Ревизор: возвращение в СССР 61 (СИ) - Винтеркей Серж - Страница 14

Дмитрий Андреевич смешно глаза выпучил. Иван Денисович головой покачал. Женщины рты пооткрывали.

Первая опомнилась Маргарита Васильевна и сказала:

— А что, Сергей Николаевич, новости очень хорошие.

— А я вам сейчас еще и другие новости тоже выложу! — пообещал директор.

Сергей Николаевич начал рассказывать и про то, что пятерых детей из совхоза можно будет ежегодно пристраивать в лучшие московские вузы, какие они сами выберут, и про то, что с легковой машиной для него вопрос будет решен.

«Москвич» уже ломанный-переломанный, а ему «Волгу» пообещали новую.

Машина-то машиной, это, конечно, хорошо, но не им все же, а директору выделят. А вот про возможности поступать для детей — серьезно все впечатлились.

В особенности главбух оживилась. У нее трое деток. Старшему семнадцать, средней пятнадцать, младшей четырнадцать. У остальных всех, включая директора, по двое. Только у директора, в силу его возраста, оба уже учатся в Москве. С другой стороны, внуки уже подрастают. Если сотрудничество с москвичами будет продолжительным, то однажды можно будет и их по этой квоте пустить…

Ну а сейчас директор прекрасно понимал, как такую возможность он сможет использовать для того, чтобы привлекать лучших специалистов из других хозяйств. Достаточно пообещать, что сын твой или дочь в МГУ или МГИМО, посчитай, что без экзаменов поступит, и он кого хочешь в радиусе сотни километров к себе на работу переманит.

А уж лучших специалистов все наперечет знают. Этак он может же действительно собрать у себя в совхозе на такую приманку самых лучших работников. И без тех московских специалистов обойдется, которых заезжие москвичи обещали подключить к его хозяйству. Местные же все равно лучше разбираются. А с самыми лучшими специалистами, да еще таким образом мотивированными, можно же горы свернуть!

Начали обсуждать все, что столичные обещали сделать, не стесняясь вообще парторга. Конвертики, конечно, на первом месте были. Но ведь помимо конвертиков же еще и дорога будет асфальтовая по всей деревне со временем. А газ чего стоит? Это же газовую плиту можно будет у себя дома поставить помимо отопления! В печке долго и муторно готовить, а электроплита дело хорошее, когда перебоев нет с электричеством. А они часто случаются. Иногда целые сутки его нет…

Даже не верится, что газ всем доступен станет. Не баллонный газ, которого многие боятся. Основания для этого имеются. Чуть не досмотришь — либо надышишься, либо на воздух взлетишь. Да и муторно это, баллоны постоянно менять. А все как в городской квартире с газом будет. По трубе подземной в дом пришел, а ты пользуйся годами… Это же великолепное дело.

Пасека появится. Что-то в Москву отвезешь, а что-то и люди свои купят, да и сам себе тоже возьмешь. Без сахара москвичи настаивают мед делать — так это ж хорошо, это ж золотой мед будет. Ну и с пчел же не только мед будет, много чего еще. И урожай опылять пчела будет, а значит, и с ним полегче станет.

Карпа разводить — рыба всегда будет на столе. А теплицы круглогодично работающие — свежие овощи.

Обсуждали все это, обсуждали. К общему мнению лучшие люди деревни пришли, что при такой жизни им горожане начнут скоро завидовать.

Москва

Довез Геннадия Борисовича до его дома. Он минимум полбутылки водки оприходовал, так что о том, чтобы за руль его пускать, речи не было. К счастью, он и не рвался, соблюдал нашу договорённость.

Ну, от него я с телефона уже такси себе вызвал из нашего парка, чтобы меня домой довезли.

Тут только в голову еще новые мысли полезли по поводу того, как можно этот совхоз дополнительно развивать. Про туризм что-то я подзабыл. Можно же несколько изб поставить в исконном русском стиле семнадцатого — восемнадцатого века. Да москвичей туда возить, путевки продавать. Сделать этакое подворье в стиле восемнадцатого века. Экзотика. Люди ехать будут. Воздух тут чистый. Природа красивая.

