Солнечное Копьё (СИ) - Камнев Валерий - Страница 7

Какое-то восклицание привлекает моё внимание, и замечаю Рождённую Весной, которая указывает рукой на приближающихся людей. Соплеменницы обступили её, и я понимаю их изумление. К стоянке приближается Грынк, в сопровождении женщины с ребёнком на руках.

Мыр-ин роняет прутик с оленьим мясом в тлеющие угли и даже не замечает этого. Лёгкая просто потрясена. Она вдруг жалобно оглядывается, ища поддержки у Искры, и моя жена медленно подходит к ней.

Грынк со спутницей уже у крайних шатров, и тут я не могу сдержать удивление. Рядом с нашим вождём, гордо ступая, в освещённый круг входит Звёздное Одеяло.

— Ха! — произносит Камень. — Он взял женщину! А ведь даже мне не сказал, что собирается отнести выкуп!

— А разве Слышащий собирал его?

— Ты же видишь, он взял вдову. Наверное, выкуп был маленький. Но она очень красивая.

— Да, — соглашаюсь. — Красивая.

— Это ведь та… Со стоянки Острее Ножа… — Камень неподдельно удивляется. — У неё ещё странное имя…

— Звёздное Одеяло.

— Ты тоже узнал её?

— Её трудно не узнать.

Вождя уже окружили соплеменники. Пир Твёрдой Руки сразу отошёл на второй план. Каждому не терпелось посмотреть на избранницу Слышащего и поздравить самого вождя.

Лёгкая что-то вяло говорит, подчиняясь мужу, но глаза сверкают негодованием. На лице Искры не менее недовольное выражение. К Звёздному Одеялу моя жёнушка питает глубокую неприязнь.

Но как эта вдовушка сумела заполучить вождя — загадка. Хватка у Звёздного Одеяла, конечно, присутствует, но и Грынк далеко не круглый дурак, чтобы сразу подобрать подвернувшуюся вдову.

Звёздное Одеяло делает вид, будто не знает никого из присутствующих. Её взгляд скользит мимо меня, избегает Искры. К счастью Звёздного Одеяла, Шумящая Вода ушла в другой род, а то бы у сестры хватило ума заявить, что вождь привёл в племя дурную женщину.

Когда поздравления, искренние и не очень, стихают, Волчий Человек напоминает вождю об ожидании ритуала. Грынк разводит костёр, легко окуривает Большие Глаза пучками трав, и вот уже Твёрдая Рука помогает девушке перейти костёр.

Особенной радости на её лице не отыскать. Большие Глаза наигранно улыбается, позволяя мужу отвести себя к огню, где новобрачных дожидается жареное сердце.

У нас в роду меньше людей, чем у Львиных Когтей, потому и усаживаемся компактнее, не делясь по иерархии.

Чуть наискось от меня Добрая. Хмурая и неразговорчивая. Она возится с детьми, стараясь не замечать Твёрдую Руку. Мне кажется, женщина бы и вовсе не пришла пировать, но не захотела выделяться. Но если Добрая подавлена, то Земля глядит на вдову с торжеством. Наверное, тётушка очень счастлива, что её сынок не взял Лирги в жёны.

Звёздное Одеяло подле Грынка. Женщина то и дело ослепительно улыбается, слушая речи вождя. Мыр-ин словно пришиблена случившимся, и как-то пала духом, хоть и считается старшей из женщин. Вообще, Лёгкая куда слабее по характеру, чем Звёздное Одеяло, и скорее всего, ещё намучается с новой женой Слышащего.

Но если Мыр-ин грустит, то Жёлтое Дерево излучает довольство. Её младший сын спит в шатре Колючки, которая присматривала за детьми в наше отсутствие, а старший сидит на руках у матери, вертя в ладошках глиняного быка.

Звёздное Одеяло бросает на Вэл-юу быстрый взгляд и зло щурится. Наверное, она запомнила мой отказ, и теперь недовольна, узнав, что я всё-таки взял женщину. Хотя, мне кажется, ей несказанно повезло стать женой вождя, а потому злиться на меня ни к чему. Но это логика, а вот эмоции Звёздного Одеяла говорят сами за себя.

Её сыну года три. Он уже уснул под присмотром Дэгны. Дочери Грынка не позавидуешь. Теперь ей придётся смотреть сразу за двумя детьми.

Новобрачные едят оленье сердце, а потом выслушивают долгие пожелания счастливой жизни. Сегодня пир не затягивается до поздней ночи. Твёрдой Руке не терпится увести невесту в шатёр.

