Черновик для Эффы 2 (СИ) - Ильин Владимир Леонидович - Страница 13

— Боюсь, я не потяну, — не смотрел я на ключи. — Двадцать тысяч в месяц — мой максимум.

А в новом ЖК, который возвели на месте дальнего футбольного поля, непонятно как оказавшегося в частном владении, даже студии начинались от ста двадцати тысяч в месяц.

Сто двадцать тысяч в месяц!

К слову, наша староста жила именно там — родители озаботились и купили квартиру. И это не было рекомендацией для ЖК — наоборот, если не читать ее смс, она же позвонит в дверь!..

— А не надо больше, мистер Савой, — хитро смотрел арендодатель. — Надо, чтобы мы с вами уничтожили текущий договор аренды, а когда к вам придут городские чиновники — вы честно ответили, что никакого договора нет.

— То есть? — Хмурился я.

— Скажу откровенно, мистер Савой. — Чуть поскучнело его лицо. — Оказывается, нельзя жаловаться в управу на невозможные условия проживания и одновременно сдавать комнату. Поэтому в вашей комнате никогда и никто не жил, понимаете?

— Допустим.

— Если вы станете упорствовать, то меня заставят оплатить часть реконструкции дома, — совсем опечалился мистер Хоцкер. — Разумеется, вы не получите с этого ни гроша, но я буду о вас совсем плохого мнения, — покачал он головой.

— То есть, проживать там и дальше я не смогу. — Зафиксировал я главное. — А другой комнаты рядом с вокзалом у вас нет.

— Мистер Савой! — Возмутился Хоцкер. — Вы разве не слышите — я даю вам квартиру в элитном комплексе на целых четыре месяца!

— Мне это не интересно, — покачал я головой. — Возможно, я подыщу другую комнату тут рядом, и вы оплатите разницу? Это будет выгоднее, чем отдавать квартиру.

— Квартира не сдается уже три месяца, — крякнул он от досады и отвернулся. — Возможно, ближе к приемным экзаменам… Но до них еще пять месяцев!

А, то есть, ему это ничего стоить не будет. И денег, судя по виду, он не даст… Впрочем, чего это я упираюсь? До портала могу просто прогуляться, как и раньше — а жить по договору рядом с универом. Прикрытие все равно будет.

Разве что староста… Но да главное — не попадаться.

— Ладно. Но залог мы пересматривать не будем. — Вздохнул я.

— Еще ни разу бесплатную квартиру с арендой в сто шестьдесят тысяч не принимали с таким сожалением, — возмутился тот тихонечко, но ключи в раскрытую ладонь передал.

— А теперь, с вашего разрешения, я поспешу переодеться, пока не вытащили шкаф, — кивнул ему.

— Я подготовлю бумаги! Никуда не уходите! — Напомнил он в спину.

«Какой-то суматошный день», — думал про себя, переодеваясь из дорогущего, но испорченного костюма, в опрятные и дешевые вещи — джинсы и футболку с неброским принтом. — «Сказал бы, что везет — но ведь со спокойной душой сбежал от предложения величия и богатства через постель, да и сейчас отпирался от дорогущих хором — не нужны они мне, живу я все-таки на Аликсе».

Вот и получается, что кто-то мечтал бы о таком, а во мне — только печаль от переезда.

«Мог бы скинуть цену на квартиру и сдать. Задирают, потом мучаются…» — Мелькнула мысль.

С другой стороны, ему виднее. Может, и нельзя скидывать — и это окупится на дистанции. История цен ведь есть, у людей будут вопросы. А уж у квартиросъемщиков с такими бюджетами — низкая цена вызовет ненужные подозрения.

В общем, то ли сегодня счастливый день, то ли нет — никак не понять.

«Надо звонить по гравилету. Если день счастливый — то заберу».

О том, что если день несчастливый, то могу забрать и не починить — старался не думать.

Набрал номер из объявления, поговорил с запинающимся мужчиной, дважды повторившим адрес парковки, где «Сагиру» можно посмотреть, договорились о времени — сначала он мог только в обед, до конца которого оставалось минут пятнадцать, потом сказал, что отпросится пораньше, и можно приезжать через два часа. На этом и остановились.

