Снимаю обувь и прохожу в дом. Страшно так, что сердце отбивает чечетку.

— Пересаживайтесь ближе, — указывает на мою подружку с Александром. — Учитывая, что вы все связаны, — так, стоп. Это как понимать, что связаны? И вообще. Я первая.

— Простите, но можно первой мне. Так-то я записывалась и ждала очереди.

— Можно. Пересаживайтесь.

Я усаживаюсь за стол, гадалка принимается раскладывать мелкие камушки в чашу с водой и начинает что-то шептать.

— Задавай свой вопрос.

— Когда я выйду замуж? — не задумываясь бросаю я.

— Правильный вопрос — выйду ли я замуж, — насмешливо произносит гадалка. Ну вот и приплыли…

— Не выйду?! Никогда?

— Выйдешь, — Господи, спасибо! — Ты уже встретила своего мужчину, — как так?!

— Уже? Как я его узнаю? Вы можете его описать?

— Девки падки на него. Красивый, высокий, — ну, наконец-то. Вот и на моей улице будет праздник. — Старше тебя. Обеспеченный, — ну все, гуляем. — У него есть животное. В имени есть буква «а», — и тут до меня доходит. Это все подходит к Наташиному начальнику. Поворачиваюсь к Наташе. Судя по ее лицу, не только ей так показалось. А затем синхронно переводим взгляд на Александра.

— Вы чего? Это не я. У каждого в имени есть буква «а», — возмущенно произносит знаток женщин.

— На этом плюсы закончены, — вдруг произносит Нина. — Мужчина этот паскудистый.

— Ну, я же сказал, что не я, — слышу позади себя насмешливый голос.

— Цыц, — кричит гадалка. — Противный он будет. Ворчливый. Дотошный говнюк, — ну, кто бы сомневался, что мне достанется такое счастье. — Но только пока не узнаешь его лучше. Он тебе по судьбе уготован, поэтому не упусти. Потом узнаешь другие его стороны.

— Ну, а как я его опознаю-то?

— Его имя точно заканчивается на «ат».

— О Боже, Марат?

— Нет.

— Айшат?

— Нет. Имя русское.

— Елистрат?

— Нет.

— Ипат?

— Близко, — капец.

— Какой ужас. Асрат?

— Я сказала, русское.

— Неужели…Каллистрат?!

— Мандат, твою мать, — рявкает в очередной раз гадалка.

Паскудистый. Противный ворчливый еще и Мандат?! Где? Ну, где я так нагрешила, Боженька? А фамилия какая? Вагин, под стать имени?

— Мандат? Господи, уж лучше Каллистрат.

— Цыц! Я с тобой в угадайку играть не намерена. Сказала на что заканчивается имя, а дальше сама. Теперь, слушай меня внимательно. Мужчин будет двое, — да ладно?!

— То никого, то сразу мужицкий дождь?!

— Дождь будет, когда вы будете идти отсюда домой. Итак, мужчин будет двое. Оба красавцы, — и все-таки хоть что-то радует. — Один из них падлюка, — так, стоп.

— Не поняла. Первый паскуда, второй падлюка? Или это первый сразу паскуда и падлюка?

— Первый паскудистый, второй падлюка, — танцуем, вашу мать!

— Ну, я так не играю. А другие меня не ждут?

— Все не так как кажется. Тот, что аппетитно выглядит снаружи, окажется гнилым внутри. Тот, что покажется гнилым снаружи…

— Будет вкусным?

