Аквилон. Маг воды. Том 6 (СИ) - Токсик Саша - Страница 27

Он подобрал свою куртку с камня, накинул на плечи и быстрым шагом двинулся по тропинке к лагерю. Путь через Сосновый лес, такой мирный и приветливый десять минут назад, теперь казался ему невыносимо долгим, словно деревья нарочно загораживали путь.

В лагере всё было по-прежнему. Трое студентов сидели у костра. Один помешивал варево в котелке, двое других просто о чем-то болтали.

Один из студентов поднял голову.

— Игорь Сергеевич, а где Гриша и Лёня?

Заславский не замедлил шага. Голос его прозвучал ровно и спокойно, как на лекции перед полной аудиторией.

— Оставил их у озера. Доделывают замеры. Скоро вернутся.

Студент кивнул и вернулся к журналу. Профессор сказал, значит, так и есть. Профессору верили все, безоговорочно, потому что Игорь Сергеевич за семь лет экспедиций ни разу никого не подвёл.

Заславский нырнул в свою палатку и рывком опустил полог за собой.

Дневной свет померк. В полутьме палатки он сел за стол, сдвинув карту в сторону, и несколько секунд просто сидел неподвижно, уставившись прямо перед собой. Потом глубоко вдохнул, выдохнул и потянулся к стопке чистой бумаги.

Руки двигались быстро и точно. Карандаш коснулся листа, и линии потекли одна за другой, уверенные, чёткие, несмотря на то что произошло пять минут назад. Профессор рисовал по горячим следам, пока память была острой, как свежий порез.

Сначала он набросал маленькую головку с десятками глаз, расположенных в несколько рядов, каждый огранённый, как драгоценный камень. Потом добавил компактное, обтекаемое тело и тончайшие щупальца-нити, расходящиеся во все стороны, как лучи хрупкой звезды. По нитям он нарисовал точки, обозначая искорки магии, и рядом мелко приписал: «мерцают, предположительно энергетические узлы; при контакте вытягивают магическую энергию».

Заславский отложил свежий рисунок и откинулся назад, разглядывая результат. Потом наклонился к дорожной сумке, стоявшей у ножки стола, расстегнул ремень и начал рыться внутри. Вытащил папку, перевязанную тесьмой, развязал, перебрал листы.

Он нашёл то, что искал.

Старая зарисовка, сделанная два года назад на дне Чёрной ямы. Бумага пожелтела по краям, линии карандаша местами стёрлись, но изображение оставалось вполне чётким. На рисунке было отчётливо видно огромное существо, похожее на гигантскую медузу с палисандрово-зеленоватым отливом, десятью толстыми щупальцами и двумя крупными фосфоресцирующими глазами.

Страж Глубин, как он назвал это существо в своих записях.

Заславский положил оба рисунка рядом, на расстоянии ладони друг от друга.

Он смотрел на них долго. Переводил взгляд с одного на другой, от маленького стремительного хищника к неподвижному гиганту, и обратно. Два совершенно разных существа. У них были разный размер, разная форма и совершенно разное поведение. Один охотился стаей, быстрый, ловкий и смертоносный, а другой сидел на дне, выжидая и давя массой и мощью.

Но было кое-что общее.

Первым его внимание привлекли глаза. Их структура оказалась одинаковой: фасеточная огранка, тот же способ преломления света. Заславский взял карандаш и быстро набросал увеличенный фрагмент глаза каждого из существ, поставив рисунки рядом. Один крупный, другой мелкий, но строение идентичное.

Потом он присмотрелся к щупальцам. Разные по толщине, но энергетические узлы были расположены по той же схеме. Узлы располагались через равные промежутки и мерцали в одинаковом ритме.

И ещё кое-что, что было труднее выразить рисунком и проще почувствовать. Магическая подпись. У каждого мага она своя, как почерк, как голос. И существа, созданные одним магом, несут его подпись, как горшки несут клеймо гончара.

Заславский чувствовал это клеймо. Клеймо было одним и тем же на обоих существах, и это могло означать только одно: их создала одна рука.

Он медленно выпрямился. Лицо его было странным. На нём одновременно проступали две вещи, которые не должны были уживаться рядом: восторг человека, который после семи лет поиска наконец нашёл то, что искал, и ужас человека, который понял, что натворил.

