Ученик гоблина. Книга V (СИ) - Лис Марко - Страница 1

— Пей, кому сказал, — старик силой вливал мне в горло уже третью чашку густой, приторной патоки. От этой жуткой сладости у меня нещадно сводило зубы и слезились глаза. — Ты крови потерял даже больше, чем всего должно быть внутри нормального человека. Чудо, что до сих пор жив, нэк.

Так-то я и сам порядком испугался, когда, очнувшись, обнаружил себя лежащим в огромной, растекшейся по постели и полу луже собственной крови. Ощущения были такими, будто меня несколько раз кряду использовали в каком-то мрачном ритуале жертвоприношения.

— Может, снимите уже? — я слабо брякнул тяжёлыми железными кандалами, привлекая внимание наставника.

— Сперва мне нужны чёткие ответы. Объясни, с какой стати Монарх вдруг стал таким покладистым и добровольно согласился на слияние, нэк? Это, конечно, не окончательная смерть для сущности, но всё равно.

— Я бы точно не назвал это «добровольно», учитель, — я сделал несколько жадных глотков чистой воды, пытаясь побыстрее запить эту сладкую гадость.

— Менос, — недовольно рыкнул старый гоблин. — Не вынуждай меня тащить из тебя информацию по одному-единственному слову.

— Монарх просто вовремя понял, что в покое его никто уже не оставит. Даже если бы он каким-то чудом одолел и поглотил меня, то дальнейший расклад сил всё равно был далеко не в его пользу. Так или иначе, впереди его ждала только смерть и полное забвение. Вот он в последний момент и предложил такой компромисс. Так что это ни разу не «добровольно» и не потому, что тварь вдруг стала «покладистой», а потому, что кое-кто чуть не разнёс к демонам всё внутри Чертогов моего разума.

Я выразительно покосился на сидящего на соседней кровати Полуухого.

— А он-то здесь вообще причём? — моментально перехватил мой красноречивый взгляд наставник.

— Он вам не рассказал? — спросил я учителя и сразу же повернулся к притихшему товарищу. — Ты почему молчишь и до сих пор ничего не рассказал?

— Не рассказал «что»? — удивлённо блымнул глазами молодой гоблин, растерянно переводя взгляд с меня на мастера.

И ведь не шутит. Судя по неподдельному выражению глубокого удивления на его припухшей морде, он действительно искренне не понимает, о чём вообще идёт речь. Видимо, духовный транс берсерка стёр последние воспоминания о финале битвы.

— Просто призови свою сциллу, — устало велел я.

— Давай, нэк! Показывай! — нетерпеливо поторопил его старик.

Арах послушно призвал сциллу. Воздух перед ним привычно исказился, и оба гоблина, и молодой ученик, и умудрённый опытом учитель, в ту же секунду уставились на неё с разинутыми от полнейшего шока ртами. Оно и не удивительно.

С теми черепашьими темпами, что Полуухий развивал свою сциллу после пробуждения рунного сердца, текущего ошеломительного результата он должен был добиться… рискну навскидку предположить, что где-то примерно через цикл-полтора, или около того. И это если говорить исключительно о развитии и стабилизации самих орбит. А тут ведь, ко всему прочему, прямо на глазах лениво пульсировал глиф совершенно новой руны, рождённой самой сциллой на пике смертельной опасности!

— Долго ты ещё пялиться на неё собираешься, дурень? — первым пришёл в себя старый шаман, отвесив ученику лёгкий подзатыльник. — Читай уже свою новую руну, нэк! А ты, — старик резко развернулся ко мне, — с этого самого момента расскажи обо всём, что там произошло, во всех подробностях.

Я и рассказал всё без утайки. Поведал о том, как уже списанный мной со счетов Арах вдруг перевернул всё с ног на голову, едва не похоронив меня вместе с тварью.

— Вторая орбита. Максимум силы. Десять из десяти ячеек активны, — заворожённо пробормотал Полуухий, который как раз в этот момент закончил считывать структуру своей новой руны.