— Съедобным. Характер все равно не сахар. Но этот мужчина без подлости. И тебя будет любить. Главное не спеши. Ждала свой поезд и без того долго, немножко еще обожди, — смотрит на меня таким пронзительным взглядом, что не возникает сомнений в том, что она в курсе некоторых запылившихся частей моего тела. Ну, спасибо, что вслух не сказала прямо. Остается надеяться, что моя Наташа и знаток женщин не расшифруют этот позорный факт. — Только сначала прошлое отпусти. За то, что не успела сделать — не вини себя. Жених твой конопатый тот еще был поганец, — я всякое могла ожидать, но то, что она в курсе этого — нет! — Связала бы с ним жизнь, сейчас бы не было тебя в живых. Плюй на эту ветку, — я настолько в шоке от того, что она знает об этом факте моей биографии, что не сразу понимаю, что она мне говорит. Плюнуть на ветку. Точно. Странное действие. Плюю вполсилы. — Сильнее, — да, блин. — Еще сильнее. От плохого сейчас будем избавляться, стало быть, счастье к себе приманивать, — ну раз от плохого избавляться и счастье приманивать, тогда, слюна, иди ко мне. Мгновение, и я плюю от всей души. Правда, не только на ветку, но и на Нину.

— Ой, простите, пожалуйста. Если что, я незаразная. Да и воздух увлажнила, — ляпаю, что первое приходит на ум, мысленно готовая к оплеухе от оплеванной гадалки. Но нет. Она заворачивает веточку в ткань и начинает что-то нашептывать. Закончив шептать, она вкладывает мне в руку ткань с завернутой веткой.

— Как бы сложно ни было вскоре с работой, не вздумай увольняться. И машину не покупай, — кто-нибудь закройте мне рот. Опешив, я стою как вкопанная. Как она узнала, что я хочу купить машину?! Так многое хочется спросить, но Нина уже подзывает ухмыляющегося Александра.

Концентрируюсь на том, что она ему говорит, пытаясь понять, по его поведению попала ли в точку. И хоть я его совершенно не знаю, кажется, попала. А когда к ней садится Наташа, я понимаю, что мне капец. Нина не угадывает, она просто знает! Если обо мне можно узнать, кем я работаю и где живу, пробив номер телефона, по которому я к ней записывалась, то о том, что я приду с подругой, которая переквалифицировалась из патологоанатома в автора женских любовных романов нет! А она ей пророчит успешную книгу, черт возьми. И это уже не говоря о секретах, которые храню не только я.

А это значит, что меня действительно ждет паскудистый, ворчливый Мандат или Асрат. Еще и машину не покупать? Да я только о ней и мечтаю.

— Сегодня еще убывающая луна, успеете закопать ветки. Закапывайте не у самой дороги, лучше в глубине леса, — вдруг произносит гадалка.

— Спасибо вам, Нина. А сколько мы вам должны?

— Сколько не жалко, — а я так надеялась, что скажет нереальную сумму, чтобы записать ее в обдирающую, жадную тетку, а заодно и неправду говорящую. Ан нет. И деньги не сдирает и правду говорит. — Кладите под косынку на стол при входе. Идите и не оборачивайтесь.

— Подождите. А не подскажете, на какую букву начинается фамилия моего суженого, а то их двое. Как мне понять-то?

— Не вижу этого, но точно могу сказать, что фамилия твоего суженого связана с тюрьмой.

— Он начальник тюрьмы?

— Арест. Арестант…, — вот сейчас даже тараканы в моей голове приуныли вместе со мной. А кому-то смешно, судя по насмешливому тону.

— Вот те нате, хер в томате. Зек Мандатий.

— Вам смешно, Александр?

— Ну, разве что чуть-чуть.

Если бы не его бесплатная тачка, комфорт для моей попы и его курсы, послала бы куда подальше. Но моя продажная душонка внутри протестует: не посылать. В конце концов, курсы стоят полляма, а мне достались бесплатно.

Итого мы имеем: дело дрянь. Паскудистый зек то ли Мандат, то ли Асрат. Вот счастье-то мне привалит. Наташа принимается меня успокаивать, подкидывая нормальные имена, оканчивающиеся на «ат», ее начальничек же напротив — подкалывает и стебет.

Когда мы заходим с Наташей в лес, я пытаюсь выведать у своей единственной подружки тайны, выданные гадалкой, но она не сдается. Всячески избегает этой темы. Остановившись у большой сосны, она переводит на меня взгляд.