Мое имя Огонь - Хан Авайс - Страница 7

– Прошу тебя, мама. Не вредничай, познакомься с ними. – Его глаза вспыхнули. – Пожалуйста.

– Раза, довольно. Я же сказала, не сегодня. Прекрати.

Мать с сыном обменялись взглядами, но Айша не собиралась и дальше стоять рядом с ними, слушая оскорбления. Она развернулась на каблуках и, не попрощавшись, заспешила к родителям. Впрочем, это не помешало ей заметить, что на нее уставилась целая свора немолодых кумушек и все они перешептываются между собой.

– Похоже, кое-кто взбаламутил всю свадьбу, – отметил Сакиб, когда в тот же вечер Айша рассказала ему по телефону почти все, опустив только, как хорош собой Раза Масуд. Сакибу и в лучшие его времена всегда не хватало уверенности в себе. – Я не удивлен, – продолжил он. – Когда ты где-то поблизости, грех упускать такой случай.

– Сакиб, это отвратительно! – Айша притворилась обиженной, хотя в глубине души была довольна. Она сидела на кровати и красила ногти, и ее мобильный опасно балансировал между ухом и коленкой. Этот паршивец отлично знал, какие именно слова ей сказать. – Ты прекрасно знаешь, что никто, кроме тебя, меня не интересует.

– А я, получается, интересую? Знаешь, я иногда не понимаю, как простой парень вроде меня мог выиграть такой приз.

– Ну, приз из меня сомнительный. Не то что тридцать лет назад, когда мой отец был богачом.

– Ты тогда еще не родилась, – фыркнул Сакиб.

– Да, упустила я те золотые деньки! Но тебе пора сделать мне предложение, пока кто-нибудь тебя не опередил. Тем более что Раза положил на меня глаз. – Она шутила лишь наполовину. От внимания Разы Масуда ей было очень неуютно.

– Если ты разрешишь, отец хоть завтра придет свататься. Только скажи.

Айша колебалась. Как бы ей ни хотелось официальной помолвки, она знала, что ее отец не согласится. Пока еще нет. Чтобы у них появился шанс, нужно было, чтобы либо Сакиб поднялся выше по социальной лестнице, либо отец пал еще ниже. Ей было стыдно за такие мысли, но если Сафдар Хан и научил ее чему-нибудь, так это прагматизму.

Сакиб глубоко вздохнул. Это обычно означало, что он собирается признаться в любви. Айша плотно закрутила крышку флакона с лаком для ногтей, предвкушая прекрасные слова, но тут в дверь постучали, и она каким-то образом догадалась, в чем тут дело. В комнату заглянула мама.

– Не спишь?

Айша вздохнула.

– Нет. – И сбросила звонок, не попрощавшись. Сакиб поймет, а если нет, она все объяснит ему в переписке. Ей незачем было даже спрашивать мать о причине этого полуночного визита. Со свадьбы Сабины они, вопреки обыкновению, ехали в молчании, словно родителям нужно было переварить все случившееся. Айша была уверена, что хала Нилам здорово ей подгадила.

Мать села в изножье кровати, оправила простыни.

– Почему в твоей комнате всегда такой беспорядок, Айша? Что скажут родичи твоего мужа, когда ты наконец его найдешь?

– Мам, ты не понимаешь, что на дворе двадцать первый век? Меня совершенно не волнует их мнение насчет моей комнаты. Их туда никто и не пустит.

Обычно за такие высказывания ей доставалось на орехи, но сейчас в глазах матери мелькнул намек на улыбку, словно та собиралась что-то сказать, но не могла поверить в правдивость еще не прозвучавших слов. Внутри у Айши все сжалось.

– В чем дело? Хала Нилам что-то тебе наговорила?

– Ты хорошо знакома с Разой Масудом?

Айша уставилась на нее.

– Я совсем его не знаю. Один раз по работе пересекались. Он намерен сделать крупное пожертвование.

– А еще он был на свадьбе и, говорят, познакомил тебя со своей матерью, Раббией.

– Ой, да какого рожна…

– Последи за речью, Айша. А то подумают, что ты росла в борделе, а не в приличном мултанском доме.

Айша спрятала руки, чтобы мама не заметила, как они дрожат. Ей совсем не нравился оборот, который принимает их разговор.

– Я совершенно его не знаю, амми, – прошептала она, растеряв всю свою браваду. – Он просто представил меня матери. Почему ты спрашиваешь?

Ишрат заправила под лиловую дупатту выбившуюся прядь волос.

