П.С.И.Х.0 (СИ) - Клеванский Никита - Страница 35

Быстро пробежавшись взглядом по головам и не увидев никого знакомого, я припустил наискосок, намереваясь обогнуть дом с другой стороны.

Народу там тоже хватало. Дорогу перегородили. Прибыла уже пара пожарных машин. Суровые мужики в темной форме со светоотражающими полосами и в белых шлемах отгоняли любопытных от здания, а их коллеги с двух шлангов поливали ярко-красные языки бушующего пламени.

Вырывавшиеся из окна второго этажа.

Соседней с нашей парадной.

Я подобрался поближе в поисках Вороновых, но они меня нашли сами. Оказалось, что все это время у меня в кармане надрывалась мобила. А я и не заметил. Как и то, как гулко ухало в груди сердце.

— Рома! — бросилась мне на шею Елена. — С тобой все в порядке! Я так волновалась!

— Со мной-то что будет? — не понял я. — Я же в школе.

— Вот и я ей о том же. — кивнул Влад. — А она «позвони», да «позвони». Ты чего примчался? Не дослушал даже.

— Да так… — протянул я. — Как раз закончил.

— Ну и отлично. Но праздник первого дня, прости, откладывается. Сам видишь.

— Вижу. А что за паника? Почему всех выгнали?

— Так дом-то газовый. Вроде перекрыть должны уже были, но все равно, если рванет, останется только воронка. Как от ФАБ-9000.

— Вот оно что.

Вороновы, как и большинство, стояли в домашнем и в тапочках. Прямо на газоне. Повезло еще, что осень теплая и дождя уже пару дней не было. Ну и что не зима, конечно. Не то сейчас все возле пожара и грелись бы, и фиг бы кто-то народ от огня отогнал.

— Как успехи в первый рабочий день? — спросила Лена.

Убедившись, что со мной все в порядке, она довольно быстро взяла эмоции под контроль, а на лицо вернулась одна из многочисленных улыбок из ее обширного арсенала.

— Почти испытал эмоцию. — не стал скрывать я. — Дважды. Психо все зафиксировал и составил отчеты. Потом в НИИНС расшифруют.

— Правда? — не поверил Влад. — Так быстро?

— Это же здорово! — подхватила Елена.

— А еще я сам провел два с половиной урока. Не как ассистент. Как учитель. И мне записали классное руководство. Хотя бумаг я еще не видел.

— Как «как учитель»? — эхом повторила девушка. — Какое классное руководство? Влад?

— Погоди. — нахмурился Владислав. — Ничего не понял.

— Учителя физкультуры там недавно уволили. — спокойно принялся пояснять я. — Геннадия Петровича. За пьянку. Мне про него столько раз за день сказали, что мы с ним уже почти родственники. Нового физрука не нашли. К тому же ждали меня. Ну и класруком десятого класса больше поставить было некого. Наверное. Хотя есть же еще Алена Евгеньевна. Но это я, видимо, уже завтра уточню. Или сейчас еще не поздно? Еще Аркадий Борисович просил помочь. Я все-таки назад пойду. Позже увидимся.

Я хотел уже вернуться в школу, тем более что пожар меня интересовал слабо — как-никак я учитель, а не пожарный, — но Лена схватила меня за руку, не дав сделать и шага.

Кажется, мы втроем были единственными во всей округе, кто не глазел на борьбу спецслужбы с пламенем. При том что лица у Вороновых выглядели еще более удивленными, чем у остальных. Это мне с довольно высокой долей вероятности поведал Психо. Выпученные глаза, вздернутые брови, приоткрытые рты. Они походили на манекены массовки, которые забыли повернуть в нужную сторону.

— Какая Алена Евгеньевна? — очнулся первым Влад. — Какой Аркадий Борисович?

— Учительница географии и химик. — ответил я. — Одна собирается на турслет, а другой плохо управляется с…

— Да какая разница! — перебила меня Елена. — Влад, ты его слышал? Учитель! Классный руководитель! Это совсем не то, что должно быть по проекту. Нужно немедленно все сворачивать и…

— Погоди. — теперь уже Воронов оборвал супругу и принялся разглядывать меня с серьезным видом. Разве что не пощупал для надежности. — Ты говоришь, что весь день вел уроки. Один. У разных классов. Общался с учителями, детьми, персоналом и администрацией. И никто тебя ни в чем не заподозрил? И ты еще умудрился дважды испытать эмоции?

— Не весь день, а только половину. — поправил его я. — Хотя меня ждали раньше. До администрации я так и не дошел. И эмоции испытывал меньше секунды. Даже разобраться не успел. Субпороговый микроимпульс, как сказал Психо. Но в остальном ты прав.

— И что по результатам за день?

Я запросил у Психо наши с ним текущие параметры.

Эмпатия: 1

Социальное взаимодействие: 12

Адаптация: 7

Очки Адекватности: 17

Уровень 2

— Плюс одно очко Эмпатии, плюс шесть Социального взаимодействия, четыре Адаптации и двенадцать Адекватности. И новый уровень. — отчитался я.

— Больше, чем за все время с момента установки.

— Именно.

Влад серьезно задумался, и в возникшую паузу влезла Елена.

— Да вы о чем вообще? — уперла руки в бока девушка. — Вы себя слышите? Это не игра, это жизнь! Рома не может быть учителем и уж тем более классным руководителем.

— Сегодняшний день говорит, что может. — вступился за меня Влад. — Результат существенно выше расчетного.

— Но люди не могли не заметить его… странность.

— Меня назвали странным трижды. — подтвердил я. — В основном дети. Один раз злым. И, согласно информации Психо, на меня часто смотрели с любопытством.

— Вот видишь! — торжествующе кивнула Лена. — Об этом я и говорю!

— А что, собственно, такого? — не сдавался Владислав. — Любое новое лицо в замкнутом социуме вызывает любопытство. Это естественно.

— А странность?

— Каждый из нас по-своему странен. Это называется индивидуальность, Лен. Уверен ты видел других странных людей в школе, да Рома? — обратился ко мне Воронов.

От меня не ускользнуло то, как Влад выделил голосом слово «странных», что в очередной раз всколыхнуло во мне волну подозрений. Мог ли он знать о том, что дворником работает леший и иметь в виду именно его? А кто сказал, что я вообще с ним пересекусь? Или среди персонала есть еще кто-то? А может среди детей? И не должен ли он был в таком случае выделить слово «людей», а не «странных»?

Много вопросов, но сейчас не время и не место для попыток найти на них ответы. Лучше оставить до более спокойной обстановки. К счастью, пожар и борьба с ним привлекал внимание публики куда больше, чем беседа трех отдельно взятых зевак. Даже если она протекала на слегка повышенных тонах.

— Одна женщина очень громко крикнула в столовой, а у Аркадия Борисовича артрит. Все пальцы перекручены. — выдал в итоге я и принялся внимательно следить за реакцией Владислава.

— Вот видишь. — настал черед Воронова использовать эту фразу. Психо не отметил в его эмоциональном фоне существенных изменений. — Странности есть у всех. И на их фоне седая прядь и легкая отстраненность — сущая ерунда.

— Легкая! — фыркнула Елена. — И я, кстати, говорила, что волосы нужно перекрасить. А заодно отрастить усы. Его все-таки ищет Нарцес.

— Ая́говорил, что НИИНС об этом позаботился. Да и кому придет в голову искать сбежавшего пациента среди педсостава школы? За кучу километров от. К тому же Нарцес не стал поднимать шумиху. Так что об этом точно можешь не волноваться, дорогая. Роман прикрыт со всех сторон.

Лена открыла уже рот, чтобы возразить, но тут их спор прервал громкий хлопок. В горящей квартире что-то взорвалось.

— Газ! — взвизгнула тучная женщина в розовом халате с рюшечками, и толпа отреагировала мгновенно.

Одни опрометью побежали прочь, другие принялись бестолково суетиться, третьи застыли столбом. Кто-то упал, кто-то кричал. Не паника, но весьма близко к ней. На лицах Лены и Влада Психо тоже считал тревогу с разной, но довольно близкой степенью вероятности. И лишь я один сохранял полную невозмутимость. Словно возведенный на скале маяк, возвышающийся посреди бушующего шторма. Островок спокойствия в море хаоса. Пусть и по причине длинного и довольно редкого диагноза.