Прибежище смерти - Атмаджа Марал - Страница 5

Выпив воды, я прихватила с собой маленькую пластиковую бутылку и вышла из кухни. Пока в полной тишине шла в свою комнату, мое внимание привлекло выходящее на улицу окно. Остановившись, я заметила огромную луну, освещающую ночное небо. То самое небо, которое днем обрушивалось на меня всеми кругами ада, вечером вселяло надежду о далеких райских местах. Когда мама была еще жива, я гуляла лишь по ночам, и то это было редким явлением. На протяжении пяти лет, что я живу здесь, я совсем не видела звезд. Впервые за все это время я вышла за пределы собственной комнаты. Если не считать, конечно, того случая, когда я проходила лечение на верхних этажах.

«Почему бы и нет?» — пронеслось у меня в голове.

Спокойным, но быстрым шагом я направилась в ту часть коридора, где находился лифт. Возможно, Лиза предполагала, что когда-нибудь я сумею выйти из комнаты, поэтому предусмотрительно поделилась со мной информацией о расположении лифта – в коридоре, справа от кухни. Из-за своих огромных размеров потеряться в школе было проще простого. Отыскав лифт, я нервно сглотнула. Я ведь просто собиралась спуститься вниз на шесть этажей, но откуда ни возьмись объявился мой страх замкнутых пространств. Если я войду, у меня легко может начаться новый приступ.

Отчаявшись, я сделала глубокий вдох. «Я просто хотела подышать свежим воздухом», – пронеслось у меня в голове. Нет, я бы не смогла сесть в лифт.

Заметив лестницу, я непроизвольно улыбнулась. Мне было так сложно преуспеть в том, с чем другие легко справлялись, отчего все казалось мне таким невозможным. Потихоньку я направилась к лестнице, с каждым шагом все больше боясь неожиданной встречи. Мое дыхание участилось. В этой школе пребывали сотни опасных людей, и всех их притягивало мое сердце. Я же просто хотела прожить еще один год, что не так уж и много. Прожить еще один год в надежде, что отец приедет ко мне. Я не хотела умирать, так и не увидев его.

В эту лунную ночь удача улыбнулась мне, и я смогла выйти во двор, не попавшись никому на глаза. Я была настолько счастлива, будто сумела отыскать эликсир бессмертия. Даже столь маленький шаг смог меня порадовать. Вдохнув запах цветов, который принес с собой прохладный ветерок, я ощутила, словно парю над самими облаками. Благодаря наружному освещению я смогла все тщательно рассмотреть. Очутившись под сенью сосен, я направилась к саду. Лимонное дерево, предвестник весны, зацвело, отчего смотрелось невероятно красиво. На ветвях персика уже раскрылись бутоны, а вот абрикос все еще мирно спал. Я не могла поверить своим глазам – такое великолепие открылось передо мной. Миновав самые разнообразные деревья, я очутилась в ботаническом саду, по обеим сторонам которого прорастали кусты олеандра. Словно корона, разноцветные цветы обрамляли листья, что придавало этому месту еще более роскошный вид. Собрав пять лепестков желтого олеандра, я сжала их в руке, а завидев впереди азалию, улыбнулась и сорвала листик уже с нее.

Подняв голову, я заметила большую беседку, обвитую плетистыми розами. Мое внимание тут же привлек маленький бутон с розового куста, и я немедленно направилась к нему. Так как я особенно интересовалась цветами, я с первого взгляда поняла, что передо мной не просто обычное растение, а редкий бутон камелии, которая мне нравилась больше всего. Благодаря книгам я многое знала о языке цветов.

Пусть в каждой книге значения трактовались по-разному, но, по-моему, камелия абсолютно точно символизирует судьбу. Мои пальцы осторожно коснулись маленьких бутонов. Судя по острым лепесткам растения, это определенно была желтая камелия. Сорвав с нее листок, я сжала его в своей ладони. Если не ошибаюсь, обрывать цветы – это преступление, поэтому лепесткам я предпочитала листья, для которых у меня была большая специальная тетрадь. Я вклеивала в нее листья с кустарников, а внизу оставляла от себя несколько слов. Коллекционирование листьев цветов было моим увлечением, от которого я никак не могла отказаться. Именно оно делало меня по-настоящему счастливой.

