Ученик гоблина. Книга III (СИ) - Лис Марко - Страница 18

— Так не должно быть, нэк… — пробормотал он, и голос его прозвучал на удивление жалко. — Это невозможно. Просто невозможно.

— Она говорит! — прошептал Арах, вжимаясь спиной в холодный валун. — Мастер, она вас узнала!

Наставник судорожно сглотнул, не сводя расширенных зрачков с химеры.

— Сразу три руны седьмой орбиты… разом… — проговорил он, словно в бреду рассуждая сам с собой. — Это за гранью.

Он замолчал, глядя, как Талли делает осторожный шаг вперёд. Камень под её босой ступнёй мгновенно зашипел, повалил густой едкий дым. Гранит плавился, превращаясь в вязкий тёмный шлак.

— Какие руны она поглотила? — я призвал сциллу, активировал руну стихии «огня» и приготовился применить остальные.

— Де-душ-ка… — вновь пророкотала химера. — По-мо-ги…

Талли сделала ещё шаг. Её ноги оставляли на камне исходящие жаром дымящиеся следы.

— Боль-но… — выдохнула тварь, и в этом искажённом звуке послышались настоящие, человеческие слёзы.

— И что теперь делать? — в панике выдохнул Арах.

Зуг’Гал молчал. Великий мастер, знаток древних тайн и охотник за силой, стоял неподвижно, заворожённый и раздавленный увиденным. Он столкнулся с чем-то настолько необычным для себя, что теперь просто не знал, что делать.

Химера сделала ещё один шаг, сокращая расстояние между нами.

— Хо-чу… до-жить… до… расс-ве-та… Ме-нос…

Глядя, как гранит плавится под ногами Талли, я понял, что мирно разойтись вряд ли получится.

Пальцы сильнее сжались на рукояти двуручника. Страх никуда не делся, но он прояснял мысли, а не туманил их. Я заставил себя дышать ровно.

Сцилла отозвалась на мысленный призыв, её сегменты вспыхнули один за другим.

Первой по привычке активировал руну стихии огня. Магическое пламя будто плёнка охватило мои руки от кончиков пальцев до самых плеч. Следом запустил руну стихии «воздуха» и за моей спиной шумно распахнулись кожистые крылья.

Руну «плоти» я оставил нетронутой, приберегая на случай близкого контакта. Как показала стычка с орком-отступником, против серьёзных соперников она даже на средней дистанции не гарантирует сколько-то стоящий результат.

Пока я готовился, старик не двигался. Он стоял, вперившись в химеру пустым взглядом. Зуг’Гал словно выпал из реальности — либо просчитывал варианты, либо шок оказался сильнее его воли.

Арах, в отличие от наставника, действовал.

Гоблин осторожно сместился влево, к стене, стараясь не производить лишнего шума. Он тоже призвал свою сциллу. В одной руке он сжимал кинжал, в другой держал взведённый арбалет. Болт был наложен и механизм готов был отправить его в полёт, стоило лишь нажать на спусковую скобу.

Полуухий не хотел провоцировать тварь, но и застигнутым врасплох не планировал оказаться.

Химера сделала ещё несколько шагов навстречу.

С каждым её движением воздух в пещере становился будто горячее. Одна из рун точно была огненной. Сквозь полупрозрачную кожу на её руках и шее пульсировал багровый свет. Казалось, что по венам Талли текло жидкое пламя, просвечивая сквозь плоть, как лава сквозь трещины в породе. В этой стихии я ей явно не ровня. Слишком велика разница рунных орбит.

О природе двух других поглощённых рун оставалось только гадать, и эта неизвестность сильно нервировала.

— Стой!

Зуг’Гал словно очнулся. Его голос эхом прокатился под сводами грота. Старик шагнул вперёд, выставив раскрытую ладонь, будто собирался остановить химеру голыми руками.

И она замерла.

Её когтистые лапы застыли в шаге от расплавленного следа. Она вперила в шамана свой чудовищный взгляд с чернотой бездны.

— Де-душ-ка…

Голос Талли, двоящийся и вибрирующий, прозвучал на удивление жалобно. По её щекам, размывая мелкие серебристые чешуйки, покатились густые, маслянисто-чёрные слёзы. Они падали на пол, шипели и оставляли тёмные пятна.

Я заметил, как уголки губ старика дёрнулись.

— Пойдёшь ко мне в ученики, нэк? — произнёс он, стараясь придать голосу мягкость, которая совершенно не вязалась с его обликом.

