Добыча лорда Эндрю Грегори (СИ) - Ром Полина - Страница 1

Смена королевской династии — дело сложное и зачастую кровопролитное. Тяжела судьба тех, кто попадает в жернова политических интриг и просто старается выжить.

Бой был окончен. Крепость пала…

Ещё дымились жерла пушек и со всех сторон раздавались стоны раненых, но его величество уже соскочил с коня и громко потребовал:

— Милорда Грегори мне сюда!

Эндрю Грегори был молод, но с самого начала войны обратил на себя внимание его величества Генриха Первого. На фоне старых опытных бойцов, ведущих свои отряды уже не первый год и чётко рассчитывающих силы, Эндрю отличался одновременно и некой безрассудностью и просто дьявольским везением.

Сегодня, когда в разгар боя из ближайшей рощи вырвался отряд неприятеля, заранее спрятанный там, и оказался в опасной близости от холма, с которого его величество смотрел на битву, именно Эндрю Грегори заметил опасность и, развернувшись, буквально с десятком собственных ратников кинулся на выбежавших из засады рыцарей. Кинулся с такими безумием и отвагой, что через несколько минут обернул противников вспять.

К королю молодой человек был доставлен, даже не успев привести себя в порядок после боя: запыхавшийся и покрытый потом, с прилипшими ко лбу тёмными прядями волос.

— Милорд Грегори, я признателен вам за спасение вашего короля! — Его величество вещал нарочито громко, желая, чтобы все слышали, как он награждает за верность и отвагу.

Эндрю чуть неуклюже поклонился и негромко сказал:

— Ваше величество, я не милорд, а всего лишь младший сын баронета Грегори.

— С этого дня вы — милорд! Этот замок, — король небрежно указал на небольшой замок за собственной спиной, крепостная стена которого была наполовину обрушена, — принадлежит вам! И к вашему имени добавляется титул барона, а к замку — окрестные земли на... на два дня пути!

Окружавшая короля свита смотрела на несколько ошарашенного новостью юного барона без особой зависти: замок был не слишком велик, да и угодья вокруг него хоть и обладали хорошей землей и собственной рекой, но оказались изрядно урезаны только что волей короля. Пожалуй, со стороны его величества это было мудрое решение.

Стоило отдать юнцу замок «Старого Вепря», взятый неделю назад, или же замок «Белого сокола», поверженный ещё раньше, и завистники позаботились бы о том, чтобы новоиспечённый барон в скорости впал в немилость. А старый замок неудачливого барона Блаунта, который назывался «Лисья нора», не вызывал особой зависти у тех, кто уже успел нахватать военной добычи. Слишком он был мал и небогат землями. Единственное достоинство старого замка было в том, что находился он почти в центре земель, на которые претендовал король, и потому почти никогда не подвергался набегам, как, например, приграничные замки.

Но сегодня все видели, что жизнь короля была в опасности, и именно Эндрю Грегори спас его величество, а потому барон выслушивал от свиты поздравления, которые были почти искренними и не содержали зависти.

— Сегодня вы сидите за столом рядом со мной, милорд! — Король милостиво кивнул новоиспечённому барону Грегори и двинулся к распахнутым воротам.

В самом замке царил бедлам, но слуги уже очищали от тел защитников большую трапезную, и его величество, пройдя внутрь, устроился во главе стола. Слуги суетились вокруг, но король, не обращая внимания на беспорядок, скомандовал:

— Чёрт возьми, найдите нам вина и по куску мяса! Я не ел с самого утра!

В эту суету вмешались воины лорда Ольдебурга, обыскивавшие замок на предмет затаившихся воинов противника. К ногам короля были кинуты две женщины: совсем молоденькая девушка с растрёпанными волосами и дама чуть постарше — жена бывшего хозяина крепости.

Девушка была бледна и молчала, а женщина, заливаясь слезами, умоляла пощадить её и вдовствующую дочь:

— Ваше величество! — голосила она. — Молю вас о снисхождении! Мы — слабые женщины и, клянусь, не окажем вам сопротивления! Мой муж мёртв, и сын тоже, но пощадите, ради Господа нашего, меня и Сандру, и Господь стократ благословит вас за милость и доброту! Моя дочь вдова и тоже не имеет никакой защиты, кроме вашего милосердия, ваше величество...

