Очень приятно, Царь! Блюдо четвертое (СИ) - Бергер Евгений - Страница 6

— Не смей так говорить об уважаемом человеке! Перед тобой — чемпион отборочного тура!

— Да хоть один из составителей Мишлен. Мне плевать! Ему нет места на моей кухне!

— Клетус. Я ещё раз повторю. Пятьдесят процентов этого ресторана, как и франшиза — принадлежат мне! Сегодня и завтра Дерек станет твоим компаньоном и помощником.

— Да с чего бы⁈ Откуда у первокурсника опыт в менеджменте⁈ Он что, воротила ресторанного бизнеса⁈ — возмутился неугомонный бородач.

— Вообще-то, он работал у моего лучшего выпускника.

— Рубен… — фыркнул Клетус: — Рубен-Рубен-Рубен… Как всегда! Чуть что — сразу Рубен… Меня уже воротит от этого имени!

— А мне плевать, от чего тебя там воротит. Рубен был лучшим. И остаётся им по сей день! У него за плечами огромное количество заведений. А у тебя? Что там было? В этой твоей Франции? Гулянки, пьянки и девочки? Я всегда знала, что отпускать тебя туда — большая ошибка!

— Зато не в ваш «кружок садистов и узурпаторов»! Ты видела, как Симонов относится к студентам? Да там даже чихнуть нельзя! Сразу исключат. Даже твой ненаглядный Дерек наверняка уже превратился в кулинарного зомби.

— Вообще-то, там очень хорошие преподаватели. Да, система образования с постоянной фильтрацией жестковатая. Я это признаю. Но если Харитоновка выпускает лучших, я готов закрыть на это глаза. — ответил я, скрестив руки на груди.

— Во! Я же говорю… Типичный гастрономический зомби! Или фанатик.

— Определись уже.

— Отвали, Дерек! Или как там тебя? Я не потерплю студентов-неумёх на своей кухне! Моя кухня! Мои правила!

— Значит, так. — Галя посмотрела на Клетуса так, что даже мне стало немного неудобно: — Либо ты два дня работаешь с Дереком. Либо мы СЕГОДНЯ ЖЕ закрываем этот ресторан.

— Не имеешь права! Пятьдесят процентов у меня!

— Нарушение договора франчайзинга. Хочешь? Я могу это устроить!

— Я тебя понял… — Клетус виновато опустил взгляд: — Ладно! Если тебе так важно, то пускай работает.

— Ты меня не понял, внучок. Дерек — это твой полноправный компаньон. И если вдруг он увидит то, что может помешать работе нашего ресторана… Если он захочет, что-либо изменить — ты не будешь пререкаться! Понятно?

— Да как он…

— Клетус. Я понимаю, что ресторанный бизнес — это не про огромные прибыли. Ибо столовые зарабатывают в разы больше. Но и «черную дыру», которая высасывает мои деньги — я тоже терпеть не намерена! Красная поляна — идеальное место для бизнеса. Я готова простить тебе многое, но не такое скотское отношение к моему детищу. Ты не просто губишь своё дело! Ты пятнаешь МОЮ репутацию.

— Ага. И этот белобрысый студентик нам поможет… Ты это хочешь сказать?

— Именно! И учти… если я узнаю, что ты встал в позу… Или же не принимаешь слова Дерека всерьёз — ресторан будет немедленно закрыт.

— Ладно-ладно. — обречённо вздохнув, ответил… М-м-м, если его бабушка «Тётенька-Котенька», то значит Клетуса можно называть Котёнок-Ребёнок. Точно!

— Даша! А ты внимательно следи за тем, чтобы Клетус вёл себя хорошо. Договорились?

— Договорились! — кивнула Мама Алёши.

— Славно. Я позвоню вечером. — Галя смирила Клетуса очень жутким взглядом, а затем неспешно покинула ресторан.

— Прекрасно, мля… — Клетус провёл ладонью по лицу: — Ну, что стоишь? Иди переодевайся, герой-спаситель! Даша, выдай ему временную форму… Там, кажется, от Шахи остался китель и штаны.

— О! Так Шаха тоже работал у тебя? — удивился я.

— Какие-то проблемы? — нахмурился местный шеф.

— Поверь… Пока что — совершенно никаких. Но это только пока.

— Госпожа Симонова! — мужчина крайне похожий на дворецкого, сверкая лысиной приветствовал Амелию возле входа в дегустационный зал «Chiaro di luna»: — Не думал, что Виктор Аркадьевич окажет мне такую честь.