— Она смотрит на него так, будто вместо сердца жевала жгучие листья, — тихо говорит Искра мне на ухо, когда молодожёны удаляются.

— Она на всех так смотрит.

— Да, — соглашается жена. — Но скоро Твёрдой Руке надоест восторгаться ею.

— Не знаю. Она ему нравится.

— Лёгкую оставила удача, — Искра меняет тему. — Ей придётся нелегко.

— Ты права.

— Подари ей львиную шкуру! — говорит жена. — Лёгкой нужно обязательно родить сына!

— Я подумаю.

— Подари! Ей нужна поддержка!

Да, нужна. К тому же Лёгкая подружилась с Искрой, и стоит помочь подруге жены. Тем более, что мне эта шкура без надобности. Всё равно носить её нельзя, ведь не я добыл зверя, а просто хранить глупо. Пусть уже Лёгкая почувствует себя уверенно.

— Подарю, — соглашаюсь. — Можешь сказать ей об этом.

— Скажу! — жена радуется. — Лёгкой будет приятно!

Долгая стоянка у гор, судя по всему, в далёкие времена действительно была такой. Наверное, именно здесь племя проводило зимние месяцы, поедая запасы мамонтового мяса, и потихоньку охотясь. Тогда людей в племени было мало, но с течением времени, их число возросло, и от основной массы откололись семьи, отправившиеся расширять границы кочевий.

Право на стоянку в таком удобном месте сейчас сохранил лишь род Большеухих, который представлял собой ядро нашего племени. Остальным родам приходится уходить на свои земли, и добытое вяленое мясо превращается в обузу.

От этой мамонтовой охоты выигрывают только Большеухие, которым остальные рода помогают загнать зверей в ловушку, обеспечив мясом надолго. Нам же предстоит переход с тяжёлым грузом, и если бы не обмен женщинами, то вообще никакого смысла в этой большой охоте для нас нет. Разве что дань традициям. Мы бы сами могли заготовить бизоньего мяса не меньше, и не таскать за собой тяжести.

Первым ушёл род с Орлиных гор, ведомый нетерпеливым Острее Ножа. Потом — Живущие на Равнине, а за ними — род Красной реки. Теперь настал и наш черёд уходить. Мы смастерили волокуши, но даже с их помощью перемещать лагерь — это очень тяжёлый труд. И этот труд, как обычно, почти полностью ложится на женские плечи.

На Долгой стоянке мы пробыли несколько недель, и теперь каждому было лень уходить с хорошего места. Оттого сборы затянулись, к привычным вещам добавились мешки, короба и свёртки, набитые сушёным мясом. Его было так много, что часть пришлось оставить Большеухим, и даже теперь, когда немного разгрузились, охотникам тоже придётся тащить волокуши.

Для меня это даже хорошо, ведь дай волю Жёлтому Дереву, так она взгромоздит на свою волокушу столько груза, что едва сможет сдвинуть с места, лишь бы никто не усомнился в её слабости. Но комплектование вещей происходит под моим руководством, и потому у Вэл-юу самая лёгкая волокуша.

У Искры куда тяжелее, а самая тяжёлая — моя. По справедливости. Жёлтому Дереву вообще нельзя таскать тяжести, но деваться некуда.

Из всех охотников только вождь и Камень не станут тянуть волокуши. Даже Волчий Человек приготовил для себя одну. Пока мы собираемся, сестра приходит попрощаться. Вот только Горностая с ней нет, а вместо него явилась Водяная Змея.

Я удивлён её приходу. Родственников у Водяной Змеи в нашем роду нет. Очевидно, девчонка решила составить компанию моей сестре.

Та-шиа как-то изменилась и повзрослела, хоть и осталась такой же непосредственной. Она долго обнимает меня, не желая расставаться, и торопливо рассказывает обо всех новостях в роду Львиных Когтей.

Потом сестру обступают женщины, но Водяная Змея остаётся рядом со мной. Только сейчас замечаю, что платье на девчонке украшено многочисленными зубами, иглами и косточками. По местным меркам — это просто сногсшибательный наряд, и он явно предназначен произвести впечатление. Длинный нож висит на таком же расшитом поясе. Водяная Змея — одна из немногих женщин, кто носит с собой оружие.

— Жёлтое Дерево слабая, — вдруг произносит девчонка, глядя на Вэл-юу.

— Да, — удивляюсь, что Водяная Змея решилась первой заговорить с мужчиной. — Но зато она красивая.