Боевой некромант - фермер. Том 1 (СИ) - Володин Григорий Григорьевич - Страница 13

Едва повозка приблизилась к воротам, как из-за забора поднялся оглушительный, яростный лай десятка собак. Я спокойно натянул поводья, останавливая Дорожку.

— Кто там⁈ — раздался дребезжащий крик из-за забора. — Я спрашиваю, кто там⁈

Я молчал, сложив руки на груди и дожидаясь, пока хозяин соизволит выглянуть.

Вскоре из дома вышел щуплый старичок с всклокоченной бородой — фермер Бир. Он подошел к калитке, отогнал собак палкой и уставился на нас.

— Ну и чего молчите-то? — не выдержал он. — Онемели?

— Ваших псов всё равно не перекричать, — ровным тоном отозвался я. — Я приехал козу вашу забрать. Трактирщик сказал, вы распродаетесь.

— А, Сирень-то… — лицо Бира немного разгладилось. — Ну, Сирень продам, чего уж. Хорошая коза. Давайте монеты.

— Господин Артур, сначала мы на неё посмотрим, — твердо вмешалась Кира.

— Конечно, госпожа Кира, — кивнула я, спрыгивая с повозки и подавая руку девушке. — Уважаемый, ты лучше, чем деньги просить, сначала покажи товар.

— Конечно-конечно, — закивал старик.

Мы прошли во двор. Тут царило запустение: половина инвентаря ржавела под открытым небом, а крыша сарая угрожающе провисла. Коза Сирень оказалась вполне приличной, упитанной животиной с меланхоличным взглядом.

— Хорошая коза, тихая! — уверенно заявил Бир.

Сирень, не переставая жевать, аккуратно наступила ему на сапог и перенесла на копыто весь вес.

— А-а-ай, зараза! — взвыл старик, пытаясь выдернуть ногу.

— Тихая, — согласился я. — Просто с чувством собственного достоинства.

Кира обошла её со всех сторон, профессионально осмотрела вымя и коротко кивнула мне.

— Слушайте, уважаемые, — вдруг оживился Бир, почувствовав запах денег. — А может, и коров моих заодно заберете? Я уже месяц съехать хочу, да всё никак скотину не пристрою! Отдам дешево!

Он повел нас к загону. Едва я увидел его коров, как всё стало понятно. Худые, с торчащими ребрами, тусклой свалявшейся шерстью и слезящимися воспаленными глазами, они вяло жевали сено.

— Нет, — отрезала Кира, едва взглянув на них. — Мы это не возьмем.

Я посмотрел на скотину, затем на суетливого фермера.

— Какой нетоварный вид! — заметил я, качая головой. — Возможно, мы их и заберем, но не сегодня. Я загляну к вам через пару деньков, тогда и поторгуемся.

— Да нормальные коровы! — возмутился фермер, всплеснув руками. — Просто жара на них так действует! Ничего вы не понимаете!

— Ладно, — прервал я его. — Сколько за козу?

— Семь серебряных! — выпалил Бир, задирая подбородок.

— Семь⁈ — Кира картинно всплеснула руками. — Да это грабеж среди бела дня! Мы в Сонмище на рынке за четыре возьмем, мы как раз туда собираемся, — приврала блондинка. — Пойдемте, господин Артур, нечего тут время терять.

— Пойдем, — согласился я, разворачиваясь к выходу.

— Стойте! — возопил Бир, кидаясь нам наперерез и едва не споткнувшись о ведро. — Ну куда же вы сразу… Давайте за пять! Хорошая ведь коза!

Кира посмотрела на меня просительно, и я кивнул ей, разрешая развернуться на полную.

— Четыре серебряных, и вы дадите нам с собой мешок овса для неё, — отрезала Кира, прищурившись. У девушки действительно талант торговаться.

Бир долго кряхтел, чесал бороду, бормотал что-то про разорение и жадных городских, но в итоге махнул рукой: — Забирайте, лиходеи!

Я молча отсчитал четыре серебряных, взял Сирень за поводок и направился к выходу.

Уже на пороге вспомнил о еще одной цели нашего визита.

— Ах да, чуть не забыл, — я обернулся к Биру, который всё еще потирал ушибленную ногу. — У вас плуга нет на продажу?

Старик досадливо крякнул и снова сплюнул в пыль.

— Был, да сплыл. Утром за ним приехали. Ушел за полцены, хоть и хороший, но не тащить же его с собой в столицу. Опоздали вы, господин.