Как карпа разведем, можно будет и за небольшую плату рыбаков пускать его вылавливать. С обязательством, к примеру, что за каждый килограмм выловленного карпа в два раза меньше заплатят, чем он в Москве стоит, когда с колес из фургона продают.

Ну ладно, это уже в будущем. Пока бы с теми задачами, что уже стали очевидны, как следует поработать.

Вечером набрал Геннадия Борисовича в расчете на то, что он там уже к тому времени протрезветь-то должен. Все же на работу ему завтра идти, скорее всего. По голосу понял, что он уже нормально вполне себе соображает. Тут же ему и задачу поставил найти нужных специалистов по тем направлениям, что в конторе обсуждали, по лучшим московским институтам. Только брать ни в коем случае не высокое начальство, которое, возможно, давно уже во всех этих делах ничего не понимает, а именно специалистов с репутацией, которые непосредственно всей этой работой и занимаются. Со всеми ими связаться. Предупредить, чтобы были готовы по сигналу вместе собраться, и мы могли их уже в деревню отвезти. Пообещать материально простимулировать их работу.

Задачу он принял. Обещал к концу марта ее реализовать.

Я начал вещи собирать потихоньку в дорогу. Завтра в семь утра самолет и в Рим лечу. Даже и не верится, если честно, что выпускают со всеми моими секретами. Боялся, когда в первый раз к Андропову шел, что если скажешь что-то толковое, то навсегда невыездным станешь. Но вроде как договоренности, что с ним заключаю, работают. Впрочем, буду уже это говорить, когда самолёт в Рим вылетит. А то мало ли председатель КГБ передумал…

Инна, само собой, явилась не запылилась в семь часов вечера, даже без предварительного звонка, хотя я предупреждал ее, что могу приехать поздно. Похвальная самоуверенность, конечно, но она и отличает мою сестричку. Что есть, то есть.

Думал, с детьми приедет, но нет. Она одна к нам заявилась. И даже без Петра. Его, видимо, дома с детьми оставила. Удивился немножко этому. Но Инна сама тут же все и пояснила.

— Столько возни с этими детьми, — пожаловалась она. — Так-то хоть полегче было, что Аришка в деревне. Но пришлось же ее забрать, чтобы к тренеру к этому везти.

Эх, вот она, глупость, присущая молодости.

Пройдет лет пятнадцать-двадцать, и та же Инна будет всем с ностальгией рассказывать, как здорово было, когда дети были маленькие. Маленькие детки — маленькие бедки. Напрочь забудет о том, что вот так вот жаловалась везде, что дети у нее много сил отнимают. Ну-ну, будет потом в час ночи бегать по квартире, с ума сходя, где дочь или сын находится, почему до сих пор домой не вернулись. Вот так сразу же ностальгия ее по этим временам небось и пробьет.

Когда ребенка взял, на колени себе посадил, раскачиваешь, сказку рассказываешь, и в любое время дня и ночи точно знаешь, где он находится и что он в полном порядке.

— Вот так вот, Паша, — жаловалась Инна мне с Галией, даже не смотря на наших играющих на ковре детей.

Видимо, ей дома таких видов достаточно.

— Мол, это награда и подарок на восьмое марта, — так мне заведующий поликлиникой и сказал. — Лучше бы дополнительную премию мне дал, чем мою старшую дочь на теннис отправлять. Я надеялась очень, что тренер на мою Аришку скажет, что не годится она для этого большого спорта. А он ей велел всякие упражнения поделать, и мячики покидал, и еще чего-то. Потом сказал, что и реакцией ее, и физической формой очень доволен. На меня посмотрел, спросил, какой рост у моего мужа. Одобрительно кивнул потом. Сказал, что девочка, скорее всего, высокая вырастет, что для тенниса очень неплохо. В общем, взял он ее. Соблазнительно, что дочка лет через пятнадцать, как начальник сказал, во Франции будет турниры всякие выигрывать и за рубеж в целом постоянно ездить. Но это же через пятнадцать лет, а возить ее на занятия в школу Олимпийского резерва надо будет пять раз в неделю.

— Ого, — сказал я. — Значит, такой серьезный тренер, что Аришка, как подрастет, будет во Францию на турниры обязательно ездить и побеждать. — покачал я восторженно головой. И Галия, тут же прекрасно зная, в какую игру мы с Инной играем, подхватила: