Дважды одарённый. Том X (СИ) - Тарс Элиан - Страница 15

— Неделю назад укрепления были попроще, — отозвался я. — Ребята Коноварова впечатляют.

— Да… — поддержал меня Гонзо. — Наши хвалят Защитника.

— Когда он занимался укреплением лесозаготавливающего предприятия, заказал некоторых материалов с запасом, — заметила Марина. — Я сперва была против, но он заметил, что, скорее всего, объектов недвижимости у нас в ближайшее время прибавится, и лучше иметь сразу материал, чтобы быстрее начать заниматься фортификацией.

— Дальновидно, — одобрительно покивал Наумов.

Мой «Имперец» заметили заранее и отворили ворота. Мы въехали на территорию и направились в сторону трёхэтажного бревенчатого особняка.

Я продолжал смотреть по сторонам и не мог сдержать улыбки.

Вон в том гараже, например, стоит УРАЛ, на котором установлен ракетный комплекс «Трилистник».

А в соседнем гараже стоит артефактный лёгкий танк.

Помню, как Кабан пытался отказываться, когда я сказал ему, что временно направлю технику в усадьбу. Мол, как же так, Александр Ярославович! Это ж какая мощь, зачем она нам здесь? Вам в походе всяко будет нужнее.

— Нужнее всего для меня в походе — ощущение безопасности тыла, — хмуро ответил я ему в тот раз. — У тебя на усадьбе соберутся гражданские. Семьи моих бойцов. Их жизни для меня очень важны. Как и твоя, и твоей семьи. Так что не спорь, Гена. Лучше убедись в том, что техника не станет бесполезным грузом в случае проблем. Что вы сможете навести стволы в нужную сторону и выстрелить.

— Обижаете, Александр Ярославович, — проворчал он. — Со всеми нюансами мы сразу разобрались, как только забрали технику у Эпштейнов. Нужные люди обучены.

— Вы помните, что тоже будете жить здесь, пока меня нет в городе? — спросил я, не отрываясь от окна.

Забавно, тут два гаража с боевой техникой, а напротив них в пятидесяти метрах — детская площадка, на которой веселится ребятня.

Душевненько…

Хотя неделю назад этой площадки здесь не было.

— Я всё помню, — отозвалась Марина. — А вот насчёт одного любителя поразвлечься на отдыхе не уверена.

Она хмыкнула и покосилась на Васю.

На самом деле у меня не было желания вводить комендантский час своим людям. У нас сейчас, условно, мирное время — официально против меня никто не воюет. А неофициальных врагов с каждым днём будет прибавляться и прибавляться. Если я уже сейчас начну контролировать передвижения своих людей, у них начнёт копиться стресс, и в итоге ни к чему хорошему это не приведёт.

Я хочу, чтобы мои люди хотя бы частично сами задумывались о своей безопасности. По крайней мере, в такое официально спокойное время.

Но при этом, конечно, и полностью оставлять их без присмотра я не могу. Я увожу с собой большую часть рати из Москвы и понимаю, что случиться может всякое. Так что хоть на свободу и передвижения я не покушаюсь, но жить Марине и Василию придётся на территории защищённой усадьбы.

— Да я тоже помню, — кивнул водитель. — Не переживайте, командир. Глупостей не наделаю.

Не выдержав, он обернулся и злобно глянул на Марину.

Весело им будет…

Особенно когда узнают, что поселят их в одном отдельно стоящем доме.

С другой стороны, жить они будут не вдвоём — в соседних комнатах ещё и Наумова-старшая с внуками. Что, конечно же, добавит ребятам веселья и ощущения всех прелестей семейной жизни.

Я велел Василию остановить «Имперца» рядом с другими машинами в теньке под металлическим навесом и первым вышел на улицу. Мой верный камерир выходил с другой стороны и опоздал буквально на полсекунды, однако же я почувствовал его разочарование.

Телохранитель вышел третьим и обречённо цокнул языком.

Уверен, он едва сдержался, чтобы не выдать что-нибудь в духе: «Какие шустрые!».

Несмотря на то, что я объяснил Гонзо его истинное предназначение на посту телохранителя, боец явно хотел быть полезным и для меня. А всем известно, что телохранитель должен выходить из машины первым.

Ну ничего — пусть и дальше пытается. Это пойдёт ему на пользу.

