Преданная. Любовь и долг (СИ) - Султан Лия - Страница 1

Глава 1

Жанель

Декабрь 2023

В мире больших денег, где всё покупается и продаётся в один клик, женщина женщине - враг. Когда ты на коне, с тобой хотят дружить, тебе улыбаются, тобой восхищаются, тебя везде ждут. Когда ты оказываешься в центре грандиозного скандала, тебя уничтожат свои же.

— Прости меня, солнце! Прости, что приходится именно мне тебе об этом говорить. Но девочки решили, что мы с тобой ближе, поэтому скажу я, — в трубке слышится встревоженный голос подруги Дамели.

Ну как подруги? Наши мужья с детства дружат, и нам приходится. Я человек закрытый, и у меня только одна близкая подруга со школы. С остальными держусь приветливо, вежливо, но лишнего никогда не скажу. Потому что я с детства знаю, что живу в мире огромных денег, связей и зависти. Моя мудрая мама считала, что выпячивать богатство - моветон и лишний повод подразнить налоговую. Я с ней согласна.

— Что именно сказать? Не пугай меня, — сняв пиджак, бросаю его на спинку кресла и сажусь на край кровати.

— В общем, как бы начать… — занервничала она. — Пока ты была в Милане, кое-что случилось.

Дамели сказала это таким тоном, что у меня мигом пробежали по позвоночнику ледяные мурашки.

— Такой скандал. Такой ужас. В сеть слили список мужчин, которые пользовались услугами элитных эскортниц. Журналисты уже назвали его «Списком Айки», потому что эта блогерша… Айка… она им их поставляла.

— И? — холодно спросила я, сжимая телефон. — При чём здесь я?

— Твой Анвар, — она делает паузу, — он… есть в этом списке. Его фотография, его данные…

Да нет, это, скорее всего, ошибка или чья-то злая шутка. Мой Анвар никогда бы на это не пошёл.

— Не может быть, — сдержанно произношу я, поднявшись с кровати.

— Я могу прислать тебе его. Милая, жаным (дорогая), там не только твой муж. Там очень много тех, кого мы с тобой знаем, — вздыхает «подруга». — Такой позор.

А вот это ты зря сказала, дорогая.

— Твой муж есть в этом списке? — из последних сил держу себя в руках и подхожу к окну, из которого открывается прекрасный, завораживающий вид на горы. Но сейчас он меня не радует.

— Нет, — с облегчением отвечает она. — Моего там нет. Марининого нет, мужа Сафии тоже нет, — перечисляет она жён друзей Анвара.

А вот и он сам заезжает в открытые ворота. Пока Дамели перечисляет, кто есть, а кого нет в «Списке Айки», его Tesla медленно едет по дорожке и заезжает в гараж. Через пять минут он поднимется сюда.

— Жду список, — бросаю я. — Пришли, пожалуйста.

— Конечно-конечно. И знай, жаным, — снова делает паузу, чтобы я успела понять: она захочет подробностей, — я всегда рядом. Если тебе нужна будет помощь, я всегда тебя поддержу.

— Спасибо, жду.

Сбросив вызов, захожу в мессенджер и смотрю на нашу переписку. Через секунду приходит PDF-файл, и сердце начинает учащённо биться. Всё тело в таком напряжении, что я не помню, чтобы мне когда-нибудь было настолько плохо. Открываю, листаю таблицу, где слева - фотографии мужчин, справа - их данные, телефоны, адреса. Вижу знакомые имена, фамилии, лица. Все уважаемые и богатые, кто-то в возрасте, кто-то молод. Все они покупали секс за деньги. И вдруг…

«Анвар Байзаков, 1987 года рождения. Советник президента и сын владельца авиакомпании «Nomad Airlines»».

Мой Анвар. Отец моей двенадцатилетней дочери. Мужчина, с которым я прожила тринадцать лет. Я вдруг понимаю, что не могу вдохнуть - воздух застревает в горле, и лёгкие отказываются работать.

Тошнота резко подкатывает к горлу, и я зажимаю рот ладонью, чтобы не вырвало прямо на ковёр. Голова кружится. Я хватаюсь за подоконник, чувствуя, как пальцы немеют от напряжения.

Это не может быть правдой. Он не мог. Он же всегда на виду и рядом. У нас красивая, крепкая семья. Нет-нет, точно не мог.