Коза, меланхолично жуя пучок травы, мирно потрусила следом, совершенно не смущаясь мертвой лошади у ворот. Вообще-то животных мне сложнее обмануть, притушив ауру умертвия, и сейчас я почти не старался.

Когда мы загрузились и тронулись в путь, Кира, сидевшая рядом на козлах, не выдержала.

— Зачем ты хочешь брать больных коров? Они же подохнут у нас через неделю. Одни убытки.

Я посмотрел на дорогу впереди и усмехнулся.

— Возможно, я найду способ их вылечить.

Я вспомнил слова трактирщика о том, что раньше скот на этой земле не болел. Если древний механизм колодца действительно заработает, покупка этих «неликвидных» коров станет моей лучшей сделкой.

Кира посмотрела на меня с непониманием и подозрением, словно прикидывая, что за некромантские ритуалы я собрался проводить для выздоровления коров. Вслух ничего не сказала.

Мы поехали дальше. Солнце припекало, мерно скрипели колеса повозки, убаюкивая. Но спустя какое-то время мой внутренний радар вдруг резко взвыл. Впереди, где-то за поворотом тракта, ощущалась пульсирующая, тяжелая аура сильной нежити.

— Держитесь крепче, нужно посмотреть, что там, — бросил я Кире.

Я мысленно стегнул Дорожку. Мертвая кобыла, не знающая усталости, мгновенно сорвалась с рысцы в галоп, ускоряясь так, что повозка угрожающе заскрипела.

Вскоре до нас донеслись крики людей и треск ломающегося дерева. Мы вылетели к обозу. Я нутром чуял мощь твари, но гнать прямо в пекло было бы глупостью. Я натянул поводья, резко притормаживая повозку, и сунул их в руки опешившей Кире.

— Держи. Если тварь вдруг каким-то чудом победит меня — гони Дорожку прочь, не оглядываясь, — сухо приказал я, скидывая плащ.

Бежать от сильного противника? Еще чего. Именно благодаря битвам с теми, кто превосходил меня по силе, я всегда рос и становился смертоноснее. Этому меня еще в прошлой жизни научили старые наставники — дядя Даня и папаша Брикс. Суровые были мужики. И их уроки не прошли даром — не зря же я в итоге превзошел даже своего собственного отца, короля Острова Некромантии.

Да, сейчас у меня в резерве болталось всего десять жалких морт. Этого критически мало, чтобы подавить волю и приручить такую сильную тварь. Но у Повелителя мертвых всегда есть и другие способы вести бой. Я привычным усилием воли влил все свои десять морт прямо в сталь клинка. Лезвие едва заметно засветилось бледно-зеленым. Это был старый трюк: я не терял энергию безвозвратно, меч просто работал как временный аккумулятор, и после боя я мог легко втянуть морты обратно в свою ауру.

Выскочив на обочину, я наконец увидел источник хаоса.

Огромный, мутировавший вепрь-нежить размером с крупного быка громил купеческую повозку. Люди в панике спрыгивали с телеги и разбегались по кустам. Кабан с разбегу ударил кривыми клыками по деревянному борту. Удар был такой чудовищной силы, что груженая повозка подлетела в воздух и, перевернувшись, рухнула на бок. Во все стороны посыпались тюки и ящики.

Но клыки были не самым страшным. Хвост этой твари превратился в смертоносное оружие — он заканчивался тяжелым, массивным треугольным костяным набалдашником размером в половину человеческого роста. Вепрь взмахнул им, и набалдашник с хрустом разнес остатки телеги в щепки, а затем с гулом врезался в землю, прочертив глубокую борозду.

— Неплохо бьешь! — громко крикнул я, выходя на открытое пространство.

Вепрь замер. Медленно, с утробным рычанием, он повернул ко мне свою жуткую огромную морду. Мы переглянулись.

Я раскрутил свою ауру, позволяя холоду некромантии вырваться наружу, и плавно крутнул в руке светящийся клинок.

— Ну давай же, парень. Иди сюда.

Тварь взревела и бросилась на меня. Земля задрожала под тяжестью её копыт. Вепрь несся как бронированный локомотив, но я не собирался принимать удар в лоб. Дождавшись, когда до клыков останется пара метров, я резко дернулся в сторону и ушел длинным перекатом.

Лишенный интеллекта мертвяк не успел затормозить. На огромной скорости он слетел с дороги прямо в густой подлесок и, разломив пару толстых веток, застрял в разломанных сучьях и тонких деревцах. Вепрь яростно завизжал, пытаясь вырваться, и начал бешено колотить своим хвостом-набалдашником, кроша деревья в труху.