Но был и цветок, который четко ассоциировался у меня с собой. Мак… означающий грусть. На мой взгляд, у мака не было такого обаяния, как у других цветов: он не был таким же эффектным, как розы, не благоухал так же сладко, как ромашки. У него вообще не было какого-то специфичного аромата. Он не обладал таким же количеством видов, как и гвоздики. Мак был цвета крови, которую я отхаркивала, был хрупким, не таким сильным, как кактус, или ярким, как георгины. Стоит только прикоснуться к его бархатным листьям, как они опадают, а если сорвать его, то он вот-вот начнет увядать.

Мак символизирует грусть. Грусть, которой были полны мои слезы. Он склоняется даже от самого легкого ветерка, скорбя и делясь со всеми своей болью.

Мак лучше всего описывает меня. На языке цветов он означает: «Не люби меня, ведь мое будущее – потемки».

С листьями в руках я двинулась с места, и тут до меня донесся звук приближающихся шагов, отчего мое дыхание резко перехватило. Обернувшись, я увидела двоух мужчин, стоящих прямо напротив меня, и ком встал поперек горла. Разве в такое время им не запрещено выходить из комнат? Возможно, в этой школе правила не соблюдались. Они ведь не обычные ученики, а настоящие преступники, так что по своей сути и не должны были придерживаться правил. Зачем им это нужно?

– Я же сказал тебе, Эндрю, что видел где-то немую девчонку, – произнес мужчина, смотря мне в глаза. Ему было около сорока лет, он был худой и низкий. То, как он курил, пристально рассматривая меня, напрягало.

Эндрю посмотрел на меня с усмешкой.

– Значит, это и есть та самая девушка со знаменитым сердцем, о которой гуляет столько слухов? – Он сделал шаг по направлению ко мне, и от страха я выронила все листья, которые до этого сжимала в руке. Мое сердце было моей самой большой проблемой.

Должно быть, мой страх настолько позабавил Эндрю, что заставил того рассмеяться.

– Что скажешь, Виктор… Повеселимся с ней? Или сразу заберем ее сердце? – Из-за услышанных слов мое дыхание участилось. По сравнению с ними я была всего лишь маленьким ребенком, для которого подобные вещи – верх жестокости.

Мужчина бросил окурок на землю и угрожающе расхохотался.

– Почему бы нам не сделать и то, и другое?

Увидев, как он сделал шаг в мою сторону, я отступила назад. Я ведь не могла просто взять и убежать. Любое действие, оказывающее нагрузку на сердце, было для меня под строжайшим запретом.

Заключенные медленно приближались, и с моих губ сорвался всхлип, потонувший в непроглядной тьме. Когда же мужчина с сигаретой в зубах положил мне руку на шею, меня парализовало от страха. Но стоило ему коснуться бретельки моего платья, как я тут же оттолкнула его. Однако мужчину это только раззадорило, и он сказал:

– Ты такая беспомощная! – Как бы обидно это ни звучало, но он был абсолютно прав. Я была ограничена не только в речи, я сама по себе представляла один сплошной изъян.

Тот, кого звали Виктор, попытался притянуть меня к себе, но я ловко ударила его носком ботинка в колено. Разразившись руганью, он меня отпустил. И как только я развернулась, чтобы убежать, он резко схватил меня за волосы и привлек к себе.

– Ты действительно думала, что я тебя отпущу? – От его слов биение моего сердца ускорилось, отчего я испытала нестерпимую боль в груди. Я испугалась, и этот страх мог стать для меня последним.

Я жила во тьме, не зная, что такое свет.

Стоило Виктору прижать меня к себе, как я отчаянно забилась, стараясь вырваться. Он обхватил меня за пояс, и я ощутила, как коснулась спиной его груди. По тому, как сбилось мое дыхание, я поняла, что вот-вот начнется астматический приступ. В надежде освободиться я вцепилась ногтями в его руку, на что в ответ он сдавил меня еще сильнее. Заметив, как второй мужчина, стоя напротив, протягивает руки к моим ногам, я зажмурилась. Невероятная боль пронзила мое сердце, а из глаз брызнули слезы. В тот самый момент, когда я уже смирилась со своим поражением, ожидая смерти, я почувствовала, что больше меня никто не удерживает. Позади раздался какой-то звук, и до моих ушей донесся мучительный крик. Всхлипнув, я зажмурилась еще сильнее. Я даже не знала, что произошло, просто боялась открыть глаза.