Резонанс Ци. Том 5 (СИ) - Орлов Андрей Юрьевич - Страница 22

Картинка прошла перед внутренним взором плотным, собранным куском памяти. Сделав это, открыл глаза.

— Видела такое раньше? — спросил я.

Алиса молчала пару секунд.

— Нет. Но это похоже на устройство, созданное какой-то из старших рас. Судя по всему, оно сделано для обучения. Что внутри, я не представляю.

— Ты уже второй раз упоминаешь старшие расы. Кто это?

— Наиболее развитые в плане Ци расы существ, — ответила Алиса. — Те, кто смогли далеко продвинуться в понимании энергии, взаимодействия с миром, понять настоящие законы, которые управляют всем. Илари к ним не относились.

— А кто относится?

— Насколько мне известно, таких рас много. Например твоя.

Я удивлённо замер, а Алиса добавила:

— Я никогда не покидала пределов своей планеты до попадания сюда, поэтому людей раньше не встречала. Но среди знаний моего рода люди считались старшей расой.

Вот теперь вопросов стало намного больше.

Если люди действительно старшая раса, то речь явно не о жителях Эронии. Здесь они слабы, если сравнивать с тем, что описывает Алиса. До Резонанса Сфер на планете вообще не было Ци. Местные только начали поднимать цивилизацию из руин после появления монстров, подземелий и новых законов мира.

Значит, где-то существуют другие люди.

Развитые. Владеющие Ци намного дольше местных жителей. Возможно, именно они создали металлическую пирамиду.

Или всё ещё сложнее.

Я вспомнил первое ощущение от пирамиды: холодная правильность линий, отсутствие привычной магической дикости подземелий и надпись, обращённая не к случайному охотнику, а к кандидату. Тогда это выглядело как странная возможность, которую я оставил на будущее. Теперь, после слов Алисы, руины начинали походить на кусок сложнейшей системы, который вообще не должен был оказаться на этой планете.

Чем больше я расспрашиваю Алису, тем больше возникает вопросов. Что спровоцировало Резонанс Сфер, какие ещё есть старшие расы, кто построил древние руины, что у меня за браслет на руке, почему псионика стоит отдельно от Ци, как кто-то способен выбрать куда перенести чужую душу после смерти?

Хотя, по сути, какая сейчас разница? Пока что стоит сосредоточиться на собственном развитии.

— Раз меридианы исправить не вышло, я спать, — безапелляционно заявил я, ощущая как усталость навалилась на плечи.

— Разумно, — ответила Алиса.

Сняв штаны, бросил их на стул и лёг. Тело почти сразу напомнило, что день был сложным. Покушение, взрыв, мастерская Арденов, разговор с Гином, тренировка Мии и этот разговор. Сам не заметил, как провалился в сон.

Утром проснулся ещё до сигнала будильника с идентификатора. Несколько секунд лежал, проверяя тело. Ноги после вчерашних приключений на удивление почти не беспокоили. Рука тоже. Браслет был холодным и безобидным, словно ночью не пытался прожечь мне канал.

На всякий случай я ещё раз пропустил через правую руку слабый поток Ци. Медленно, без давления. Каналы приняли энергию ровно, браслет никак не отреагировал. Хорошо. Значит, он сработал не на саму Ци, а именно на попытку внешнего изменения меридиана. Или на Алису. Или на сочетание первого и второго.

Приняв душ, оделся и спустился на кухню. На столе уже стоял завтрак. Горячий и аккуратно накрытый. Мии тут не было. Я активировал обнаружение Ци и обернулся.

Её источник светился на втором этаже. Зелёный, слабый, с неровными выбросами энергии. Молодец, не забывает про имитацию. И похоже, уже пошла тренироваться.

Хмыкнув, сел за стол и быстро позавтракал. Раз Мия работает с Фреей, значит, отдохнула она уже достаточно.

Когда еда закончилась, я налил чай и задержался на кухне.

Вчерашний разговор с Ароном оборвался на аварии. Сейчас как раз хороший момент вернуться к нему. Пока не случилось чего-нибудь ещё.

Я специально не поднимался к Мии. Если Фрея уже ведёт утреннее занятие, моё появление только испортит атмосферу. К тому же вчера стало понятно, что Фрея даже более строгий учитель чем я. За сестру можно не переживать.