Следом за этим он пересказал нам и открывшееся ему видение. Оно разительно отличалось от тех, что доводилось видеть мне самому. Ведь я во время слияния с рунами обычно смотрел на действо чужими глазами, а Полуухий просмотрел видение, сотканное сциллой на основе его собственного, только что пережитого воспоминания о жестоком бое внутри Чертогов моего разума.

Руна «Небесный взор» позволяла буквально выжигать всё инородное из организма.

— Неплохая руна, нэк. Поздравляю, ты действительно молодец! — выслушав сбивчивый рассказ ученика, сдержанно похвалил его учитель.

— Неплохая? — с явной обидой в голосе переспросил Арах и тут же, надув грудь колесом, с гордостью продолжил: — Да я с её помощью почти убил самого Теневого Монарха и чуть было не уничтожил сциллу Меноса! Но это я не специально, прости, — последние слова он адресовал мне.

— Всё хорошо, — кивнул я. — Понимаю.

— Ну какой же ты всё-таки болван, — сокрушённо вздохнул старый шаман и устало потряс головой. — С каких это пор мы начали считать за достижение «почти» убитых врагов?

— Простите, — моментально сдулся и поник Арах.

— Вся разрушительная сила твоей руны в тот момент была основана исключительно на концентрированном «свете», который, в отличие от родной для Монарха стихии «тени», внутренняя оболочка рунного сердца Меноса отражала словно идеальное зеркало. Этим самым она многократно усиливала твой импульс, превращая одну единственную вспышку сразу в несколько сокрушительных волн. Проще говоря, Монарх совершил роковую ошибку, когда не убил тебя и затащил внутрь барьера прямо к рунному сердцу, нэк. Если ты сомневаешься в моих словах, мы прямо сейчас можем взять самую обычную швейную булавку и наглядно всё проверить.

— Как именно проверить? — заметно напрягся гоблин, инстинктивно втянув голову в плечи.

— Я просто уколю тебя этой булавкой прямо в сердце, — расплылся в своей ехидной улыбке наш старик. — Не бойся, ты не умрёшь, я сразу же залечу рану. Но зато ты на всю оставшуюся жизнь прочувствуешь, на что способна настолько ничтожная, казалось бы, мелочь, если опрометчиво открыть перед ней своё самое уязвимое и незащищённое место.

— Я верю, учитель, я верю! — взбледнул лицом Арах, поспешно прикрывая грудь руками и отодвигаясь от старика.

— Не вздумай теперь зазнаться из-за руны. Это всего лишь вторая орбита, — строго погрозил ему пальцем учитель. — Иначе не успеешь и глазом моргнуть, как вновь безнадёжно отстанешь в развитии от Меноса, так навсегда и застряв на не сформированной до конца второй орбите.

— Да, учитель, — гоблин послушно вскочил с постели и низко поклонился старику.

— Давай на практике посмотрим, на что способна твоя новая руна. Подлечи Меноса, а он пока поделится с нами деталями своей сделки с Монархом.

— Мастер, я лучше выпью ещё несколько чашек той сладкой дряни! — моментально запротестовал я, инстинктивно вжимаясь в стену. От одной только мысли вновь ощутить на себе воздействие этой руны у меня по всему телу пробежали мурашки.

— Менос, ну что ты как маленький, нэк? Всё будет хорошо, — старик снисходительно хмыкнул. — Опасность есть только если полностью утратить контроль над собой, как это произошло с Арахом в пылу боя, тогда от глубокого исцеления руна переходит к бескомпромиссному истреблению заразы и бьёт по площади.

— То бишь, в теории Арах при должной концентрации мог воздействовать только на Монарха, не задевая меня?

— Да, именно так всё и должно было произойти. Руна ведь, своего рода, точно такой же инструмент, сродни острому ножу в руках опытного лекаря, которым при правильном обращении можно аккуратно вырезать гниющую плоть и спасти несчастного от заражения крови, ну а если резать не глядя, то можно запросто умертвить самого пациента.

— Значит вы с самого начала знали, что целебные руны можно использовать как оружие?

— Конечно, я это знал. Думаешь сейчас, почему же в таком случае не сказал тебе об этом? Всё просто — я стараюсь учить вас тому, что вы сами не в силах познать и постичь.

— Не уверен что понял о чём вы сейчас, мастер.