Ехать далековато — по адресу находилась крупная перехватывающая парковка для машин, прибывших в столицу из других городов. Кто не хотел кататься по мудреным развязкам, оставляли машины там. Ну и площадка для гравилетов там тоже имелась — бесплатная, чем многие пользовались. Главное, что метро там было рядышком, а значит, добраться несложно, хоть и пересечь придется полгорода — минут сорок займет.

Оставалось решить, куда потратить остальное время — день в универе я решительно прогулял и появляться там на час было бессмысленно. Впрочем, появился мистер Хоцкер и на двадцать минут загрузил меня различными бумагами: их требовалось подписать — как хотел он, но до этого прочитать — как хотел уже я. Все-таки есть здоровое подозрение, когда комнату меняют на квартиру и не просят доплаты. Ситуации, правда, тоже бывают разные — вон, город проснулся и решил сделать доброе дело. Каких только чудес не бывает…

На удивление, в бумагах было ровно то, что было оговорено с арендодателем на лестничной клетке — угрюмыми юридическими терминами, от которых хотелось проморгаться, но тем не менее.

Подписал, получил ключи.

— Не буду напоминать о культуре поведения, мистер Савой. Ваши соседи на вас никогда не жаловались — надеюсь, на новом месте вы тоже проявите себя ответственным квартиросъемщиком! — Напутствовал меня мистер Хоцкер напоследок.

И я поперся с двумя большими пакетами из супермаркета, набитыми вещами, в этот самый жилой комплекс.

«Как раз на час времени», — прикинул я.

Пока дойду, пока осмотрюсь внутри и разложу вещи, пока вернусь обратно.

На улице обернулся — возле дома и в самом деле разгружали строительные леса, а возле железной дороги работали геодезисты.

«Бывает же так», — пожал плечами. — «Кому скажешь — не поверят».

И хоть я терпеть не мог совпадения — с некоторых пор — то в этот раз просто не видел, за что зацепиться.

На всякий случай подошел к женщине, внимательно следящей за разгрузкой с ведомостью в руках.

— Здравствуйте, а что тут планируется? — Вежливо поинтересовался я со своими пакетами в руках.

Меня смерили внимательным взглядом.

— Не твое дело, алкашня.

— Спасибо. — Полностью удовлетворился я ответом.

Но как приду — первым делом сменю футболку плотную на рубашку с высоким воротом.

«Пять–пять для Пять–один. Объект заселился».

Как-то не доводилось покупать бывшие в употреблении гравилеты — на Аликсе был новый гражданский и новый служебный. По счастью, продавец тоже не особо понимал, как действовать — суетился, забыл отключить сигнализацию, а потом какое-то время воевал с брелоком, чтобы ее выключить. В итоге открыл трап, указал на «Сагиру» и со словами «вот, смотрите» отошел в сторону, оттирая пот со лба. Лет тридцать пять мужчине — судя по белой рубашке и брюкам, или госслужащий, или на кабинетной работе. Оформившийся живот, неплохие электронные часы, «Сагира» — кризис среднего возраста?

Пока поднимались на крышу парковочного комплекса, продавец успел поведать печальную историю — выпил в ресторане, сел в гравилет. На этом его летное удостоверение кончилось, и вот — продает.

До печалей владельца мне было без разницы — к тому же, доверия его история не вызывала. Никто не станет продавать машину в несколько раз дешевле из-за проблем с правами. Что-то с машиной не так — и на крышу здания, где разрешалось ставить летающие машины, я вышел без особого настроения. Поднялся, покрутил головой, отыскивая среди припаркованных гравилетов нужный. Вздохнул, нашел взглядом, действуя по подсказке продавца, и забыл, как дышать.

«Сагира» была хороша. Она была прекрасна — размещенная на углу парковочного комплекса, под ярким солнечным светом. Вечно молодая — в своей, будто только с конвейера, бело-синей расцветке, с хромированными телескопическими опорами. Двенадцать метров длиной, собранная из мягких обводов и хищно-острых рассекателей — в те времена гравилеты еще прогоняли в аэротрубе, пытаясь выиграть полсекунды от круга. Сейчас просто ставят двигатель помощнее, а геометрию корпуса выбирают при участии отдела маркетинга — если фокус-группе понравится кирпич, то с хорошей силовой установкой полетит и кирпич. Клиент хочет, чтобы гравилет выглядел спортивной пулей — будет и такая. Все новые гравилеты симпатичны, в общем-то, но в обводах корпуса больше нет запечатанных в стеклопластик или карбон попыток вычислить совершенство.