Было бы гораздо хуже, если бы он просто сдался и принял, что никогда не сможет стать достаточно сильным, чтобы оберегать мою драгоценную тушку.

— Александр Ярославович! Как мы рады вас видеть! — радушно улыбаясь, ко мне спешила невысокая, слегка полноватая женщина. Её муж Кабан шёл рядом. На фоне супруги он выглядел ещё выше обычного.

И при этом именно она была на полшага ближе ко мне.

— Здравствуй, Ольга, — поздоровался я с ней, затем пожал руку её мужу и кивнул остальным встречающим — двум старшим детям семейства Секачёвых и нескольким ратникам. — Гляжу, вы отлично устроились.

— Вашими стараниями, Александр Ярославич! — выпалила многодетная мать, мечтавшая о семейном гнёздышке за городом. — Как я рада, что могу лично отблагодарить вас, а то всё случая не было. Спасибо! Я как услышала, что вы к нам приедете, сразу же стол организовала! Надеюсь, не откажете?

В её голосе не было какого-либо подобострастия. Лишь искренняя благодарность за новый дом. Притом женщину совершенно не смущает количество посторонних на территории или то, что я и мои ближники можем в любой момент сюда нагрянуть.

— Не откажусь, — кивнул я. — Но сперва побеседую с Геннадием, раз уж прибыл.

— Конечно, — с серьёзным видом кивнула она, чуть отступив в сторону. — Дела превыше всего.

Мы с Кабаном пошли по брусчатой дорожке. Когда проходили мимо детской площадки, к нему подбежал младший сын Серёжка и крепко обнял отца. Тут же играли внуки моего камерира с бабушкой — воспользовавшись моментом, Наумов-старший пошёл к родным. Дети некоторых других ратников тоже были здесь.

— Комнат едва хватает, полагаю, — проговорил я, глядя по сторонам.

— Хватает, Александр Ярославович, — отозвался Кабан. — Но, врать не буду, хотелось бы больше жилых квадратных метров. Благо есть куда ставить. — Он указал на просторную лужайку, тянущуюся вдоль забора.

Лужайка была изъезжена тяжёлыми колёсами и испещрена стройными рядами вкрученных свай.

В другой стороне, отделённая крохотным сквериком с беседкой, ещё недавно располагалась похожая зелёная лужайка.

А сейчас и там ввинчены сваи.

И стоят три новых модульных дома, очень похожих друг на друга, но при этом неуловимо отличавшихся.

Судя по занавескам на окнах и обуви на верандах, дома уже были заселены.

Заметив мой взгляд, Кабан произнёс:

— Тестовые дома нам очень пригодились, Александр Ярославович.

— И тестовая группа уже приступила к работе? — хмыкнул я.

Кабан закатил глаза.

— Вы даже не представляете насколько. Ты только скажи людям — ищи косяки и записывай. Они до каждого самореза в итоге доколупаются.

Я улыбнулся и кивнул, прекрасно понимая командира своей первой дружины.

И, всё-таки, всё идёт по плану. А наша идея была проста: купить три модульных дома у трёх разных производителей и изучить их в полевых условиях. Да, анамнез получится неполный, как минимум потому, что изучаем летом, а надо бы круглый год и на протяжении нескольких лет…

Но, тем не менее, что-то новое для себя мы явно подхватим.

Я посмотрел на пустые сваи, прикидывая, сколько же людей на этот участок можно будет заселить, если поставить ещё домов. Так-то в идеале по одной семье на дом… но когда нет другой возможности, семьи могут и потесниться.

Достав телефон, я глянул на экран, проверяя сообщения. Дядьке Велеславу я написал, что этой ночью не приеду, но он до сих пор не ответил — стало быть, спит.

Позвонить деду?

Пу-пу-пу… так-то я не хотел ему говорить, что задержусь — слишком уж долго он будет бузить.

Но, с другой стороны, предупредить стоит.

Нажав на кнопку вызова, я едва успел приложить трубку к уху, как услышал ворчливый голос:

— У аппарата! Если звонишь узнать, как у нас дела — всё готово. Можем выезжать хоть сейчас!

— Рад слышать, — отозвался я. — Но действуем по плану, что бы ни случилось.

Пару секунд он молчал, а затем произнёс: