Вера. Надежда. Любовь - Буренина Кира - Страница 15

Отпив глоток из своего бокала, шеф кивнул головой:

- Самое непосредственное. Нашему роду принадлежит очень старый замок - постройки семнадцатого века. К счастью, все мои предки были рачительными хозяевами и замок постоянно поддерживался, защищался от разрушительного воздействия времени. Местность фон Дерзее - это большая долина. Там выращивают виноград - существует даже марка вина "Фон Дерзее". Вы слыхали об этом?

Вера покачала головой - Никогда

Фон Дерзее кивнул: - И это объяснимо, мы выпускаем небольшие партии вина.

- Вы живете в замке?

Шеф закурил сигарету.

- Мои родители всю жизнь прожили в замке несмотря на неважное состояние канализации. Электричество было проведено только в одно крыло замка. Никто не знает, что произошло, но из-за короткого замыкания произошел пожар, большая потолочная балка обвалилась, загородив родителям путь к выходу. Они погибли.

Вера закусила губу.

- Какое горе!

Фон Дерзее нервно стряхнул пепел.

- Мне тогда было двадцать лет. Я читал о подобных случаях в романах, но мне никогда в голову не приходило, что это может случиться со мной. После пожара я восстановил сгоревшее крыло. Но не живу там. Мне хватает небольшого домика в саду. Раньше там жили гости замка. Большего мне и не надо. Развожу собак, есть пара лошадей. За ними присматривают специальные люди.

Вера загрустила. Ужасная история, рассказанная фон Дерзее, взволновала ее. Почувствовав настроение своей спутницы, фон Дерзее заказал еще по бокалу шампанского.

- Вера, Вы - удивительная женщина , - неожиданно произнес он. - Вы позволите мне поделиться своими наблюдениями?

- Пожалуйста, Вера широко раскрыла глаза.

- Дело в том, что в Вас причудливо сочетаются два разных человека - порывистый, мечтательный. Глядя на Вас, я узнаю себя в молодости - я был таким же романтичным идеалистом. Но кроме этого Вы прячете в себе другого человека - серьезного, как бы "застегнутого на все пуговицы" . Я не прав?

Вера озадаченно взглянула на шефа - никто еще не давал ей такой краткой и исчерпывающей характеристики всего после нескольких недель знакомства.

- Но тогда и я сообщу о своих наблюдениях - с некоторым вызовом ответила она - Вы скрываете в себе гораздо больше лиц - аристократ, граф, рафинированный интеллегент, любитель приключений, мечтатель, знаток музыки и балета, суровый и практичный бизнесмен..

Он расхохотался.

- Абсолютно точно. Во мне всего понемногу. Единственное, что я не выношу - упоминание о моем титуле. Раньше, возможно, это было важно и почетно. А сейчас?

Кому это интересно? Что это дает? И когда некоторые начинают суетиться от того, что перед ними граф, мне становится тошно.

Он отпил глоток из бокала и поглядел Вере прямо в глаза:

- Скажите, существенно ли для Вас то, что я носитель этого несчастного титула?

Вера задумалась.

- Пожалуй, нет. В прежние времена нас воспитывали в презрении к титулам и прочим признакам дворянства.

Он облегченно вздохнул.

- Вы будете одна из немногих, для кого это действительно не играет никакой роли.

- Поздно, если можно, поедем домой? - робко попросила Вера.

Фон Дерзее не возражал. Он расчитался с официантом, помог Вере встать с низенького кресла, подвел ее к гардеробу. Когда же Вольво остановилась у подъезда дома Веры, Фон Дерзее передал ей букет ирисов, хранившихся на заднем сидении весь вечер, и произнес:

- В садоводстве существует свой язык цветов - старый, как мир. Согласно этому языку ирисы означают пламя, огонь.

- Большое спасибо,- Вера зарылась лицом в ароматные, влажные лепестки. - Я увлекаюсь символикой, эмблематикой, но язык цветов мне неизвестен. Я запомню значение этого цветка.