– Молодые люди не представляют девушек своим матерям без причины. Нилам сказала, вы были неразлучны всю свадьбу.

Айша испустила раздраженный вздох. Ну так и есть, хала Нилам в своем репертуаре.

– Ничего подобного, амми. Мы едва парой слов перекинулись, а его мать была ужасно надменна. Только и делала, что осуждала меня.

– Сабина сказала Нилам, что Раза глаз от тебя оторвать не мог.

– Ну так это его проблемы, правильно?

– Твой отец считает, что нужно постараться укрепить это знакомство.

Все происходящее вдруг перестало казаться ерундой. Айша почувствовала, как зачастило сердце.

– Зачем? Чтобы он смог опять ездить на «мерседесе»?

– Айша! Мы говорим о твоем отце.

– Ты отлично знаешь, с кем я хочу прожить жизнь, – сказала Айша, и ее глаза наполнились влагой. Она попыталась сдержать слезы, но не смогла, и они покатились по щекам. Ей не хотелось, чтобы мама видела, как она плачет.

– Ох, Айша! Ты же не мечтаешь выйти за того парнишку из колледжа? – не обращая внимания на ее слезы, ответила Ишрат. – У тебя был студенческий роман, ничего более. – Она наклонилась вперед, сжала руку Айши повыше локтя. – Ты же не наделала с ним никаких глупостей, правда? Ты все еще… все еще…

Айша опустила голову, потому что не могла выдержать маминого взгляда.

– Нет, амми. Я уже не девственница.

Мать прижала руку ко рту.

– Хайе! Как ты могла так с нами поступить, Айша?! – воскликнула она, и лицо ее исказилось ужасом. Однако мгновение спустя она крепко обняла дочку. – Ну-ну, хватит. Мы никогда больше не будем об этом. На самом деле, ничего не изменилось. Но не говори об этом отцу. Никогда.

– Думаешь, он не поймет? – голос Айши звучал глухо.

– Конечно нет. Он более чуткий, чем остальные, но все равно мужчина. Ты ведь опозорила имя семьи, а прежде такого никогда не случалось.

Айше захотелось спросить у матери, не заглядывала ли та случайно между ног всем невестам, чтобы убедиться в их девственности, но вместо этого сжала губы, высвободилась из объятий и сказала:

– В любви нет ничего позорного. И почему никто не осуждает парней, если они поступают так же?

Мать густо покраснела.

– Потому что это мужской мир, Айша. Уф, я просто не понимаю, почему современные девушки так носятся с идеей любви. В наше время нам просто выбирали мужей, вот и весь разговор. Придется молиться, чтобы твой отец ничего не узнал. Он уж наверняка обвинит во всем меня.

Айша вздохнула.

– Будь к нему справедлива, амми. Не такой уж он плохой.

Но Ишрат, похоже, блуждала где-то в собственном мире.

– Единственное, что тут можно сделать, – после первой ночи побрызгать простыни красным соусом или еще чем-нибудь. Это должно сработать. Нужно позаботиться, чтобы он был под рукой. Тогда никто ничего не заподозрит. Боже, это непостижимо. Моя дочь потеряла невинность. – Она подняла глаза. – И что я теперь скажу Нилам?

– А при чем тут она вообще?

– Хала Нилам взялась устроить тебе встречу с Разой.

Ну конечно, без тетушки Нилам никуда.

– Не то чтобы это было важно, но я уже и так встречаюсь с ним за кофе. – Увидев надежду в маминых глазах, Айша добавила: – Но, пожалуйста, не обольщайся, амми. Это рабочая встреча, и тебе не заставить меня влюбиться в богатенького парня.

Лондон, Великобритания

Камилю стал нравиться шум ресторана. Знакомый, привычный, он помогал отвлекаться от самых тревожных мыслей. Камиль сморгнул, чтобы в голове прояснилось, и сосредоточился на стоявшей перед ним тарелке. Цыпленок гриль был идеально приготовлен, но сегодня казалось, будто у него привкус наждачной бумаги.

– Курочка довольно вкусная, – заметил он, надеясь разбить лед, но Мадиха не ответила. Сердце Камиля пропустило удар. Молчание Мадихи означало только одно – ссоры не избежать. Мадиха несколько недель ходила подавленная, по несколько дней не отвечала на его сообщения, а иногда и вовсе не отвечала. Если бы Камиль хуже ее знал, то решил бы, что он ей надоел. – Хорошо, что на этот раз я взял рис, а не брокколи, – совершил он еще одну попытку.