Мятежный Инопланетянин (ЛП) - Тайден Милли - Страница 18

Сэйдж стоял, ошеломленный тем, что мир вокруг него рушится. Захватчики начали отступать, собираясь вокруг Голиафа с перерезанным копьем. Он не знал, что произошло потом. Мать схватила его за руку и повела к пещерам, куда направлялись другие женщины и дети.

— После спасения всего, что мы могли, мы все забронировали поездку в систему, где мы знали о планете, принимающей беженцев.

— А как же пират? — спросила Циррус, по щеке катилась слеза. — Он умер?

Сэйдж потер каплю большим пальцем.

— Нет. Он выжил и захватил планету и ее пебелит. Мы ничего не могли с этим поделать.

— Ничего? — спросила она. — А как насчет воинов-хранителей? Почему ты с ними не связался?

С удивлением он встретился с ней взглядом.

— Ты знаешь о хранителях?

— Ну, вроде того, — ответила она. — Разве они не похожи на полицию Вселенной? Ловить плохих парней и сажать их в тюрьму?

— Они делают намного больше, — сказал он, быстро добавляя, — согласно тому, что я слышал.

— Что еще они делают?

— Они проводят секретные операции, сопровождают сановников в опасности, могут проводить стратегические атаки в больших масштабах. Защищать невинных и поддерживать справедливость.

— Так на Земле, — сказала Циррус, — они будут представлять собой комбинацию полиции, морских котиков, ФБР и секретных оперативных групп.

— Да, что-то в этом роде. Кроме того, я слышал, что они исключительно смелые и мужественные. — Интересно, уловила ли она эту часть, его бровь поднялась. Циррус глубоко задумалась. Думаю, нет.

— Как насчет дома твоей семьи? Вы смогли что-нибудь спасти?

Сэйдж вздохнул.

— Моя мама нашла несколько вещей. У меня есть фотография моей сестры и племянницы. Большинство людей, которые видят это, думают, что это мои жена и дочь. Я не против. Тогда они оставляют меня в покое, думая, что я скучный, потому что у меня есть семья.

— Где твоя мама сейчас?

— После захоронения тела папы, мама так и не стала собой. Она его так сильно любила. Вскоре после того, как мы добрались до Млечного Пути, она умерла от разбитого сердца.

Циррус подперлась локтем.

— Вы были в Млечном Пути? Вот где Земля.

— Да, — сказал он. — Я никогда не посещал ее из-за войны, но многие люди жили вокруг меня. Я многое узнал о культуре и выражениях Земли. На самом деле, Айронвин доставляет мне неприятности из-за того, что я похож на землянина.

— Кто такой Айронвин?

«Вот дерьмо. Глупо, глупо, глупо».

— Он друг, которого я вижу время от времени. — Скорее, как каждый день в учреждении хранителей. Черт, эта женщина заставила его сойти с ума.

Ему нужно было сменить тему на что-то менее опасное.

— Ладно, хватит об этом, — сказал Сэйдж, мягко целуя ее мокрое лицо. — Я голоден. Уже обеденное время?

— Обед? — сказала Циррус, на ее лице вспыхнуло выражение паники. — Черт возьми. Так много времени прошло? — Она скинула одеяло. — Я должна идти.

— Иди куда? — спросил он.

Сэйдж наблюдал, как Циррус надевает одежду на свое восхитительное тело, скрывая его от глаз. Он должен изменить это, как только сможет.

Циррус повернулась к нему, надев туфли.

— Было приятно встретиться с тобой, но я больше не увижу тебя.

С этими словами она поспешила к двери.

Циррус не могла поверить, что она забыла о своей дочери в кладовой. Это то, что сделал умопомрачительный секс, отключил большую часть мозга. Черт возьми. Даже отец Поппи не сделал того, что показал ей Сэйдж. Циррус никогда не знала, что ее тело будет так изгибаться.

После того, как она проверит Поппи и, возможно, пообедает, она вернется в спальню, уберет воду и закончит убирать ванную. Теперь я знаю какого быть отвлеченной.

Циррус поспешила по коридору так тихо, как только могла, молясь, чтобы Бэй не вышла из кабинета. Открыв дверь, ее рука почти соскользнула с ручки. Это привлекло бы внимание, которого она не хотела.

