Вечно голодный студент 8 (СИ) - Ибрагим Нариман Ерболулы "RedDetonator" - Страница 16

— А если у них свой НИИ КД? — предположил Череп.

— Да, тогда был бы смысл увозить даже труп, — согласился с ним Вин.

— Мы не знаем этого, — ответил на это Ронин. — Но мы должны начать поиски тех, кто похитил Студика. Даже если он мёртв, в чём я сомневаюсь, нам имеет смысл разобраться с этими персами, хотя бы из соображений мести. А если смотреть на это геостратегически, то нам нужно уничтожить их, пока не стало слишком поздно. Ашхабад не сможет жить спокойно, пока под его боком находится такая сила.

— Студика надо найти, есь жи, — заявил Шахром. — Он мне как брат! Па-братски нада искать, есь жи!

— Есть два подхода, — произнёс Ронин, раздавив бычок в пепельнице. — Первый подход — последовательное уничтожение опорных пунктов персов, создание наших опорников, а это требует отвлечения людских и материальных ресурсов Фронтира. Это гарантирует результат — так мы выполним все поставленные цели, включая выяснение судьбы Студика. Второй подход — точечные специальные операции по захвату «языков», которые выведут нас на новых «языков», которые могут знать что-то о Студике. Но шансы на успех, в таком случае, будут существенно ниже.

Он вытащил из пачки новую сигарету и прикурил её.

— Что об этом говорит Проф? — спросил Фазан.

— Проф отправляет сюда Щеку, Лапшу и Фуру, — ответил Ронин. — И он склоняется к первому подходу — выжечь все опорники, лишить их почвы под ногами, и полностью уничтожить, как организованную силу. Так будет гораздо безопаснее для всех нас.

— Когда они прилетят? — спросил Вин.

— А эта кто такие ваще? — спросил озадаченный Шахром.

— Это сильнейшие КДшники Фронтира, — ответил ему Фазан. — Ебут всё, что видят, а то, что не видят — ебут вслепую…

— А ви, получаится, не самие сильние, да? — с осторожностью осведомился Шахром. — И Студик тожи, да?

— Студик — он где-то на таком же уровне силы, как они, — пояснил Фазан. — Просто у них разные задачи.

— Помоч как-та могу? — спросил Шахром.

— Вряд ли, — покачав головой, ответил Ронин. — Ты слишком слаб, чтобы выступать против персов. Щека, Лапша и Фура прибудут завтра утром, вместе с отрядом ополченцев Фронтира и командой Нарка.

— Будем налаживать тут разведку? — уточнил Бубен.

— Да, — подтвердил Ронин. — Поднимем стратостаты с ретрансляторами, организуем сеть дроновой разведки и начнём актуализацию данных об активных опорниках и имеющихся у противника силах. Нам придётся уничтожить их — либо мы их, либо они нас. Третьего не дано.

— А что с бабами того гигаёбаря? — поинтересовался Фазан.

— Их уже устроили в Волгограде, — ответил Ронин. — Пять беременных даже успели разродиться сегодня — это целых пять новых граждан Фронтира… Но это уже не наша забота. Наша задача уже озвучена и мы должны её выполнить. Теперь по конкретике. У меня есть план на ближайшие две недели — сегодня, ближе к вечеру, прибудут Майор и Зулус, которые займутся подготовкой ополчения и подтягиванием уровня подготовки местных КДшников…

— А аксакалы? — спросил Шахром.

Он прекрасно понимает, что подготовка ополчения и алпов Ашхабада — это потеря власти аксакалов. Никто не пойдёт на такое добровольно, поэтому вопрос резонен.

— Алтынмурад обещал мне, что уладит этот вопрос, — сказал Ронин. — Ему нужно лишь донести до них мысль, что рядом с персами Ашхабад точно не выживет. Если вы хотите выжить, то вы должны помочь нам победить персов.

— Понил, — кивнув, ответил Шахром.

— Раз понял, тогда переходим к детализации… — произнёс Ронин.

Заседание завершилось лишь спустя два часа, в течение которых почти каждый КДшник получил и осмыслил свои задачи, после чего приступил к их выполнению.

Но Шахром, вышедший во двор, пребывал в недоумении, так как ему никаких задач не дали, впрочем, как и Вину.

— Вин, брат… — обратился к нему Шахром. — А чиго делать есть? Вот ты?

— Я буду строить, — ответил ему Вин. — У меня очень хорошо получается возводить стены и копать траншеи — этим и займусь.

