Мой хвостатый избранный или Курс на Бездну (СИ) - Райс Айштария - Страница 6

Вот это мне уже совсем не понравилось. Никакой конкретики. А теперь меня явно заманивают. Я сделала шаг ближе.

— Послушай меня внимательно,Ариан-из-народа-глубин . У меня был корабль. Экипаж. Императорское поручение. И крайне напряжённая жизнь ещё до того, как Океан решил пережевать меня, выплюнуть и познакомить с тобой. Поэтому сейчас ты либо начинаешь объясняться так, чтобы я понимала, либо я проверяю, насколько мирэны чувствительны к проколам в районе плечевого сустава.

Он не дрогнул. Вообще. Только поднял на меня взгляд — спокойный, очень прямой — и сказал:

— Да, моя драгоценная дева. Я понимаю, что ты напугана.

Я едва не задохнулась от возмущения.

— Я не напугана! И прекрати называть меня своей. У тебя нет на это права.

— Тогда сердита. И у меня есть это право. Скоро ты это узнаешь.

— Я не просто сердита, я в ярости! А о правах на первую встречную вообще не заикайся.

— И растеряна.

— Ни разу. Я похожа на растерянную? – я направила на него кортик.

— И тебе не нравится, что ты ничего не контролируешь.

Я открыла рот. Закрыла. Снова. Потому что проблема была не в том, что он ошибся. Проблема была в том, что он, проклятье на его идеально вылепленные губы, был прав.

— Не злоупотребляй наблюдательностью, — предупредила я.

— Постараюсь. Мы, народ глубин, уважаем желания своих наречённых.

Опять. Какой он непробивемый! Но он говорил так мягко и в то же время уверенно, что у меня возникло совершенно нелепое желание верить ему. Пришлось срочно напомнить себе, что я нахожусь на неизвестном берегу, у неизвестного храма, рядом с мифическим существом, которое знает мой язык, светит глазами и, вероятно, считает всю эту ситуацию вполне удачным началом отношений.

Нельзя расслабляться. Особенно рядом с таким. Я уловила его взгляд. Он смотрел на ракушку на моём запястье. Я тоже подняла её до уровня своих глаз.

— Не ты обронил? Ведь здесь был только ты, — спросила я.

И впервые за всё время Ариан выглядел… чуть менее уверенно. Смущенно. Совсем чуть-чуть. Но я заметила.

— Это, — сказал он, — мойамулетдуши .

Я молча посмотрела на подвеску. Потом на него. Потом снова на подвеску.

— Ты сейчас серьёзно? Раз он твой, то почему оказался у меня? Я случайно забрала его, пока ты спасал меня?

— Нет.

— Тогда как она у меня оказалась? Возьми, — я начала снимать шнурок с запястья, почему-то испытывая лёгкое сожаление.

— Нет, не нужно! — он серьёзно смотрел на меня.

— Почему?

— Это брачный дар, — сказал Ариан тихо, настороженно и с ожиданием посмотрев на меня снизу вверх, — Мужчина украшает такую раковину сам. И всегда носит с собой. Чтобы подарить той, кого выберет его душа. Той, с которой случится резонанс.

— Душа?

— То, что даёт силу, источник жизни в нас, — он коснулся своей груди.

— Ядро, значит. У нас это называется ядро. У вас всё настолько прямолинейно? Просто всучить украшение? Без слов, без речей? Без обетов и церемоний?

— Бывает по-разному. А церемония и обеты обязательно будут. Просто немного позже. Обычно возникновение резонанса считается благословением Мира, даром и великой радостью.

— Обычно где? В мире, где женщин смывает с корабля прямо к голым мужчинам с хвостами? И у нас нет понятия резонанса. Или чего-то схожего.

— Не к голым, — возразил он и бросил быстрый взгляд вниз, будто только сейчас вспомнил о некоторых деталях своего внешнего вида. — И теперь мне понятно твоё неприятие резонанса... Твоя Империя следует по пути подавления энергии Мира. А от исконных традиций отказалась. И вероятно очень давно...

Я задумалась над его словами. Он был прав в том, что культура и технологии Эль-Мерим применяли энергию Мира довольно жёстко. Это было довольно эффективно. При этом всё ещё существовали старые полузабытые школы, которые ратовали за принципиально иное использование энергии.

Но сейчас культурные различия не самое главное.

