Клиника Вельского (СИ) - Баранников Сергей - Страница 4

— Никак не могу к нему привыкнуть, — признался я. — Мне бы свой кабинет, где я буду чувствовать себя хозяином, а этот кабинет всегда будет ассоциироваться с вами.

— Брось, пройдёт пара месяцев, и ты тут обживёшься, а через полгода и думать забудешь о том, что кабинет когда-то был не твоим. Так устроен человек, что ко всему привыкает. И потом, это место специально проектировалось для директора. Оно находится в самом центре заведения, в равной степени доступное для всех пациентов и специалистов. Это сердце нашей клиники, поэтому директор должен быть здесь. Тебе придётся встречаться со спонсорами, деловыми партнёрами, представителями государственных структур. Кабинет должен производить впечатление и задавать тон разговора. Директор не может сидеть на хлипком стульчике, ему нужно величественное кресло, подчёркивающее его статус.

Да, просто занимать должность недостаточно, нужно ей соответствовать. А такого опыта у меня не было. И тут придётся здорово постараться, чтобы и держать клинику в узде, и оставаться человеком.

Мне казалось, что я недостоин занимать такую высокую должность. В моём понимании человек должен отработать много лет, пройти путь от младшего целителя до заведующего отделением, и только потом претендовать на должность директора. Я же проскочил этот путь всего за три месяца.

С другой стороны, а почему бы и нет? Чего мне не хватает, чтобы возглавить это учреждение? Опыта из прошлой жизни полно, на «низах» в своё время я проторчал предостаточно, а люди здесь грубо говоря такие же, как и в нашем мире. Да, больше полагаются на дар. Да, аристократы здесь элита, но талантливые и умные люди имеют шанс пробиться. Я бы даже сказал, что здесь у таких людей шансов побольше.

Я успел лишь зажечь лампадку с эфирным маслом, чтобы наполнить комнату привычным ароматом и разложить на столе бумаги, когда меня вызвали в операционную. Деркач просил, чтобы я лично присутствовал на операции. Казалось бы, удаление аппендикса, а такая возня, но никогда нельзя недооценивать проблему. Кто знает, чем это может обернуться? А если опоздаем? А вдруг перитонит и все вытекающие последствия? Если Вадим, у которого опыта в целительстве даже больше, чем у меня, хочет заручиться поддержкой, значит, ситуация того требует.

К счастью, мы успели вовремя, и операция прошла успешно. Довольный исходом, я оставил Вадима сопровождать пациента в больницу, а сам отправился в кабинет. Мои орлы наверняка уже приняли по два-три пациента, и мне не терпелось узнать как у них идут дела.

Честно говоря, я испытывал небольшую тревогу, но надеялся на лучшее. Но для начала я решил пообщаться с Вельским, который сидел теперь уже в моём кабинете.

— Не передумали? — ухмыльнулся я, тихонько отворив дверь.

— Нет уж, — рассмеялся мужчина, отвлёкшись от созерцания вида из окна. — Прокручивал в голове все события, которые случились со мной за эти годы. Знаешь, я прожил хорошую жизнь.

— И проживёте ещё много замечательных моментов.

— Надеюсь! — улыбнулся Владислав Гаврилович.

Он что-то хотел добавить, но в этот момент в кабинет вошла администратор.

— Николай Александрович, к вам господин Елистратов, — доложила Маргарита, заскочив в кабинет с явно испуганным лицом.

— Что-то не так?

— У него жалоба на работу наших целителей, — испуганно призналась администратор.

Вот тебе и надежды! А ведь Андрея Петровича я доверил Зиновьеву. Неужели Саша подвёл?

— Не буду лишать тебя удовольствия поболтать с Елистратовым с глазу на глаз, — ухмыльнулся Вельский, направляясь к потайной двери, замаскированной под шкаф. Эта дверь выходила в соседний кабинет, откуда был только один ход — к запасному выходу из клиники. Но я был почти уверен, что Владислав Гаврилович никуда не уйдёт, и просто дождётся, пока посетитель не удалится.

— Разве вы не останетесь?

— О, нет! Я хочу, чтобы ты сам учился решать проблемы. Самое время тренироваться.

