Боярский сын. Боец часть первая (СИ) - Калинин Алексей - Страница 4

Эту дисциплину преподавал Владимир Валентинович Махов. Сухой, жилистый мужчина на вид сорока пяти лет. Но по тому, как он двигался, я бы в жизни не рискнул точно определить его возраст. Он не ходил, он буквально перетекал с одного места на другое. Плавно, без единого лишнего движения и напрасной траты сил, словно вода, огибающая камни.

Сразу было видно тертого волкодава, который привык экономить энергию и держать её до нужного момента. Его левая щека была украшена тонким шрамом, уходящим под воротник черной водолазки, а глаза… Словно вставили два кусочка льда из бокала с виски.

Владимир Валентинович и на словах оказался тоже весьма экономным. Он вошел в аудиторию-оружейную, коротко поздоровался, со скоростью пулемета провел перекличку, не отрывая взгляда от планшета.

— Встать. Разойдитесь полукругом, — скомандовал он.

Мы послушно расступились. Махов вышел в центр, держа руки за спиной.

— В программу подготовки Боевого факультета традиционно входят приемы рукопашного боя против ножа, — начал он, медленно вышагивая перед нами. — Большинство из вас пришли сюда с иллюзиями. Поспешу их развеять. Одно дело, когда отработка проходит в тепличных, идеальных условиях дорогого спортзала. Где вооруженный деревянным ножом адепт, по сути, не имеет намерений зарезать своего партнера или нанести кому бы то ни было серьезную травму. А если такое и случается, то исключительно по случайности из-за небрежного отношения к оружию.

Он остановился напротив Глеба Долгополого, который стоял, вальяжно скрестив руки на груди, с легкой снисходительной полуулыбкой на породистом лице.

Махов даже не моргнул. Его рука неуловимым движением скользнула за спину, и в следующее мгновение в воздухе сверкнула сталь. Настоящий, боевой тесак с хищным черным лезвием оказался в миллиметре от сонной артерии Глеба. Никто не успел даже вздохнуть. Улыбка слетела с лица княжича, сменившись мертвенной бледностью. Он даже дернуться не успел, не то что Кольчугу Души накинуть.

— Вот именно так это бывает в реальности, — холодно произнес Махов, убирая нож так же быстро, как и достал. Долгополый судорожно сглотнул, по его виску скатилась капля пота. — Совсем другое дело, господа, если схватка будет происходить на грязной улице. Или же на территориях Опасных земель.

Он обвел нас колючим взглядом, видя, как спесь слетает с первокурсников. Ну да, многие рассчитывали больше на живицу или на огнестрел, чем на старую проверенную сталь.

— В динамике настоящего времени скорость удара ножом составляет пятую часть секунды. Пятую часть! Вы даже моргнуть не успеете. При этом нож у противника не учебный, не из мягкой резины или дерева, а металлический. И он хорошо пробивает мышцы и кости. Цель нападающего вовсе не демонстрация красивых приемов самообороны для квалификационной комиссии или пузатых проверяющих из отдела по боевой и специальной подготовке, которые чаще всего вообще не представляют себе, что они там оценивают!

Я внутренне ухмыльнулся. А мужик-то вполне свой. Говорит так, словно сам годами резал глотки в темных подворотнях. В Опасных землях твари тоже не соблюдают этикет и не раскланиваются перед тем, как выпотрошить тебя.

— В Опасных землях, да и просто в портовых кабаках, всё иначе, всё по-другому, — Махов прошёлся ещё раз взад и вперёд. — Всё иначе, не так, как на учебных занятиях или в показательных выступлениях. Настоящий противник будет бить наверняка. В живот, чтобы выпустить кишки. Будет бить в сердце. В горло. По лицу, чтобы ослепить. Никаких красивых и эффектных выпадов. Только смерть.

Преподаватель сделал глубокий вдох, его взгляд на секунду затуманился воспоминаниями.