А если мог?

С кем? Когда? Как часто? Сколько раз он возвращался домой, целовал меня в губы, и мы занимались любовью? В нашей постели после чужой? После чужих? Тех, кому он, может быть, платил.

И снова нет. Я не верю.

Захожу на информационные сайты. Везде одно и то же. В агентстве КазТАГ пишут:

«Казахстанские знаменитости и бизнесмены оказались в распространяемом в мессенджерах и социальных сетях «списке клиентов VIP-сутенёрши», о задержании которой ещё в июне отчитались в Министерстве внутренних дел.

В списке, который, согласно описанию, был якобы получен из телефонной книги «популярного блогера» Love Aika и сейчас распространяется пользователями сети, оказались известные казахстанские певцы и музыканты, обладатели государственных премий, представители крупного бизнеса, сотрудники крупных финансовых структур, вузов и других учреждений Казахстана.

Также в том же списке есть и телефонные номера множества представительниц прекрасного пола, которые предположительно оказывали интим-услуги» [1] .

Меня трясёт. Я сжимаю телефон так, что хрустит чехол. Слёзы не идут — вместо них внутри всё затягивается льдом.

Злость во мне такая огромная, что не помещается в грудной клетке. Я хочу разбить что-нибудь, кричать, схватить его за грудки и трясти, пока он не объяснит, почему тринадцать лет брака, наша дочь, наш дом — это не причина хранить верность?

Но я молчу, потому что меня с детства учили подавлять злость и не кричать прилюдно. Меня учили держать удар. Я выросла в семье дипломата: моё детство прошло в Китае и Иордании, а юность — в Германии. Папа говорил: «В нашем мире нельзя показывать слабость. Слабость — это приговор».

Я чувствую, как мои пальцы мелко дрожат, когда я нажимаю на кнопку блокировки экрана. Кладу телефон на подоконник. Выпрямляю спину. Делаю вдох.

В коридоре слышны его размеренные, спокойные шаги. Такие же, как всегда. Как будто ничего не случилось. Как будто мой мир не рухнул.

Дверь открывается, и я оборачиваюсь.

Мы с мужем встречаемся взглядами. Он видит моё искажённое гневом и болью лицо, мои налитые кровью глаза, то, как я сжимаю подоконник побелевшими пальцами, как часто вздымается моя грудь, как побелели мои губы.

На секунду во взгляде Анвара мелькает тень сожаления. А может, я путаю это с паникой.

Муж закрывает за собой дверь, опускает взгляд, потом поднимает его снова.

— Значит, ты уже знаешь?

Глава 2

Я смотрю на него в упор, не отводя взгляда, не опуская глаз, как делает это моя свекровь, когда её муж не в духе и может что-то резко сказать в присутствии детей. Но я не его мать и не буду покладистой женщиной, которая промолчит, лишь бы сохранить мир в семье.

— Объясни, — требую холодно, открывая список и показывая ему мобильный. — Что ты делаешь в «Списке Айки»?

Анвар закрывает дверь, делает шаг ко мне, но не приближается вплотную. Остановившись, смотрит тяжело, исподлобья.

— Этот слив устроили специально, Жанель. Неужели ты не понимаешь? Мне уже звонили из полиции. Уверен, половина мужчин в этом списке оказались там от винта, как и я. Их туда вписали, чтобы можно было шантажировать. Известные фамилии, бизнесмены, политики… Ты же понимаешь, какие деньги на этом можно сделать.

— И ты там случайно?

Он выдыхает.

— Я не знаю никакую Айку. Никогда с ней не сталкивался. И никакими эскортницами я не пользовался.

Анвар говорит убедительно и смотрит прямо в глаза. В его голосе усталость, злость, но не вина. Или он так искусно притворяется?

Я всматриваюсь в его лицо, в эти глаза, которые я знаю так много лет, потому что мы познакомились ещё задолго до свадьбы. В морщинки у рта, которые появляются, когда он волнуется.

Одна часть меня хочет поверить, ухватившись за эту версию, как за спасательный круг. Потому что альтернатива — это конец всему, что у нас было.

Но что-то другое — маленькое, холодное, липкое — шевелится в груди. Не верит его словам, потому что вспоминает, что в последние годы он стал другим.