Вот уж спасибо! Присутствие Вельского могло бы заметно помочь, но Владислав Гаврилович решил действовать кардинально. Это всё равно, что вывозить мальчишку на середину озера и швырять в воду в надежде научить его плавать.

— Давай не будем вынуждать господина Елистратова тратить время на ожидание, — ответил я администратору. — Пригласи его, пожалуйста.

Я удобнее сел в кресле, чтобы принять важный вид, потому как посетитель был из числа аристократов, которым важен внешний лоск. Но внутренне уже понимал, что легко не будет, а внешним видом такого человека не пронять.

— Господин Павлов, я к вам с жалобой на целителей вашей клиники. А точнее, на некачественное предоставление услуг, — произнёс мужчина с недовольным выражением лица, будто только что съел лимон.

Да, забыл ещё один серьёзный момент. Мне придётся отдуваться за своих подчинённых. Кто-то накосячил, а расхлёбывать мне.

— Я вас слушаю, — спокойно произнёс я, стараясь не показывать волнение.

— Вы подсунули мне самого настоящего мальчишку! Зелёного и неопытного! Не ожидал от вас такого хода.

— Андрей Петрович, я направил вас к лучшему молодому специалисту, который отлично разбирается в вашей проблеме. Поверьте, я бы никогда не доверил вести приём целителю без уверенности в его профессионализме. А Зиновьев настоящий мастер своего дела и лучший студент на курсе.

— Молодой зелёный юнец, — выделяя каждое слово, заявил посетитель. — Идя сюда, я надеялся, что меня примет лично директор, но у вас, видимо, были более важные дела, или пациенты. Неужели я не заслуживаю вашего внимания?

— Андрей Петрович, к сожалению, я никак не мог вас принять, потому как находился в это время на операции. Жизнь пациента висела на волоске…

— То есть моя жизнь вас совершенно не беспокоит? — вспылил мужчина. — Нет, я больше не намерен терпеть подобное отношение. Пожалуй, мне придётся отказаться от ваших услуг и поискать место, где меня будут ценить как клиента.

— И сделаете большую ошибку, — совершенно спокойно заметил я, вызвав у собеседника заметное замешательство.

Я прекрасно знал натуру Елистратова. Он пустозвон и паникёр, любитель ломать комедию и устраивать скандалы, чтобы привлечь к себе внимание. Есть такие люди, которые хотят, чтобы все бегали перед ними, и даже Вселенная вращалась вокруг них. Единственное, что я мог сделать в этой ситуации — пойти от обратного и сыграть на любви Андрея Петровича к самому себе.

— Выбирать целителя и заведение — ваше право, но я убеждён, что вам не найти лучших условий. Хотите сказать, что я не уделил вам должного внимания? В таком случае, вы заблуждаетесь, ведь я заранее знал о вашем визите, подобрал лучшего целителя по вашему профилю и лично проинструктировал его насчёт процедуры. Вы получили лучшее обслуживание, которое только может быть возможно. Но я соглашусь с вами — иногда нужно попробовать что-то новое, чтобы было с чем сравнить. Разумеется, я не вправе ограждать вас от опыта, пусть и негативного. Но я уверен, что мы с вами ещё не раз встретимся, ведь вы знаете цену своему здоровью и придёте к лучшим целителям.

Мои слова произвели на Елистратова сильное впечатление. Секунд пять он сидел напротив меня и молча заразился, и заговорил далеко не сразу.

— Хорошо, Николай Александрович, вы меня убедили, — медленно произнёс мужчина. — Я подумаю над вашими словами.

Андрей Петрович медленно вышел из кабинета, забыв даже попрощаться. Думаю, этот раунд остался за мной. Довольный собой, я откинулся на спинку стула и улыбнулся. Несколько минут назад я даже не надеялся на такой результат.

— Ты с ума сошёл? — едва не завопил Вельский, вернувшись в кабинет из потайной комнаты, едва за гостем закрылась входная дверь. — Мы ведь так всех клиентов растеряем!

— Поверьте мне, не растеряем. Через месяц Елистратов будет у нас.

— Очень на это надеюсь! — нахмурился мужчина.

— А что бы сделали вы? Принялись бы извиняться за несуществующую проблему? Или предложили поискать какого-нибудь другого целителя в возрасте? Неужели ради лентяя, не желающего пошевелиться ради собственного здоровья, я должен созывать целительский консилиум?