Поппи сидела на полу там, где Циррус оставила девочку, а рядом с ней сидел мальчик с дыхательной трубкой и маленьким баллоном. Они оба посмотрели на Циррус, стоящую в дверях.

Поппи улыбнулась.

— Мама, это Альбедо. Мы думаем, что у него та же проблема с дыханием, что и у меня. Он помогает мне с моим письмом.

Циррус ворвалась в комнату и закрыла дверь с едва слышным щелчком. Что за?.. Это не мог быть тот самый мальчик, о котором ее обширное исследование показало, что он вылечился. То, что она нашла, говорило, что он жив и чувствует себя хорошо. Но у него была дыхательная трубка. Так вылечился он или нет?

Вот почему она была здесь, чтобы помочь своей дочери, у которой не было много времени. Найти лекарство и убраться отсюда. Циррус нацепила фальшивую улыбку.

— Привет, Альбедо. Ты здесь живешь? — спросила Циррус.

Он кивнул.

— Да, мэм. Мой отец Хасс Оле.

Циррус заметила, как он сказал «отец», а не «папа». Ее интересовали отношения между мальчиком и его отцом. Она не могла представить себе жизнь с кем-то, кто убил бы кого-то по мановению волшебной палочки или тарелки супа.

Циррус села на пол, чтобы присоединиться к ним. Листы линованной бумаги с кривыми рукописными гласными и согласными были разбросаны по ней.

— Ух ты, милая, — сказала она, — вы, ребята, усердно работаете.

Поппи кивнула и ответила, но Циррус этого не услышала. Ей нужно было найти способ задать вопросы мальчику, не вызывая подозрений.

— Альбедо, ты принимаешь какие-нибудь лекарства в дополнение к своему консервированному воздуху?

— Нет, мэм, — ответил он. — С тех пор как я получил это, — он провел ладонью по бутылке, — мне ничего не нужно. — Он указал на полку. — У меня осталась одна бутылка. Мой отец приносит их с собой домой.

Ее сердце разбилось. Только одна бутылка. Как она могла взять последнею и обречь маленького мальчика на возможную смерть? Ну, это был выбор либо мальчик, либо ее дочь.

Ее решимость закалилась. Циррус боролась долго и упорно, чтобы попасть сюда. Она возьмет последнюю бутылку сегодня вечером и никогда не вернется. Надеясь, что этого будет достаточно, чтобы она была в безопасности. Если ей нужно больше, она разберется с этим позже. Ее дочь будет жить.

— Ребята, вы голодны? — спросила она.

Они оба сказали «да» одновременно.

— Ладно, сидите тихо, а я принесу нам поесть.

Циррус встала и направилась на кухню. Поскольку мужчины уехали, она не была уверена, что шеф-повар потрудился приготовить обед. После глубокого вдоха ее нос сказал ей, что это не так. Она прошла через распашную дверь.

— Нужна помощь сегодня, шеф?

В глубине комнаты она увидела вращающийся в воздухе нож.

— Нет, нет. Не сегодня. Возьми свою еду и иди.

Ее брови поднялись от его резкого тона, но, если бы ей пришлось работать здесь, она, вероятно, поступила бы так же.

Из шкафа Циррус вытащила три тарелки и сложила как можно больше на верхнюю. Вилки она положила в карман. Было так приятно снова есть горячую еду. Она так долго жила со своей семьей на Земле, что не знала, насколько тяжелой стала ситуация.

Теперь, в надежном и безопасном месте, Циррус поняла, что должна была попытаться покинуть планету раньше. Но с ее родителями сбежать было бы трудно. Засунуть ее и Поппи в грузовой контейнер и отправить с планеты было почти так же легко, как получилось.

Долгое время Циррус обвиняла насыщенный дымом воздух как причину проблем с легкими у своей дочери. Но лучше не стало с тех пор, как они покинули планету. На самом деле, состояние продолжало ухудшаться.

Когда Циррус шла к кладовке, воспоминания о вчерашнем происшествии в доме по уходу за детьми заползли в ее голову. Эта атака была еще хуже. Ее дыхание было настолько поверхностным, что она не знала, как девочка оставалась в сознании. Обещание большего количества консервированного воздуха удерживало ее дух от глубин тьмы.