— То есть эта… очень дорогая на вид океанская побрякушка…

— Это не побрякушка... — в голосе прозвучала почти обида. Лучше быть уважительнее к чужим традициям. Вдруг обидится, и я ничего не узнаю полезного.

— …эта ракушка…

— Амулет души.

— …каким-то образом означает предложение руки и сердца?

— Не совсем. Скорее признание выбора.

— Чьего выбора?

Он посмотрел мне в глаза.

— Моего.

— Отлично. Прекрасно. Восхитительно. Тогда я с огромным облегчением сообщаю, что не принимаю.

Я сняла шнурок с подвеской и решительно протянула ему. Он даже не пошевелился.

— Возьми, — сказала я.

— Не могу и не стану, — почти прошептал он, при этом выглядел так, словно я разбивала ему сердце.

— Почему?

— Потому что ты уже приняла её.

— Но я её не принимала. Я очнулась с ней в ладони. Подозреваю, она не сама там появилась!

— Этого достаточно.

Я почувствовала, как у меня начинает дёргаться глаз.

— Нет, подожди. Давай разберёмся. Меня вынесло на незнакомый берег после бури. Ладно, ты меня вынес. Предположительно. Пока больше некому. Я была без сознания. Очнулась. В руке уже лежала ракушка. Ты хочешь сказать, что в вашей традиции этого достаточно, чтобы считать женщину согласной?

— Не согласной, — спокойно уточнил он. — Отмеченной выбором.

— Без её ведома?

— Не совсем без ведома. Душа откликнулась.

— Я в тот момент была без сознания!

— Душе это обычно не мешает.

— Ты невыносимо упрям!

— Моё упрямство просто меркнет перед твоим, отважная дева, — он улыбнулся. Чтобы не раздражат меня ещё больше, он опустил приставку "моя". Мудро.

— Замечательно. Просто замечательно. То есть моё собственное тело вступило в какой-то сговор без разрешения.

— В каком-то смысле да. И к тому же. Ты ведь меня поймала. Значит, берёшь меня в мужья. Это тоже важная часть обрядов нашего мира.

— В смысле?! С этого места подробнее, Арри-иан!Он слегка вздохнул. Но явно притворно.

— Я ощутил твою душу в шторме. Это был отклик резонанса душ. Затем я оставил свой амулет души как знак своего согласия и предложения принять меня твоей парой. А потом…Ты меня поймала в сеть. Как знак того, что ты согласна принять меня в качестве супруга. Помолвка состоялась.

Я смотрела на него хлопая ртом как натуральная рыба.

— !!!

Он на этот раз уже не скрывал смеха. Меня это оскорбило. Совсем немного. И ещё почему-то развеселило.

Что, конечно, было совершенно не к месту. Мне хотелось чем-нибудь огреть его. Желательно тяжелым. Но я ещё раз сунула ему ракушку.

— Забери!

— Нет. Я не отказываюсь от своего выбора.

— Ариан. Зато я...

— Она твоя.

— Ариан, бездна тебя забери!

— И теперь всегда будет твоей, — не отступал этот твердолобый хвостатый.

— Если ты сейчас добавишь что-нибудь ещё в духе “как и моё сердце”, я в тебя ею брошу. - потому что высокопарные слова обычно вызывали ментальную изжогу.

Он помолчал, потом всё-таки сказал:

— Я хотел сказать “по обычаю”. Но твой вариант тоже неплох.

Я действительно замахнулась ракушкой. Он мгновенно поднял руки, сдаваясь — насколько вообще можно сдаваться, когда ты до пояса русал, выше пояса мужчина и целиком безобразно спокоен.— Даже если ты откажешься от меня, — он снова посмотрел на меня. Серьёзно, без смешинок в его сияющих глазах.

— Прекрати так себя вести. Невыносимо.

— Хорошо, — сказал он. — Не буду.

— Спасибо. Поразительная уступчивость.

— Я стараюсь не испортить наше знакомство окончательно.

— Ты начал с того, что объявил меня своей будущей женой. Боюсь, ты несколько опоздал с нормотипичным знакомством.

Сказав это, я поняла, что всё ещё держу подвеску. И что, если уж быть до конца честной, она действительно была очень красивой.

Я неохотно опустила её на камень рядом. Пока что.

Ариан проследил за движением с таким выражением, будто я не просто положила вещь, а пощадила часть его души.