— А я? — спросил Шахром.

Вин внимательно рассмотрел его.

— Уровень какой? — задал он вопрос.

— Писят четыри! — ответил Шахром не без гордости.

— М-м-м, плохо… — покачав головой, произнёс Вин. — Этого мало — характеристики недостаточны, чтобы нормально заниматься стройкой. Извини, но ты для этого не подходишь. Тебе бы прокачаться…

— Пракачатся? — переспросил Шахром.

И тут он вспомнил мудрые слова Студика.

«Я тебе скажу, безделье — это игрушка дьявола, во-первых…» — мысленно процитировал Шахром. — «Во-вторых — занимайтесь рейдами — не надо там по углам курить, шобить, дрочить и мастурбировать, что, конечно, одно и то же… Просто безделье — это игрушка дьявола, я повторяю, есь же, но… Весь мир будет против меня — я прав, есь жи. Я вдохновляюсь этим, есь жи. А так поцаны, голову не теряйте, во-первых. И всех благ вам, есь жи…»

Его слова врезались в память Шахрому, потому что Студик был прав.

— Весь мир против миня — я прав… — прошептал он.

— Что говоришь? — спросил не расслышавший его слова Вин.

— Нада качаться, брат! — заявил Шахром. — Падскажи — как ти качался, брат? Чито делат нада?

— Я? — с удивлением ткнув себя пальцем в грудь, спросил Вин. — Ну, э-э-э… Меня Студик тренировал…

— Во-во-во-во, брат! — с энтузиазмом воскликнул Шахром. — Что делал Студик-ака⁈ (1)

— Он ходил в соло-рейды, — после недолгой паузы, ответил Вин. — То есть, уходил один и охотился на сильнейших зверей.

— Как Ежик? — уточнил Шахром.

— Ежик? — недоуменно спросил Вин. — А-а-а, Ёжик! Да, на зверей вроде Ёжика. Но я тебе не советую, Шахром. Студик — он крутой. Не все так могут, понимаешь?

— Ни все, ни все, брат, — согласился Шахром. — Но я… мне нада. Хочу помоч Студик-ака — он мне брат, есь жи! Пойду.

— Дело твоё, — пожав плечами, ответил Вин. — Но моё мнение — не надо. Помрёшь зазря.

— Я должин, — с решимостью заявил Шахром. — До свиданья.

Он направился к своему дому, чтобы собраться — у него на примете есть подходящий зверь, который давно беспокоит горожан.

В горах к западу от города обитает мархур, (2) который иногда нападает на отряды собирателей. Если убить его, чего ещё никому не удалось, то та местность станет безопаснее. Это не только позволит ему повысить уровень, но и даст уважение старейшин.

Пусть он свободно говорит на туркменском, пусть он очень хорошо знает местные обычаи, но он всё ещё чужой для местных.

Поднявшись на свой этаж и войдя в свою квартиру, он наткнулся в прихожей на Чинар, свою жену.

— Где ты был? — спросила она.

— Где надо, там и был, — ответил он ей. — Как дети?

— С ними всё хорошо, — сообщила Чинар.

Это не его дети — он женился на Чинар уже здесь, приняв четверых детей, троих сыновей и одну дочь, как своих. Её муж погиб во время набега персов, а он спас её и дочь от похищения, поэтому у них завязались отношения и он решил, что надо взять её в жёны, а то одна она точно не выживет и детей не сохранит…

— Когда мы отправимся в Волгоград? — спросила жена.

— Вы отправитесь на днях, — ответил Шахром. — А я останусь. Там о вас позаботятся — Студик обещал мне.

— Но его больше нет… — начала Чинар.

— Не говори так, женщина! — рявкнул на неё Шахром. — Он живой — я точно знаю это! Поэтому я остаюсь тут — помогу русским спасти его.

— Но как же мы одни, на чужой земле? — с беспокойством спросила Чинар.

— Студик обо всём договорился, — заверил её Шахром. — Вам выдадут жильё, кормить будут три раза в день — это у них «базовый минимум». Никто не посмеет к тебе прикасаться, потому что таково слово Студика. Его боятся и уважают — он сильнейший воин Фронтира! Не забивай свою голову, Чинар — мы уже обо всём подумали и всё будет нормально. Дети пойдут в школу — там есть настоящая школа, там электричество, тепло и водопровод — это рай на Земле! Как устроитесь, я вернусь, и мы заживём, как честные люди…

— Почему ты не можешь уехать с нами? — спросила жена.