С колотящимся серцем она выпрыгнула из машины и направилась к подъезду. Она догадывалась о том, что фон Дерзее, говоря о языке цветов, имел в виду нечто такое, чего она до конца не поняла. Его таинственное послание все еще будоражило ум, когда она с удовольствием нежилась в облаке пены в ванной, ложилась в чистую, пахнущую свежестью, постель, листала какой-то дамский журнал. Она не заметила,как заснула при свете - такого с ней не случалось много лет. Ей снился Лебединый замок на высокой скале, баварский король Людвиг с узким бледным лицом и печальными глазами, бушующие волны Лебединого озера, поднимающиеся над ее головой и зависающие над ней. Она проснулась за две минуты до того,как прозвонил будильник. На душе было спокойно и радостно. Она задумчиво перебрала висевшие в шкафу костюмы и выбрала любиымый - темно-серый. Когда Вера была готова к выходу и натягивала на руки тончайшие лайковые перчатки, раздался телефонный звонок. Поколебавшись с минуту, Вера все же сняла трубку. Это был Олег. В самом мрачном расположении духа - таким она еще его не знала. Вера четко отчиталась перед ним о том, как провела вчерашний вечер и только потом осознала, что Олег не верит ни одному ее слову. Об этом свидетельствовали его язвительный тон, намеки, странные вопросы.

- Я не буду продолжать с тобой разговор в таком тоне,- она бросила трубку на рычаг.

От утренней умиротворенности не осталось и следа. У нее дрожали руки, потому она долго не могла запереть дверь. Всю дорогу на работу, Вера напрягала свой мозг, пыталась найти ту причину, которая заставила Олега быть с ней таким грубым. Ревновать к шефу - глупо. Хотя мужская логика неминуемо должна была привести Олега к мысли, что Вера - весьма чувственная особа. Если она так быстро сошлась с ним, то неприменно то же самое может произойти с любым мужчиной. Вера горько вздохнула. Почему мужчины считают, что у женщины такой же стереотип поведения, почему они все мерят по своей мерке? Не далее как вчера вечером она вычитала в интервью со знаменитой актрисой фразу: " Наступит такой момент, когда наука наконец официально заявит - мужчина и женщина - два разных создания. А это значит, что у них не просто различные половые признаки. У них души устроены по-разному. Вы же не требуете от кота, чтобы он ел вилкой?"

В офисе было спокойно и тихо. Анна заболела, фон Дерзее уехал на совещание на весь день. Вера пожалела, что ей не удастся поблагодарить шефа за вчерашний вечер. В приемной было тихо, почто что никто не звонил. С легким сердцем Вера начала работу над новым переводом. Он оказался несложным, и пальцы переводчицы легко порхали над клавишами. Голова была свободна и Вера продолжала думать об утреннем разговоре с Олегом. Она читала, что мозг мужчины и мозг женщины функционируют по-разному. Мужской мозг по сравнению с женским отличается значительной долей ассиметрии. Поэтому мужской склад ума способен анализировать, искать, находить пути решения. Отвлеченными понятиями из области эмоций он оперировать не умеет. Палитра чувств и переживаний женщины состоит из тысячи различных цветов, в то время, как для мужчины она имеет в лучшем случае пять основных цветов. К концу рабочего дня итогом размышлений переводчицы явилось снисходительное отношение ко всему мужскому полу.

Когда вечером Вера подошла к своему подъезду, она сразу же узнала БМВ Олега. Сам Олег сидел в автомобиле, куря одну сигарету за другой. Мужской голос вчера сообщил ему по мобильному телефону о том, что Вера провела вечер и ночь в компании со своим немецким начальником. Что из театра они отправились в ресторан, а оттуда к Вере домой, где немец и остался. Олег не привык доверять анонимным звонкам, предподчитая во всем разбираться своими силами. Но маленькая заноза осталась, бередя душу, заставляя беситься от того, что он почти поверил в искренность и правдивость Веры. Утром он действительно несколько напористо потребовал отчета, но сейчас он готов разобраться что к чему. Подумав, Олег признался себе, что ревнует. Наверное, чувство собственника присуще каждому мужчине. Поэтому он так терпеливо поджидал свою возлюбленную в этот час. Ожидание становилось невыносимым. По мере того, как стрелки часов приближались к восьми вечера, в его голове сформировалась окончательная мысль -Вера осталась в офисе с шефом, и теперь они занимаются любовью. Он рисовал себе одну картину красочнее другой. Сколько раз эти сцены повторяются в американских триллерах. Служебный роман становится не меньшей проблемой, чем вопрос быть или не быть. Вера приблизилась к машине, а он еще не решил, как ему вести себя с ней. Его раздирали противоречивые чувства: он страстно желал эту женщину, но недоверие растравляло его душу. Когда Вера поравнялась с автомобилем, он гибко вытолкнул свое тело из чрева БМВ и встал перед ней.