Ученик гоблина. Книга III (СИ) - Лис Марко - Страница 14

Полуухий понятливо закивал и притих.

Мы направились вслед за учителем и миновали ещё несколько извилистых тоннелей. Холод подземелья постепенно отступал, сменяясь теплом. Потянуло серой и раскалённым камнем. Впереди, в конце очередного изломанного коридора, запульсировало рыжее зарево.

Шагнув за последний поворот, мы оказались в огромной пещере. Добрый десяток тоннелей, подобных нашему, сходились к центральному выступу — каменному острову шириной полсотни шагов. Вокруг него, словно ров, бурлили потоки расплавленной лавы.

Жидкий огонь озарял всё вокруг неестественно ярким, танцующим светом. Жар ударил в лицо мгновенно, воздух обжигал лёгкие при каждом вдохе.

Но насладиться этим монументальным и жутким зрелищем не вышло. В ту же секунду мысль о жаре улетучилась. То, что открылось нам на этом каменном острове посреди огненного озера, заставило дыхание сбиться, а сердце пропустить удар.

Побоище. Это было наиболее подходящее слово для того, что мы увидели. Но даже оно не могло отразить в полной мере суть жуткой картины.

Среди старых, побелевших от жара и времени скелетов, которые за долгие годы стали частью камня, валялись горы свежей плоти. Когтистые лапы, вырванные из суставов. Туловища, разорванные пополам, из которых вывалились внутренности. Головы с лопнувшими глазами.

Я попытался сосчитать, но на десятой относительно целой туше остановился. Остальное превратилось в бесформенное месиво из чешуи, костей и кишок.

Это явно не разборки внутри своры. Кто-то чужой пришёл в это гнездо и вырезал всё живое.

Тёмная кровь, покрывавшая едва ли не весь остров, в свете зарева казалась густым чёрным дёгтем. Она стекала в трещины, где шипела и испарялась, наполняя воздух удушливым запахом раскалённого железа и палёного мяса.

От этого амбре мутило, а к горлу подступал липкий ком.

Зуг’Гал грязно выругался с такими оборотами, которых я от него прежде не слышал.

— Ищем руны! — рявкнул он и побрёл к ближайшему мосту на остров. — Живо!

Арах мертвой хваткой вцепился в мой рукав и заглянул мне в глаза.

— Ты ведь понимаешь, кто это сделал, нэк? — его зрачки расширились так, что почти скрыли радужку.

— Отпусти! — процедил я. В этот миг мне по-настоящему захотелось столкнуть Полуухого в лаву, чтобы больше не слышать его скулежа.

— Это точно зурглов орк! Он где-то здесь, затаился, нэк! — гоблин не унимался, его трясло.

— Не факт! Но даже если и так, — я рванул руку, наконец высвобождаясь. — то сейчас нам нужно бояться совсем не орка.

Я кивнул в сторону острова, где среди испаряющихся луж крови и развороченного мяса, копошился шаман. Гоблин выглядел жалко и страшно одновременно. Сгорбленный, перепачканный в крови, он буквально зарывался руками в ошмётки тел, пытаясь отыскать заветный мешочек с рунами.

Арах обернулся как раз в тот момент, когда терпение учителя окончательно лопнуло. Зуг’Гал выпрямился, его лицо исказила судорога ярости, а воздух вокруг него внезапно загустел и заискрился.

Он просто обрушил кулак, окутанный сизым пламенем, на ближайшую тушу. Глухой хлопок и остатки твари разлетелись кровавым веером.

— Рискнёшь уйти? — я направился к старику.

— Но орк…

— Как думаешь, что подумает старик, если мы сейчас попытаемся уйти?

— А что он может подумать, нэк?

Тем не менее Полуухий пошёл следом за мной.

— Что нашли его руны и решили их прикарманить, — не оборачиваясь, ответил я.

— С чего бы это нам так рисковать, нэк? — гоблин нервно хмыкнул, едва не поскользнувшись на липком камне.

— С того, что это седьмая орбита, Арах. Ты сам орал, что за эти руны можно купить целый город со всеми потрохами или нанять легион орочьих рубак.

Гоблин вскинулся, чтобы возразить, но, видимо, осознал, что я прав и потому лишь недовольно цыкнул.

— Приступай, — я хлопнул его по спину, подталкивая, чтобы он оказался между мной и стариком.