Я едва не поперхнулся.

Хитрый старый лис решил приручить химеру. Неужели он хотел сохранить руны седьмой орбиты внутри неё и сделать её своим оружием. Глупее и опаснее затею было сложно представить. Это всё равно что пытаться подчинить своей воле бушующий лесной пожар.

Химера склонила голову набок. Под неестественным углом, буквально положив её себе на плечо, и несколько секунд не моргала, глядя на учителя. Тот, приняв её молчание за сомнение, повторил вопрос громче, с нажимом:

— В ученики, Талли. Станешь сильной. Сильнее всех.

Девушка-чудовище улыбнулась. Губы разошлись, обнажая ряды острых, как иглы, зубов. Она медленно подняла когтистую руку и провела по лицу, размазывая по щекам угольные слёзы.

А в следующий миг рванула к Зуг’Галу.

Скорость была колоссальной. Я едва успел заметить багровый шлейф, словно мазком протянувшийся от места, где секунду назад находились её ноги. Химера нанесла прямой, сокрушительный удар когтистой лапой в голову старика.

ХЛОП!

Раздался громкий звук, похожий на лопнувший пузырь, высвобождая огромное давление. В дюйме от лица шамана вспыхнул рунный щит. Магия поглотила удар и оттолкнула руку существа в сторону. Когти соскользнули по невидимому барьеру, высекая снопы искр. Но химера, будто совсем не опасаясь ответного удара, замахнулась снова, открывая корпус.

— Нет! — выкрикнул шаман, когда увидел, что я сорвался с места.

Но я уже не слушал. Жадность старика затмила ему разум, а я увидел шанс поставить точку в сражении. Тварь нужно прикончить прямо сейчас.

Создав крыльями мощный воздушный поток, я ускорился.

Разогретый двуручник устремился к шее существа. Впрочем, не жар сейчас послужит моим козырем.

Одновременно с выпадом я активировал «пепельный след» и кромка лезвия полыхнула алым. Тонкий, полупрозрачный след, оставленный в месте рассечения, не позволит плоти срастись, если химера окажется слишком живучей.

Химера, увлечённая атакой на старика, не успевала уйти из-под удара.

— Ме-нос… — жалобно проблеяла она, поворачивая ко мне искажённое лицо.

Неужели надеялась на жалость.

Я не остановился.

Вместо этого наоборот высвободил чистую стихию «тени» и теневые щупальца скользнули от груди к рукам, усиливая рубящий удар.

Прыжок, замах и…

БААААМ!

Звук ударил по ушам, руки едва не вывернуло из суставов отдачей. Клинку оставалось пройти пару сантиметров до её кожи, когда перед тварью вспыхнул светло-голубой щит.

Зуг’Гал успел вмешаться.

Старик совсем спятил. Он защитил чудовище, которое только что попыталось его убить.

Я приземлился, едва сдерживая дрожь в перенапряжённых руках. Голубое сияние барьера Зуг’Гала всё ещё стояло перед глазами.

ТХАК!

Арбалетная тетива хлестнула по воздуху. Болт ударил в рунный щит, что только что спас химеру от моего меча, и со звоном отскочил, потеряв наконечник.

— Твою ж… — донёсся сбоку приглушённый голос Араха.

Я бросил взгляд на Полуухого. Тот стоял, опустив оружие, и его морда вытянулась от такого поворота.

Глупый старик озаботился защитой твари, словно та была его родным дитём. Он со всех сторон прикрыл её щитами.

Я резко отскочил назад, разрывая дистанцию, и вовремя. Воздух там, где я только что стоял, взорвался от её рывка.

Химера рванула следом, почти не касаясь пола, но угодила в ловушку. Мой «пепельный след», несмотря на неудавшуюся атаку, застыл в воздухе едва видимой взвесью. Талли влетела в это облако магической гари с разгону.

Раздалось шипение. Рунный пепел вгрызался в её плоть. Тварь взвыла, и в этом звуке было столько боли, что у меня на мгновение дрогнула рука. Она отшатнулась, прижимая когтистые лапы к груди. Её лицо исказилось в почти человеческой гримасе обиды, губы задрожали, словно она собиралась разрыдаться.

Но спустя секунду челюсть с мерзким хрустом вывернулась, расширяя пасть в невозможном оскале. Вместо плача из горла вырвался клокочущий, утробный рокот.