Расслоение (СИ) - "Nezloi" - Страница 4

Что любопытно, купленное оружие и боеприпасы появились буквально из воздуха. Первым материализовался пистолет, прямо на столе, на который я в данный момент и смотрел. Через мгновение появились патроны, причем без упаковки. Гора боеприпасов, едва появившись, с шумом рассыпалась, раскатившись по всей комнате.

Выматерившись, пошёл в ванную за ведром.

Почему-то появление из ниоткуда предметов меня не удивило, видимо, моя психика уже достигла того предела, когда что бы уже ни происходило, всё воспринималось обыденностью.

— Ведро патронов.

Пробормотал я двадцать минут спустя, ползания по ковру.

Отдышавшись, взял со стола пистолет. Ощущалось оружие легче, чем я ожидал, и, кстати, было не новым, на что намекало вытертое воронение.

Пощёлкав спусковым крючком вхолостую, полез в интернет за информацией.

Просмотр видеоинструкций по пользованию и уходу за «Люгером» много времени не занял. Поиграв с оригинальной конструкцией затвора, пошёл собираться.

Одеваться, используя только одну руку, было настоящим мучением, но я справился. На всякий случай оделся не в свою привычную одежду, а в широкие спортивного кроя брюки, такую же широкую, большую мне на пару размеров толстовку с капюшоном немаркого цвета. На ноги натянул старые кроссовки времён моего спортивного прошлого.

Убрав оружие за пояс, благо оно имело предохранитель, нагрёб в карманы патронов и вышел из квартиры.

Конечно, я не чувствовал себя полностью здоровым, да и небольшая слабость присутствовала, но ничего критичного.

Спустившись вниз, по грязной выщербленной лестнице, толкнул изрисованную похабными графити подъездную дверь и оказался на улице. Холодный осенний воздух немного взбодрил меня, придав сил, улыбнувшись скупому солнышку, пошёл вниз по улице.

Проходя мимо группы молодежи из Средней Азии, кучкующихся у винного магазина, старался на них не смотреть, они, как хищные животные, могли принять за агрессию.

По большей части там были нелегальные мигранты, правда, почему-то никто не работал.

За полчаса неспешного шага пересёк наш ПГТ, прошёл насквозь давно заброшенный дачный кооператив и вышел к березовой роще. Как и все осенние леса Среднерусской полосы, этот тоже выглядел депрессивно и навевал мысли о самоубийстве.

Местные метко называли этот березняк «грачатником», уж слишком много здесь было этих черных крикливых птиц, собственно говоря, только они и были.

Для начала обошёл всю рощу, убедившись, что кроме меня здесь никого нет, неожиданные свидетели мне были не нужны.

В связи с поздней осенью роща была довольно прозрачной, так что спрятаться в ней было непросто.

Ещё раз оглянувшись, достал из-за пояса пистолет. Оружие приятной, вселяющей уверенность тяжестью повисло в руке.

Выбрав первой жертвой здоровенного грача, сидящего на ветке метрах в пятнадцати от меня, поднял пистолет и тщательно прицелился. Задержав дыхание, плавно потянул спусковую скобу. Выбрав свободный ход, скоба уперлась в невидимую преграду.

Мысленно обругав себя растяпой, опустил флажок предохранителя и снова прицелился.

Выстрел звонким хлопком прокатился по голому березняку, подняв в воздух сотни грачей. Чёрной тучей с пронзительными криками птицы закружились над рощей.

Грач, которого я столько времени выцеливал, тяжело снялся с ветки и, обматерив меня, на грачином улетел.

— Мазила!

Стрелять с одной руки было непривычно.

Отойдя на дальний от поселка край рощи, уселся на упавший ствол дерева и принялся терпеливо ждать, когда птицы успокоятся.

Новую попытку предпринял через двадцать минут, на этот раз утвердил руку с пистолетом на подходящую ветку, что снизило тремор и сразу же положительно сказалось на меткости.

Словно кнут погонщика щёлкнул трескучий выстрел, и черная птица, забив крыльями, рухнула с ветки на землю. Не обращая внимания на крики кружащихся над головой грачей, подбежал к своей первой жертве, но добивать уже не понадобилось, пернатый в агонии слабо шевелил крыльями, вытянув лапы в струнку.