А вот с Ароном откладывать дальше не стоило. Вейны слишком часто всплывали рядом со мной, чтобы продолжать жить на обрывках информации.

— Арон, — мысленно произнёс я, делая глоток чая. — Я не забыл наш разговор до аварии. Хотел бы услышать твою историю.

Он ответил не сразу.

— Лучше бы забыл, — с усмешкой произнёс он. — Я не особо горю желанием ворошить прошлое.

Я молча ждал.

— Но будет честно всё рассказать, — добавил он спустя пару секунд.

— Само собой. И не просто честно, а правильно. Мне ещё предстоит разбираться с Вейнами. Лишняя информация об Эдварде не помешает.

— Вряд ли это тебе чем-то поможет, — сухо ответил Арон. — Но расскажу.

Он замолчал.

Я взял кружку обеими руками и откинулся на спинку стула. Торопить его не стал. Если несколько лет просидел остатком души в ядре после предательства, рассказ о прошлом вряд ли будет для него лёгким.

— Я родился в хорошей семье, — наконец начал Арон. — Единственный ребёнок. Отец был талантливым охотником. Мать — умелым врачом. Ничего выдающегося, никаких великих кланов. Просто нормальная семья с хорошим достатком, некоторыми связями и пониманием, как устроен мир.

Он говорил ровно, без лишней мягкости. Но паузы между фразами стали длиннее обычного.

Я слышал такой тон раньше. Чем старше боль, тем меньше вокруг неё слов. Человек может шутить, злиться, обсуждать тактику и ранги, но стоит коснуться больной темы, и голос становится ровнее, чем нужно. Не потому, что всё прошло. Наоборот. Потому что иначе не удержишь себя в руках.

— С Эдвардом мы учились в одной школе. Сдружились быстро. Тогда он казался мне честным и надёжным другом.

Эдвард Вейн. Честный и надёжный друг. Забавно, как некоторые слова становятся мерзкими, если знаешь, чем всё закончится.

Хотя я и не знал его лично, но зато столкнулся с последствиями. Подстава на экзамене, взрыв в квартире и попытка убрать меня руками отряда из Белой Змеи. Для Арона же всё начиналось иначе. Не с врага. С человека, которому можно было поверить. Это делало всё в разы хуже. Врага ждёшь с оружием. Друга — нет. Эта ошибка и мне стоила жизни.

— Когда мне было шестнадцать, — глухо произнёс Арон, — отец и мать погибли. Волна монстров обрушилась на Хейс. Отец сразу отправился на защиту города. Мать в тот день была там у родственников. Одна из самых страшных атак за последние пятьдесят лет. Половину города разрушили. Погибли тысячи людей.

Он замолчал. Я не стал вставлять ничего вроде «сочувствую». В такие моменты слова чаще мешают, чем реально помогают. В прошлой жизни я тоже рос без родителей. Разница лишь в том, что у меня была старшая сестра. У Арона, судя по всему, после Хейса не осталось никого близкого.

Чай постепенно остывал в кружке. За окном уже окончательно рассвело. Дом оставался тихим, но теперь эта тишина ощущалась иначе. Наверху Мия училась лечить растения, в моей голове Арон вспоминал события прошлого, а где-то в Икаре Эдвард Вейн всё ещё был жив и, скорее всего, продолжал считать себя умнее остальных.

Но вечно так не будет.

— Отец оставил мне в наследство внушительную сумму, — сказал Арон. — Хватило, чтобы без проблем купить всё нужное и поступить в академию охотников. Я, как и ты, досрочно смог стать охотником. В начале второго курса. Потом за полгода закрыл учёбу и стал полноценным охотником.

— А Эдвард в академию не поступил? — спросил я.

Арон хмыкнул.

— Конечно нет. Эдвард куда талантливее своего младшего брата Ламара. Его обучали лучшие рейдеры Белой Змеи. После смерти родителей я больше с ним не виделся. Следующая встреча произошла уже когда я работал охотником.

Вот значит как. Не академия. Клановое обучение. Рейдеры Белой Змеи.

Академия учит следовать законам и вырабатывает привычку смотреть на гильдию как на центр охотничьего мира. Клановое обучение даёт другое: закрытые техники, лояльность своему кругу, практику решения проблем при помощи грязи и понимание, что закон работает до тех пор, пока рядом есть тот, кто способен его обеспечить. Если сказать проще — учит брать своё силой, не считаясь с потерями.