— Знаю лично одного полковника из спецподразделения. Мощный мужик, ранг Воин. Будучи начальником отдела, он регулярно проверял и оценивал подчиненных на знание приемов рукопашного боя. Свирепствовал, гонял их до седьмого пота, требовал идеальных перехватов. Но когда он поздно вечером заехал в темный гараж ставить свой автомобиль… То там из темноты на него напали двое обычных, обдолбанных грабителей с дешевым ножом и монтировкой… он не смог от них отбиться. Не успел накинуть щит, не успел влить живицу. Как он сам потом хрипел на больничной койке, зажимая живот — забыл, что такое приемы самообороны… А я вот думаю: помнил ли он их до того вообще? Или только на татами был героем?

Махов выдержал тяжелую паузу, давая нам переварить эту жестокую, неудобную правду. Девицы поежились. Миша Морозов напряженно сжал челюсти.

— Если человек носит красивую форму, дорогие погоны и хвастается древним гербом, это еще не значит, что он априори готов ко всему. Это не факт, что он может владеть одинаково хорошо и пистолетом, и ножом в стрессовой ситуации. Ошибочные стереотипы о всемогуществе аристократов надо изживать каленым железом. Не будем забывать еще одно. По сводкам полиции, самым частым оружием при убийствах является именно нож. И не боевой, специальный, выкованный из дорогих материалов вроде дамасской или булатной стали с рунической вязью!

Махов подошёл к одной из стоек и выдернул дешевый, ржавый кухонник с надколотой пластиковой ручкой и бросил его на пол. Нож жалобно звякнул.

— Нет! Это обыкновенный кухонный тесак из сельпо, бытового применения. Тот самый, которым пьяный маргинал вчера резал колбасу, а сегодня решил прорезать вам селезенку за пару купюр. И поверьте мне на слово, жертвам преступлений от осознания этого факта ни хрена не легче…

Я мысленно поаплодировал. А препод-то шарит! Бытовуха всегда собирала самую обильную кровавую жатву. Наконец-то кто-то в этой Академии пафосных магов говорит дело.

— Как быть? Что делать в ситуации, описанной выше, когда нападают злоумышленники, а вы не успеваете выхватить пистолет или скастовать магию? — Махов развел руками, словно спрашивая нас, хотя ответа не ждал. — Советовать ничего не буду, кроме одного: если не желаете быть очередной истекающей кровью жертвой в криминальной хронике, то надо либо сидеть в бронированном особняке и нос не высовывать за дверь, либо проходить жесткий, кровавый тренинг у специалиста. Правда, первое в нашей реальности проще реализуется, чем второе…

Он снова зашагал перед нами.

— Для меня вывод из этого один. Надо отрабатывать приемы ножевого боя в жесткой динамике. До синяков, до сломанных пальцев. С учебными ножами, предпочтительно из жесткой резины. Моделируя разные ситуации поединка: с разными хватами, в реальных условиях имитации темной улицы, в тесных помещениях — в полный контакт. Как это делается, например, на занятиях по русскому ножевому бою спецназа… Всё просто. Брать в руки имитацию ножа и наносить удары в сторону своего спарринг-партнера так, будто хотите его убить. Здесь вы на своей шкуре убедитесь, насколько реально эффективны отрабатываемые ранее красивые танцевальные приемы…

Махов звонко, как выстрел, хлопнул в ладоши, подводя итог своей пламенной речи. От этого звука некоторые студенты невольно вздрогнули.

— А сейчас мы должны подвигать свои изнеженные пятые точки и получить наглядное, весьма болезненное представление о том, что я вам только что сказал. Разбираем тренировочные ножи из корзины. Шагом марш!

По рядам первокурсников прокатился неуверенный гул. Дорогие ткани форменных камзолов зашуршали — аристократы неохотно двинулись к корзине с жестким резиновым оружием. Многие переглядывались с опаской. Глеб Долгополый брезгливо вытянул черный резиновый клинок двумя пальцами, словно дохлую крысу.

Я же подошел, уверенно перехватил тренировочный нож прямым хватом, проверяя баланс, и почувствовал, как по губам расползается предвкушающая, хищная улыбка.

Ну что ж, господин Махов, давайте посмотрим, чему вы сможете научить старого волкодава в этой вашей жесткой динамике. Потанцуем?

Владимир Валентинович Махов не страдал излишним демократизмом. Он указал на пластиковую корзину, доверху набитую тренировочными ножами, и велел всем разбиться по парам.