П.С.И.Х.0 (СИ) - Клеванский Никита - Страница 28

Бесформенные медлили.

Однако, не успел я преодолеть и половину круга, как неожиданно в хвост колонны пристроился сам Костя. На меня он демонстративно не смотрел, но зато уверенно мерил зал широченными шагами. Как будто даже немного прыгал, а не бежал. И не мешали ему ни объемная серая толстовка с вытянутым воротом, ни протертые на коленях джинсы, ни видавшие виды кеды, потерявшие от времени свой первоначальный цвет. Одежда явно не новая, но чистая.

Ну а следом за Костей сдались и прочие. Стадный инстинкт в действии. Некоторые, правда, все же сели на скамейку, и мне еще предстояло выяснить кто из них на самом деле освобожден, а кто только притворился немощным, но внимание большинства я все-таки захватил. За что даже получил единичку Адаптации от Психо.

Пять кругов бега. Навскидку зал представлял собой прямоугольник с короткой стороной метров в двенадцать и с прилегающей вдвое больше. Думается, даже Илья Губин из пятого Б легко вычислил бы периметр и общее преодоленное нами расстояние. Задача для младшеклашек.

С точностью до метра я высчитывать не стал, но вышло определенно меньше половины километра. Где-то между половиной и третью. Вполне подойдет для разминки и прочистки мозгов, но недостаточно чтобы упахаться вусмерть. Тем более, что скорость я поддерживал щадящую, желая заодно понаблюдать за учениками.

Как и ожидалось, обладатели формы со спортом дружили. Разбившись на пары, они легкой трусцой семенили за мной и о чем-то мило беседовали. Так же поступили и некоторые бесформенные. Нашлись и одиночки.

Но были все же те, кому даже такой темп давался с трудом. Двум девушкам приходилось придерживать руками весьма выдающийся бюст, а один крупный парень топал, как слон, впечатывая ноги в многострадальные доски пола. Имелся определенный риск образования дыры, которую придется в таком случае оградить конусами. Впрочем, зал давно нуждался в ремонте, так что нельзя сказать, что я бы расстроился. А я бы и не расстроился.

Я беззастенчиво рассматривал учеников, а они застенчиво рассматривали меня. Взглядов я на себе поймал немало. Трудно понять, что они обо мне думали, и еще труднее что чувствовали — особенно кому-то вроде меня — но определенные выводы я сделал. Класс мне достался разрозненный и с представителями различных слоев общества. Еще и разных национальностей.

Но это я понял еще по списку. Фамилии вроде Рубинштейн, Сипатко, Каунис и Аматаякун сложно назвать русскими. Ничего необычного для нашей необъятной многонациональной родины. Куда страннее было бы обнаружить в журнале пополам Ивановых со Смирновыми. Разве что это два клана, решивших одновременно дать своим отпрыскам образование. Но что-то я в своих размышлениях свернул куда-то не туда.

По окончании пробежки я даже не запыхался. Спасибо ежедневной гимнастике в психушке. Бодрячком выглядели и большинство десятиклассников. Некоторым, конечно, пришлось похуже, но они сами виноваты, что себя запустили. Или виноваты их родители. В любом случае, если у них такая отдышка в шестнадцать, то до тридцати они могут и вовсе не дожить.

Должен ли я, как учитель, приложить все усилия, чтобы это исправить? Или все-таки достаточно подходить к работе с формальной точки зрения? И вообще, возникают ли такие вопросы у нормальных учителей?

Наверное, стоит спросить у Алены, раз уж все равно она позвала вместе пообедать.

— Для разминки сойдет. — резюмировал я, окинув взглядом толпу подростков. — Теперь будем играть.

— Опять вышибала… — скривился пухляш. — Как Геннадия Петровича уволили, только в него и играем. Надоело уже.

— Потому что тебя первым выбивают! — выдал другой парень.

— Жрать надо меньше, Паштет. — хохотнул еще один, чем вызвал волну смешков.

— Я не толстый. — буркнул, насупившись, пухляш. — У меня просто кость широкая.

— Ага. Она, наверное, все пирожки в буфете и сжирает. Как ни приду — ни одного нет уже.

Паштет. Это значит Паша. Павел Семенов. Его, как и Костю, я запомнил во время переклички благодаря необычной внешности. На какой кружок он там ходит? Это в памяти уже не отложилось. Но точно что-то никак не связанное с физической активностью.

— В вышибалу играть не будем. — озвучил свое решение я.

— А во что тогда?

Я огляделся и нашел глазами апельсиновый мяч, укатившийся в угол после предыдущего урока.

— Баскетбол.

— Может лучше футбик?

— Нет. Играем в баскетбол.

Зачем изобретать велосипед, если в прошлый раз сработало? Тем более, что для футбола нужны ворота, а их еще фиг пойми где искать. Ну и баскетом, в отличие от ногомяча, никто в десятом классе не занимался. А значит все окажутся в равных условиях. Более или менее.

— В баскетбол вы тоже с нами играть будете? — спросил загорелый юноша в бело-голубой форме с надписью «Зенит». Психо определили его эмоции, как лукавство и тайный замысел.

— И стану капитаном одной команды. — сообщил я. — Имеешь что-то против?

— Вы старше и выше всех.

— И что с того?

— Это не честно.

— Мир вообще нечестная штука.

— Сами, небось, в школе за команду играли!

— Возможно. — спокойно пожал плечами я. И это даже не издевка. Вдруг и правда играл? — Хочешь что-то предложить?

— А вот и хочу! Я тоже буду капитаном. А еще первым возьму трех человек на свой выбор!

— Антон, а ты не обнаглел? — встала в позу одна из девчонок.

— Да пожалуйста. — махнул рукой я. — Выбирай.

Антон расплылся в улыбке. Я бы предположил, что ему польстило внимание представительницы противоположного пола, но Психо счел иначе.

Удовлетворение от сработавшего плана — вероятность 80%.

Так вот, какую улыбку я должен был изобразить, когда вынудил Бора провести мне магический тест.

Или нет.

Такую как раз лучше скрывать. Иначе собеседник по ней все поймет и получит возможность поменять решение. Будь я вредным типом, непременно так бы и сделал, но на удачу Антона я преследовал иную цель, а потому мне было абсолютно плевать на его мелкую победу.

— Жека, Дрон, вы за меня. — позвал двух спортивных ребят капитан. — Варя, ты тоже.

— Заучку-то нам зачем, Тох? — возмутился Женя. — Еще и девчонка.

— Спокойно. Я знаю, что делаю.

Что ж, у парня взгляд наметан. И черепушка варит. Не зря кроме футбола ходит на шахматы. Наверняка знает, что староста занимается скалолазанием, а значит она не просто тихоня-заучка, но и человек с хорошо развитыми мышцами рук и ног. А что еще нужно для любительского баскетбола? Прыгай, да бросай.

— За меня пойдете ты, ты и ты. — я по очереди ткнул пальцем в Пашу, Костю и самую миниатюрную девушку без формы.

Улыбка на лице Антона сменилась полноценной ухмылкой, а Психо сообщил, что за ней скрываются превосходство и предвкушение. Кое-кто определенно уже мысленно праздновал легкую победу.

Дальше делились по одному человеку, и в итоге в моей команде получилось на одного участника меньше, а обладателей формы мне вообще не досталось. Десять на одиннадцать. Или, по меркам баскетбола, толпа на толпу. Но кого волнуют такие мелочи в задрипанном спортзале общеобразовательной школы? Точно не меня.

Я бросил мяч Антону и отвел свою ватагу под кольцо для инструктажа. Тот получился коротким и очень емким:

— Паша, ты в защите. В атаку вообще не бегай. Костя, ты в атаке. В защиту можешь не возвращаться. Все. Погнали.

— А нам что делать? — окликнула меня малявка, лишь ненамного превышавшая ростом пятиклассников.

— Просто играйте. — ответил я. — И постарайтесь ничего себе не сломать.

— Ну зашибись теперь.

Я подумал было сопроводить напутствие улыбкой, но вспомнил, какую реакцию она обычно вызывает, и не стал. Особенно интересно она, наверное, сочеталась бы с последней моей фразой. Эффект зловещей долины обеспечен.

Тем временем команда Антона уже встала на позиции, и капитан, не дожидаясь свистка, лично рванул вперед с мячом. Обойдя нашу толпу по краю, он подбежал к щиту, прицелился и криво-косо, но все же забросил снаряд в сетку.