Мы рассредоточились по острову. Поиски превратились в пытку. Мы бродили среди раскалённых камней, буквально по локоть погружаясь в остывающее месиво. Каждый раз, когда пальцы натыкались на что-то твёрдое, сердце подпрыгивало, но это оказывался лишь очередной обломок кости или зазубренный клык.

Зуг’Гал работал методично, раз за разом возвращаясь к одним и тем же кучам, перебирая ошмётки плоти, заглядывая под обломки костей. Арах держался ближе к краю, там, где крови было меньше. Я двигался в стороне, стараясь не пропустить ни одного места, куда мог упасть маленький кожаный мешочек. Хотя мне вовсе не верилось, что так просто удастся найти эти проклятые руны.

Жар от лавы бил в лицо, и рубаха быстро пропиталась потом.

Поиски затягивались, и с каждой минутой тишина, нарушаемая лишь бульканьем лавы и хлюпаньем под нашими ногами, становилась всё тяжелее. Мои руки по локоть покрылись бурой коркой, которая моментально засыхала от нестерпимого жара, стягивая кожу.

Воздух над островом дрожал, превращая силуэты Араха и учителя в качающиеся тени.

Арах работал из рук вон плохо. Он постоянно дёргал плечом, замирал и озирался на тёмные провалы тоннелей, словно ожидая, что оттуда вот-вот выпрыгнет смерть. Его пальцы едва касались обрубков тел, он скорее делал вид, что ищет, чем действительно проверял каждый укромный уголок.

— Что ты там высматриваешь, нэк? — голос Зуг’Гала прозвучал особенно раздражённо.

Старик выпрямился, вытирая окровавленную ладонь о подол балахона. Тот уже превратился в грязную тряпку, пропитанную кровью и жиром. Его глаза, сузившиеся до щёлочек, впились в гоблина.

— Учитель, я… я смотрю, чтобы к нам в спину никто не зашёл, — пробормотал Арах, втягивая голову в плечи. — Здесь же… ну, вы сами видите эту резню.

— Вижу, нэк, — Зуг’Гал сделал шаг к нему, и Арах невольно попятился, споткнувшись о чей-то хвост. — И вижу, что ты дрожишь, как лист на сквозняке. Хватит вертеть головой, смотри под ноги и работай руками! Кого ты так боишься?

— Орка… Отступника, — выдавил Полуухий, опасливо косясь на ближайший проход. — Он где-то здесь. Я кожей чувствую его присутствие.

Зуг’Гал замер. На мгновение его лицо застыло, а потом плечи затряслись в беззвучном, сухом смехе, который быстро перерос в лающий кашель. Он согнулся, хватаясь за грудь, и я уже подумал, что старик совсем спятил.

Наконец шаман выпрямился, вытирая выступившие слёзы. На щеке остался кровавый развод от испачканной ладони, но Зуг’Гал не обратил на это внимания.

— Орк-Плеть? Здесь? — голос его дрожал от только что затихшего смеха. — Ну ты и болван, Арах. Плеть осталась уровнем ниже.

— Но кто-то же это сделал! — Арах обвёл рукой гору растерзанной плоти. — Сами посмотрите, нэк!

— Даже если бы каким-то невообразимым чудом этот орк перенёсся сюда, — Зуг’Гал снова склонился над очередной тушей, поддевая её посохом, — то ответь мне, дурень, зачем ему понадобилось забирать девчонку после того, как он перебил всех тварей?

Арах на мгновение задумался, его уши нервно дрогнули. Я видел, как он перебирает в голове варианты, пытаясь найти хоть один, который подтвердил и обосновал его страх в глазах учителя. Не нашёл.

— С чего вы вообще решили, что самку забрали? — осторожно поинтересовался он, ковыряя кинжалом в трещине между плитами. — Может, её разорвали точно так же на мелкие кусочки. Или успели сожрать до того, как… кто-то здесь всех перебил.

Старик резко обернулся.

— А где тогда её мешок, идиот? — прошипел он. — Где он? Если бы её жрали, сумка валялась бы здесь, затоптанная в грязь и залитая кровью.

В глубине души я был склонен согласиться с Арахом — в таком хаосе легко было пропустить даже человеческое тело, превращённое в фарш. Слишком много мяса вокруг и слишком много крови.

Но слова учителя про сумку в корне меняли дело.