Заславский взял перо, обмакнул его в чернильницу и внизу страницы, под обоими рисунками, написал ровным профессорским почерком:

«Синее озеро — поиск окончен. Аномалий не обнаружено»

Перо лязгнуло о чернильницу, когда он бросил его обратно. Заславский вскочил. Руки, которые минуту назад спокойно и точно выводили линии, теперь двигались резко, лихорадочно. Он схватил карту аномалий, свернул её в трубку и затолкал в сумку. Следом полетели зарисовки, оба рисунка, полевые журналы, папки с замерами. Всё ценное, всё, что составляло результат семи лет работы. Он запихивал бумаги в сумку, не заботясь о порядке, и застегнул ремень с такой силой, что латунная пряжка врезалась ему в пальцы.

За палаткой стояла тишина. Мирная, вечерняя, наполненная треском затухающего костра и далёким криком какой-то птицы над озером. На пустых чурбаках у костровища никто уже не сидел. Остывающие угли подёрнулись серым пеплом. На верёвке между деревьями покачивались носки. Их хозяева ушли по своим палаткам, не подозревая, что двое из них уже никогда не вернутся.

Заславский стоял у входа в свою палатку, прижимая к груди сумку с бумагами, и смотрел на этот тихий, обжитой, обречённый лагерь. Морщинки-лучики у его глаз больше не делали лицо весёлым. Они делали его старым.

Костёр догорал. Угли подёрнулись пеплом и давали больше жара, чем света, отчего лица сидевших вокруг казались вылепленными из красной глины.

Студенты негромко переговаривались. Кто-то помешивал остатки каши в котелке, которую разогревали к ужину. Кто-то просто сидел, обняв колени, и смотрел в огонь. Ждали Лёню и Гришу.

Заславский вышел из палатки.

Полевая куртка была застёгнута на все пуговицы, сумка с бумагами висела через плечо. Лицо выражало озабоченность.

Заславский остановился у костра и оглядел оставшихся студентов. Их было четверо, двое парней и две девушки. Уставшие после дня полевой работы, загорелые, с облупившимися носами и мозолями на ладонях от вёсел. Бюджет у экспедиции был скромный, и движитель на русалочьем камне стоял только на одной из лодок, на которой обычно перемещался сам профессор.

— Так и не появились? — произнес Заславский обеспокоенно.

В ответ, все четверо покачали головами. Лёня и Гриша ушли к озеру давно и до сих пор не вернулись.

— Нужно идти искать, — предложил Заславский. — Всем вместе, потому что на берегу темнеет быстро, а вдвоём они могли заплыть далеко.

Его голос был негромким, с привычной ноткой заботы, от которой студенты расправляли плечи и начинали действовать. Так бывало всегда, когда Игорь Сергеевич говорил, люди слушались.

Так случилось и в этот раз. Студенты собрались быстро, без суеты. Отставили в стороны миски с ужином, натянули сапоги, разобрали снаряжение. Один из парней прихватил аптечку, перекинув её через плечо.

Тропинка к озеру была знакома до последнего корня. Заславский шёл впереди, ведя группу уверенным шагом. Никто не разговаривал. Профессор задал темп, который не располагал к болтовне.

Берег Синего озера открылся за крайними соснами. Вода в вечернем свете потемнела, утратив дневную прозрачность, и отражала небо, на котором первые звёзды уже проступали бледными точками.

На берегу лежала одежда. Рядом на камне были аккуратно сложены очки, завёрнутые в платок.

Заславский указал рукой на вещи словно их можно было не заметить. Тон его стал жестким, командным. Таким студенты слышали его крайне редко, и именно поэтому он действовал безотказно.

— Быстрее в воду, — скомандовал он. — Ребята где-то там, нужно нырять, искать. Может, мы успеем их спасти.

Остальные восприняли его слова без удивления. Обычный человек за такое время в воде был бы безнадежно мёртв. Но оба парня были магами уровня подмастерья, так что у них были неплохие шансы.

Заславский распределил направления поиска, двоих отправил к западному краю чаши, двоих к восточному. С точки зрения охвата логично. Зная, кто обитает в глубине, смертельно опасно.