Бастард Императора. Том 30 (СИ) - Каспаров Сергей - Страница 25

— Потому что внутри того разлома находятся ещё двое моих детей…

Она коротко рассмеялась, но в смехе теперь слышалось почти безумие.

— Мало кому удавалось зайти там далеко! Однако двое моих детей смогли! У них была особая миссия, и с той стороны к этому моменту прошло уже очень много времени! И когда они вернутся… Вас не спасёт ни Вяземский, ни кто-либо ещё! Мы с китайским императором создали идеальное оружие, которое подчинялось только нам двоим! В детстве мы поставили им ментальные закладки, укореняли послушание годами.

Она снова рассмеялась — истерично и прерывисто.

— А теперь китайский император мёртв, а я схвачена! Вы даже не представляете, что натворили!

Смех стал громче, захлёбывающимся.

— Они придут! — выкрикнула Суворова. — И без контроля уничтожат этот мир!

Всё пространство внизу прорезал безумный смех, но сквозь него был слышен отчётливый тихий шёпот дяди, полный ненависти и горечи:

— Ты чудовище…

Суворова продолжала смеяться. Ждать чего-то большего уже не имело смысла, поэтому мы пошли вниз.

Наши шаги гулко разносились по узкому каменному коридору, отражаясь небольшим эхом от стен. Дядя сразу обратил на нас внимание, но ничего не произнёс. Он стоял возле решётки, повернувшись к нам вполоборота. В его взгляде я отчётливо видел частицу разочарования.

Не злость и не ненависть. Именно разочарование человека, который до последнего надеялся услышать от родной матери хоть что-то человеческое.

Суворова тоже видимо услышала наши шаги, её смех постепенно стих.

Когда мы приблизились, то увидели, что она сидит возле стены со связанными за спиной руками и чёрной повязкой на глазах. Несмотря на положение пленницы, женщина держалась прямо. Уголки её губ всё ещё тянулись в наглой усмешке.

— Император, — коротко, но с почтением кивнул мне Суворов.

— Дядя, — так же кивнул я ему. — Вижу, у вас тут обстоятельный диалог случился. Мы не хотели его подслушивать, но всё-таки стали невольными слушателями.

На это он только горько усмехнулся и отвёл взгляд в сторону. Суворова тоже усмехнулась. Она не видит нас, но по звуку шагов прекрасно понимает, где мы находимся.

— А вот и внучок пожаловал… — Криво улыбнулась она. — И всё-таки тебя охмурили романовские подстилки. Знай я, что ты станешь так позорить нашу кровь, гораздо раньше вернулась бы в Российскую империю и убила тебя.

— Смелый план, — спокойно кивнул я. — А самое главное, удобный, не правда ли? Ребёнок ведь ничего не сможет противопоставить взрослому практику.

Улыбка на её губах едва заметно дрогнула.

— Вы тут, в Китайской империи… — я на мгновение остановился, будто оговорился. — Ой, прошу прощения, в некогда существовавшей Китайской империи, как погляжу, совсем не гнушались подобных методов. Даже собственных детей отправляли в разломы.

Она снова криво усмехнулась.

— Можешь говорить всё, что захочешь. Блажен тот, кто не ведает.

— Блажен тот, кто не ведает… — повторил я, прокатывая фразу на языке, а затем тихо цокнул. — И правда хорошее выражение…

В этот момент мне захотелось схватить её за шкирку, телепортировать на дирижабль и переместить к одному из городов, где орудие душ уничтожило миллионы людей.

Потом ткнуть лицом прямо в тёмную энергию, которая разъедала землю, и повторить ей её же слова.

Вот только Суворова пока нужна. С ней ещё должен поработать менталист. Да и не думаю, что дядя, несмотря на всю ненависть и боль, захочет смотреть, как я поступаю с его матерью подобным образом.

Поэтому пусть пока живёт.

— Знаешь, информация, которую ты поведала ранее, действительно очень полезна, — продолжил я. — Теперь я хотя бы окончательно убедился, что этот разлом нужно запечатать.

