Ненавистная жена. Вызов для попаданки (СИ) - Кривенко Анна - Страница 11

— Что случилось, дорогая? — пропела она с таким наигранным участием, что мне захотелось ещё и её шлёпнуть.

Я отложила пирожное и прямо посмотрела на неё.

— Случилось, тётя, то, что у нас, оказывается, новый жилец! — я указала на остатки паутины. — Надеюсь, вы вписали его в семейное древо семьи Сильетти?

Слуга, стоявший неподалёку, захихикал, но попытался скрыть это, закашлявшись. Тётя тут же злобно зыркнула на него.

— Паутина? Какая ерунда! — фыркнула она. — Это просто знак того, что дом старый, а не результат плохой уборки.

— Правда? — я склонила голову на бок и прищурилась. — Что ж, проверим. Сегодня у нас будет Великий Обход.

— Великий что? — переспросила Зинельда, подавившись чаем.

— Обход! — я поднялась со стула, чувствуя, как в душе разгорается энтузиазм. — Проверим, как блестит наш дом. А заодно убедимся, что всё соответствует вашим высоким стандартам управления хозяйством.

Лицо тёти побелело, как её любимый кремовый соус.

* * *

Моё появление в коридорах с боевым настроем и группой из нескольких служанок привлекло внимание всех, кто был поблизости. Слуги перешёптывались, переглядывались и спешили за мной, словно я стала предводителем революции.

— А теперь, друзья, начнём с малого, — объявила я, остановившись перед первой же гостевой комнатой.

Широко распахнула дверь и вошла. Сначала всё выглядело более-менее прилично: постель заправлена, ковёр аккуратно лежит на своём месте. Но стоило мне подойти ближе к окну, как я обнаружила первое «сокровище».

— Кто-нибудь может объяснить, почему занавески пахнут так, словно их стирали в болотной воде? — я потянула ткань ближе к носу и скорчила лицо.

Слуги прыснули со смеху. Тётя, стоявшая в дверях, замахала руками.

— Это… это просто потому, что ткань старая!

— Старая, говорите? — я опустила занавеску. — Всё-то у вас старое! Ну, если вашей целью было добиться музейного аромата, поздравляю. Вы справились!

Тётя нахмурилась, но ответить не успела, потому что я уже повернулась к кровати.

— А это что такое? — я потянула за угол покрывала, открывая скомканные простыни под ним.

— Так должно быть! — выпалила Зинельда. — Это особый способ заправки, придуманный в нашем роду!

— Правда? — я внимательно осмотрела её лицо, и она смутилась. Какое изобретательно глупое оправдание! — Тогда я обязана научиться этому семейному секрету в ближайшее время. Кто-нибудь, принесите чистое бельё!

Через минуту я собственноручно показывала, как заправлять кровать ровно и без складок. К счастью, в свое время я пересмотрела полсотни роликов в интернете о всяких там полезных лайфхаках для дома. Когда закончила, один из слуг восхищённо выдохнул:

— Да, хозяйка, вы бы нас всех этому обучили!

— Вот видите? — я повернулась к тёте с широкой улыбкой. — Руководить — это значит вдохновлять! Учитесь!!!

…Следующим пунктом в нашем обходе стала столовая. Я буквально услышала, как тётя нервно сглотнула.

— Здесь-то точно всё идеально! — заявила она, стараясь выглядеть уверенно.

— Конечно, — согласилась я с дежурной улыбкой. — А вот проверим!

Провела пальцем по ближайшему подоконнику и продемонстрировала приличный слой пыли.

— Интересно, сколько поколений пауков могло бы тут поселиться? — задумчиво спросила я.

— Это просто… в уголке, где никто не смотрит! — снова пыталась оправдаться тётя и опять неудачно.

— Никто не смотрит, кроме гостей, сидящих за обеденным столом! — парировала я.

Слуги снова захихикали. Похоже, у всех окружающих, кроме Зинельды, начало подниматься настроение. Я отправила служанок за тряпками и наглядно показала, как нужно вытирать пыль даже в самых труднодоступных местах. Да, они прекрасно знали, как это делается, но я работала на свой авторитет…

Когда закончила, Зинельда нервно пробормотала:

— Уборка — это такая мелочь! Важно, чтобы всё было под контролем, а для этого не обязательно лично работать…

— Верно, — согласилась я, отряхивая руки. — Но если у хозяйки руки поднимаются только для того, чтобы упереть их в бока и упрекать окружающих, то никакой контроль не поможет…

Намек был понят. Зинельда покраснела от накапливающего, но тщательно сдерживаемого гнева.

Наконец, мы подошли к лестнице, ведущей на чердак. Зинельда вдруг застыла с выпученными глазами.

— Джульетта, там никто никогда не убирает! — воскликнула она возмущенно. — Это место не нужно…

— Отлично! — прервала я ее с улыбкой. — Тогда посмотрим, что Сильетти накопили за эти годы…

Чердак был не просто запущенным — он оказался входом в царство хаоса. В углу лежали свёртки старой ткани, из которых, судя по всему, давно сделали себе дом мыши. Паутина покрывала буквально всё, а пыль настолько густо осела на пол, что обувь оставляла в ней следы, как на снегу.

Я повернулась к слугам и указала на весь этот разгром.

— Уважаемые, у вас есть полчаса, чтобы из этого царства мрака сделать хотя бы полуцарство света!

Слуги, переглянулись и принялись за работу с таким энтузиазмом, что даже тётя осталась в замешательстве.

Через час чердак преобразился. Я оглядела результат и одобрительно кивнула. Посмотрев на тетю насмешливо, произнесла:

— Вот видите? Чистота — это вопрос желания и вдохновения. Народ воодушевлен нашим обходом и работает с удовольствием.

Зинельда стояла, нахмурив брови и поджав губы. Я подошла к ней и слегка наклонилась вперёд.

— Тётя, вдохновляйтесь! — произнесла шепотом. — Думаю, ваши руки… — я указала на ее пухлые ладони, которые сейчас мирно покоились на животе, — на самом деле не так уж много работают. Больше разговоров…

Тетю перекосило натуральной ненавистью.

Ага, трудно удержать истинное лицо, когда вскрываются лживые дела…

Тень Джульетты

Сейчас я впервые за долгое время почувствовала, что держу ситуацию под контролем. Тётя Зинельда уже не могла смотреть на меня свысока, как это было раньше. По крайней мере, после того разгрома, который я учинила ей во время «Великого Обхода». Хихикнула, вспомнив растерянное и ошеломленное выражение ее лица при этом. Да, тётя, время твоего господства однозначно закончилось…

Душевный триумф поднимал меня над всем этим домом, над его тяжёлыми стенами и холодными коридорами. Сегодня мне удалось показать, что я не та, за кого меня принимали. Но несмотря на это, в глубине души что-то всё ещё зудело, неудовлетворенное нынешним существованием. Возможно, это были вопросы, на которые я не могла найти ответы. Почему я здесь? Для чего это всё?

Я села на кровать, тяжёлую и высокую, как трон. Это место, где когда-то спала Джульетта, не давало мне покоя. Её вещи, её одежда — всё казалось чужим, но в то же время притягивало, как магнит. Я не знала, кем она была, но чувствовала: её жизнь была не проще моей.

Мой взгляд скользнул по комнате и остановился на шкафу в углу. Он стоял там, как немой свидетель всех событий, что случались до моего появления. Вдруг в голове мелькнула мысль: может быть я могу найти подсказку среди её вещей?

Подошла к шкафу и открыла его тяжёлые дверцы, которые заскрипели, словно протестуя. Внутри было полно пыли, старых вещей, беспорядочно набросанных на полки, потертых коробок и корзин. Я начала рыться в этом хаосе, перебирая платья, кружева, какие-то клубки ниток. И вдруг рука наткнулась на что-то твёрдое…

Это была книга. Небольшая, с выцветшей кожаной обложкой. На первый взгляд — ничем не примечательная. Я вытащила её и провела пальцем по истертой надписи…

— Души моей песнь… — прочитала я, осторожно открывая первую страницу.

Почерк был ровный с легким наклоном, словно человек, писавший это, немного нервничал.

«Джульетта Бандини. Дневник моей жизни. Я одинока, мне не с кем поговорить по душам, поэтому… я буду записывать свои переживания сюда, в эту тетрадь, иначе они меня просто раздавят…»