— Он любит делать… сюрпризы. — вздохнула Амелия: — Кстати, я про вас слышала. Кажется, вас называли «Капитан Улитка»?

— Да… Было дело. Только, если не сложно, я бы хотел попросить вас называть меня просто — Дмитрий.

— Как скажете. — Амелия спустилась в дегустационный зал и внимательно всё осмотрела. Стеллажи с алкоголем. Колонны, сделанные под «лофт». И ещё…

— Это что? Столики из ирландского паба?

— Они самые. — утвердительно кивнул Дмитрий.

— Никогда их не понимала. Пить алкоголь, да ещё и стоя… Это же отвратительно.

— Каждому своё. И далеко не во всех ирландских пабах отсутствуют стулья. Понимаете, в первую очередь, паб — это место для сборища людей. Зачастую туда приходили пообщаться. По сей день большая часть пабов в Британском Королевстве — сугубо социальный феномен. Но лично я поставил эти столики исключительно ради стиля. Если гость устал и хочет присесть — я вынесу для него стул. Благо, что их у меня достаточно.

— Да уж… Отец — тот ещё шутник. Знает же, что я терпеть не могу алкоголь. И послал меня именно сюда.

— В этом и фишка! Шеф обязан знать все аспекты кухни. К тому же, чтобы быть сомелье — не обязательно ужираться в зюзю. Скажу больше — сомелье пьёт исключительно на работе. Да и то, слово «пьёт» тут не к месту. Скорее, это чистая дегустация.

— Допустим. — Амелия взглянула на пожелтевший от времени плакат со старым английским автомобилем: — А когда подойдут остальные сотрудники вашего заведения?

— Официанты, повара, менеджер и прочий персонал сейчас прямо перед вами.

— Выходит… Вы работаете один? — удивилась Госпожа Симонова: — Прям человек-оркестр.

— Скорее, человек-ресторан.

— Что же вас сподвигло работать в таком режиме?

— Давняя травма, о которой я… если хотите, могу вам рассказать.

— Травма? — Амелия ещё раз посмотрела на Дмитрия.

Зачастую, люди и визитёры были для неё «открытыми книгами». А тех немногих, кого Госпожа Симонова не могла прочитать — можно пересчитать по пальцам одной руки. И Дмитрий, похоже, был из их числа.

Совершенно холодные глаза. Непроницаемая физиономия, на которой явно красовалась маска типичного человека из сферы обслуживания. И смокинг… Безликий чёрный смокинг, который не говорил о своём владельце ровным счётом ничего.

— Травма. — кивнул Дмитрий: — Я ресторатор с большим стажем. Но каждый раз меня, кто-то подводил. Понимаю, что вы сейчас скажете про «плохого танцора». Только вот, в моём случае — «танцую» я слишком хорошо.

— Один из важнейших факторов для любого ресторатора или шефа — умение работать в команде. Мне любопытно, как же вы выживаете?

— Выживаю я легко. Но это совсем не то, что я хочу.

— В плане?

— Как вы верно заметили — ресторатор или шеф обязан уметь работать в коллективе. И мне здесь плохо… Я чувствую, как деградирую. Поэтому я решил устроить для себя небольшой тест-драйв. Дело в том, что ребята из вашего потока напомнили мне о том, что я уже давно утерял… А именно — страсть к обучению сотрудников. Понимаете, каждый повар рано или поздно покидает ресторан. Меняет свою команду на новую. И он обязательно приносит, что-то с собой. Небольшой осколок старой кухни.

— Вы говорите про «ресторанное наследие»?

— В точку! Каждое разумное существо пытается оставить что-то после себя. Потомство, знание, открытие, изобретение, произведение искусства… Хоть что-нибудь. И мне, как шефу и ресторатору… хотелось бы, чтобы и обо мне вспоминали не только, как о затворнике, который в одиночестве держал старый дегустационный зал всю свою жизнь. Студенты зажгли во мне огонёк надежды, что я слишком рано сдался. Что никогда не поздно научится доверять. И никогда не поздно… начать передавать своё «наследие» дальше. Я осознаю, что для меня это будет слишком сложно. Новые люди… Новые характеры. Новые привычки. Поэтому, чтобы убедиться наверняка, я попросил себе в помощь совершенного… лучшего студента из всего потока.

— Боюсь, вы призвали не того.

— Почему?

— Совершенный студент уже гостил у вас. И, возможно, стал одним из тех, кто разжёг это пламя.

— Неужели? И о ком именно идёт речь?