— У тебя ничего не выйдет, — её улыбка стала шире. — По крайней мере, пока там находятся мои дети. Да и ты не знаешь временную амплитуду. Никто тебе её не скажет, потому что о ней знали лишь несколько человек. — Суворова чуть откинула голову к стене. — И пока ты станешь искать этих людей среди всего дворца, поверь мне, пройдёт очень, очень много времени.

— Ладно, — всё так же спокойно кивнул я. — Вот только ты неправильно меня услышала. Я не закрою разлом, а запечатаю его.

Её улыбка замерла, я же продолжил:

— Или ты думаешь, что разломы можно только закрывать? Думаю, сейчас сильно тебя огорчу. Если знать как, то на любой подобный проход можно наложить печати. — Глядя на неё, уже я усмехнулся. — В любом случае спасибо за информацию. Теперь я точно убедился, что именно так и нужно поступить. Может, у тебя есть ещё что-нибудь интересное для нас?

Суворова молчала. Она всё так же продолжала улыбаться, но теперь улыбка выглядела более натянутой, чем искренней. Значит, мои слова она восприняла всерьёз.

Но да ладно… Позлорадствовать ещё успею. Сейчас нужно заняться делами.

Я начал задавать ей вопрос за вопросом, однако Суворова продолжала молчать. Лишь иногда чуть поворачивала голову на звук моего голоса, сохраняя на губах раздражающую усмешку.

К сожалению, выяснилось, что нормального разговора без менталиста у нас с ней не получится. А единственный известный мне специалист сейчас находится в столице Российской империи.

Значит, придётся с ней разобраться в этом плане именно там.

После подслушанной информации про её детей я отослал всех, кроме Яны, по делам, а сам с ней снова направился вниз, к разлому.

Как бы ни хотелось оставить чудесное место открытым, ведь там действительно находится много полезного, игнорировать слова Суворовой не стоит.

Она оказалась в отчаянии, а в таком состоянии человек вполне способен взболтнуть лишнее.

Мы снова вошли в небольшую пещеру.

Разлом всё так же медленно вращался в центре. Чистая энергия расходилась по каменному полу тонкими потоками.

— Готова? — я посмотрел на Яну.

Она спокойно кивнула.

— Готова. Только скажи, куда направлять поток и какую формацию будем использовать.

— Поддерживай внешний контур. Я займусь внутренними печатями. Формация священной печати.

Мы одновременно подняли руки. Я начал накладывать печати одну за другой, окружая всё место сплошным барьером.

Первая печать легла прямо перед разломом, вторая была над ней, третья — с другой стороны, и так далее, пока мы не создали плотное тройное кольцо из круглых печатей вокруг всего разлома. Каждое из колец двигалось в свою сторону, руны вспыхивали золотом и белыми молниями.

Яна стояла справа от меня и направляла энергию снаружи, удерживая всю конструкцию и не позволяя временной воронке сбить контуры.

Воздух постепенно становился тяжелее. Стены пещеры начали словно сжиматься и даже понемногу давить. С потолка посыпалась каменная крошка, а сам разлом несколько раз пульсировал, словно пытался сбросить накладываемые ограничения.

Я увидел, как у Яны из носа потекла кровь. Всё же эта формация для четверых человек, а мы её вдвоём накладываем.

— Он сопротивляется, — нахмурилась она, не обращая внимания на кровь, которая уже текла по подбородку.

— Нужно оставить брешь для выхода энергии. Ослабь четвёртый и второй контуры, — пока я отдавал команды, мои руки быстро мелькали, меняя печати прямо на ходу.

Я создал ещё несколько печатей.

Одна за другой они замыкались вокруг разлома, формируя многослойную сферу. Каждый слой поддерживал следующий. Внешний контур питался от самой Земли, а внутренний — от энергии разлома.

Если с той стороны действительно кто-то захочет выйти, ему придётся очень сильно постараться, чтобы пробить проход. Ведь я зациклил защиту сразу на двух источниках. Чем сильнее кто-то станет давить изнутри, тем больше энергии защита получит для сопротивления.

Когда последняя печать заняла своё место, сияние разлома заметно потускнело. Перед ним возникла полупрозрачная стена, покрытая тысячами мелких рун.

— Готово, — тихо выдохнула Яна с усталостью.