Поспешно открыл страницу персонажа, хотя у меня в настройках было выставлено показывать «Счёт при поступлении или траты эргов».

— Ничего!

Пробормотал я разочарованно. Конечно, останавливаться я и не думал, помнил, что один из форумных экспертов высказывал мысль, что эффект награды может быть накопительным.

Расстреляв две обоймы, сбил ещё пять грачей, но система по-прежнему была безучастна к моим потугам. Я уже хотел продолжить, как вдруг вспомнил, что я стреляю из боевого оружия всего в трёх километрах от посёлка с населением в десять тысяч человек. Конечно, вряд ли выстрелы из пистолета были слышны в Березовке, но вот периодически взлетающая стая грачей была видна очень даже неплохо.

Сообразив, что могу подставиться под полицейский патруль, убрал за пояс пистолет и поспешно ретировался в дачный поселок. Здесь среди заброшенных полуразрушенных дачных домиков и запущенных садов можно было спрятаться хоть от целой роты полицейских.

Почти час я просидел в покосившем однокомнатном домике, пропахшим сыростью и плесенью, с частично сохранившейся мебелью, прислушиваясь к звукам улицы. Но так и не услышал звука мотора полицейского УАЗика, точнее, вообще ничего не услышал, что выбивалось бы из шума заброшенного дачного посёлка. Немного продрогнув, выбрался из своего убежища и, заложив по посёлку крюк, вышел на окраине, откуда открывался отличный вид на Грачатник. С видимой мне стороны ничего подозрительного не заметил.

Я уже подумывал возвращаться домой, так как порядком устал, ещё не восстановившись полностью после экстремального похудения, как вдруг услышал заливистый собачий лай.

Надо сказать, что бродячие собаки в нашем посёлке если ещё и не стали стихийным бедствием, то были уже где-то рядом. Сбиваясь в стаи, они совершенно не боялись людей, и уже было несколько случаев, когда они нападали на одиноких прохожих, в основном, конечно, на женщин и детей. К счастью, пока до летальных исходов не доходило.

Приготовив оружие, пошёл на звук, свернув с заросшей травой улицы на едва заметную тропинку, ускорил шаг. Немного поблудив, вышел к оскредному заброшенному участку с полуразвалившимся кирпичным домом.

— А вот и логово.

Пробормотал я, замедлив шаги и тщательно выбирая, куда ставлю ноги.

Перед домом с выломанной входной дверью играли несколько собак. Немного в стороне лежал крупный беспородный пёс. Судя по вытоптанной траве и разбросанным повсюду костям, собаки здесь обосновались давно.

Всё ещё оставаясь незамеченным, я положил ствол Люгера на перекладину едва живого забора, прицелился в голову крупного пса.

Хлопнул выстрел, и пес, коротко взвизгнув, завалился на бок и засучил ногами, поспешно переведя ствол на оставшихся собак, стал стрелять практически не целясь.

С визгом свора бросилась в рассыпную, какая-то мелкая рыжая псина, не разобравшись, откуда приходит смерть, бросилась в мою сторону, не заметив меня, пригнувшегося за невысоким забором. Пистолет дважды толкнулся мне в ладонь и замолчал, выставив вверх локоть затвора. Пёс, завизжав, перевернулся через голову и остался лежать в пожухлой траве.

Тем временем из дома чуть ли не потоком выскочило ещё десяток собак и бросились прочь.

Уняв вдруг ускорившееся сердце, вынул из пистолета магазин и, не спуская глаз с визжащего подранка, стал поспешно набивать его патронами, доставая их из кармана по одному.

С щелчком загнал магазин в рукоятку, обошёл забор и, настороженно оглядываясь, стал подходить к разбросанным на траве телам.

Первым добил рыжего, несмотря на две пули, он был ещё жив и даже куда-то пытался ползти, капая кровью из открытой пасти.

Переборов легкое неприятие, выстрелил рыжему в голову, крупный пёс был уже мёртв и в контроле не нуждался. Последним я добил серого пса, что скулил и беспомощно скрёб передними лапами, судя по ранению, пуля перебила ему позвоночник, парализовав заднюю часть тела.

Стараясь не смотреть в плачущие карие глаза животного, выстрелили ему в голову.