Надо сказать, что одежда женщин не отличалась какой-либо роскошью, но всё же выдавала некоторый достаток, да и по манерам миледи видно было, что дама из благородных. Сомнения в том, что она хозяйка замка, ни у кого не возникло. А девица рядом с ней просто молчала все время.

— Встаньте, миледи Блаунт, я не воюю с женщинами и детьми!

Заплаканная женщина встала, потянув за руку свою дочь, которая все еще продолжала молчать. Возникла неловкая пауза, потому как выгнать за ворота благородную леди было решительно невозможно, как невозможно было и сообщить ей, что отныне она не хозяйка замка. Новоиспечённый барон явно не понимал, что делать с этой парой, но его величество всегда отличался остроумием и потому с лёгкостью решил проблему:

— Миледи Блаунт, вы говорите, что ваша дочь вдова?

— Так и есть, ваше величество! Она пробыла замужем всего полгода, и всё её приданое вернулось под руку моего мужа. А баронет Соллейн скончался прошлой зимой от горячки, и дочь вернулась под отчий кров.

— Значит, ваша дочь вдовствует уже более полугода? Смотри, Эндрю, — обратился его величество к барону, — она молода и хороша собой, а её бёдра говорят о том, что она сможет рожать. Конечно, её не мешает слегка откормить… — «тонкое» замечание короля вызвало дружный смех свиты, — но если ты женишься на этой единственной наследнице, то никто из врагов не сможет бросить в тебя камень, обвиняя в жестокосердии. Они — твоя законная добыча, так что решать тебе!

Эндрю не был глуп, но так быстро меняющиеся обстоятельства его собственной судьбы привели к тому, что на предложение короля он растерянно кивнул, ещё не зная, как ответить. Однако Генрих, совершенно непривычный к возражениям, воспринял этот кивок как согласие и громогласно заявил:

— Сегодня мы будем ужинать на свадьбе, милорды!

Дождавшись, пока стихнут одобрительные и восхищённые возгласы, восхваляющие королевскую милость и доброту, его величество Генрих Первый обратился к старшей женщине:

— Я всегда милостив к поверженным врагам, миледи. Ваша судьба решена! Ступайте и приготовьте дочь к свадьбе: она должна выглядеть достойно!

Торопливо закивав и отвесив королю несколько поклонов, миледи Блаунт схватила стоящую столбом девушку за тонкое запястье и силой поволокла за собой. Кто-то из свиты негромко добавил вслед:

— Похоже, девица оторопела от счастья! — и эта неприхотливая шутка была встречена дружным смехом.

Никого из королевской свиты не смутило, что сегодня девушка потеряла и отца, и брата…

— Сандра!

Я сонно похлопала глазами, не соображая, что это и кто…

А телефонная трубка тем временем продолжала верещать:

— Сандра! Александра Викторовна! Ты что, матушка, не проснулась ещё?! Вставай, нас ждут великие дела! — призывала меня Татьяна.

Это было самое начало замечательного и приятного дня: звонила старинная подруга, чтобы первой поздравить меня с юбилеем. Всё же шестьдесят лет — солидная дата.

Утром, пока я ещё завтракала, принесли огромный букет от сына: сам он уже лет десять как перебрался на Крайний Север и почти не вылезал оттуда, но следом за букетом звякнул мобильник, и мне на карту упала очень приятная сумма в качестве подарка. Потом Андрюша позвонил и поздравил лично, мы поболтали минут десять, но тут ворвалась Татьяна и уволокла меня с собой: нас ожидали маникюр, парикмахерская и прочие дамские радости.

В шесть вечера собралась дружная компания старых друзей, и мы прекрасно посидели в ресторане. Я наслушалась и поздравлений, и тёплых слов, получила очередное шуточное стихотворение в подарок от Милы, небольшой портрет маслом от её мужа, Игоря Алексеевича, и очаровательные подарки от всех остальных гостей.