Сильвия - Попов Виктор - Страница 6

Возвратившись домой, молодая работница библиотеки готовилась к вечерней прогулке, или, как это называла её подруга, – вечерней вылазке двух кротов. Жаклин любила называть девушку именно так из-за её любви к своему дому, из которого её порой невозможно было вытащить. Сильвия равнодушно относилась к таким выражениям, поддерживая подругу, но не любила больших скоплений народа. Общество, где пары, прижавшись друг к другу переплетениями тел, танцуют, создавая видимость нравственности. Ей нравились тихие, скромные посиделки хорошо знакомых людей – не чёрствых, не двуличных, тех, кому можно довериться без сомнения, кто знает толк в жизни и ценит человеческое бытие.

Подбор вечернего платья, бесконечные примерки, наряды, корсеты, что не дают с облегчением вздохнуть, правильно подобранный женский туалет, туфли на высоких каблуках, спиртное и невообразимая суматоха, царившая там, – всё это до безумия вызывало отвращение. А вот её подруге Жаклин, напротив, было симпатично. Такие разные снаружи, и такие одинаковые внутри. И тем не менее, хотелось того или нет, ей всё же придётся сдержать данное обещание и сопровождать Жаклин на столь ненавистное ей мероприятие. Сильвия не стала подолгу подбирать наряд, а выбрала самый обыкновенный, ничем не выделяющийся. В конце концов, она идёт туда ненадолго, скоротать время, отвлечься от утреннего инцидента с гардеробщицей, а не обзаводиться знакомствами с влиятельными людьми.

Из распахнутого окна послышался звук остановившейся кареты. Выглянув, она увидела, как молодая женщина, расплатившись с извозчиком, направилась к дому, в котором жила Сильвия. Незнакомка сразу же привлекла внимание девушки своим дорогим шёлковым нарядом; её лицо прикрывала шляпка с широким плюмажем, и от этого девушке не удалось рассмотреть её внимательнее. Неужто госпожа Атталь приехала договорить то, что не успела с утра? Вряд ли. Та не ходит в таком обличии. Жалованье гардеробщицы не приносит столь желаемый доход, да и должность не столь востребована. По внешнему виду Сильвия предположила, что человек, облачённый в такое дорогое платье, должен быть весьма состоятельным. Скорее всего, неизвестная ей гостья приехала к её соседке по этажу. Подойдя к зеркалу, Сильвия рассматривала наряд, в который была одета. «Вполне подойдёт, – думала про себя девушка. – Осталось надеть головной убор – и готово». Громкий стук в дверь оборвал мысли француженки. Почувствовалась лёгкая тревога. Холодок пробежал по коже. По спине готовы были проскользнуть маленькие капли пота. Громкий стук повторился. Затем вновь. Звук стал громче и дольше. Девушка решила притвориться, будто в доме никого нет. Постучат и уйдут. Сняв каблуки, Сильвия медленно передвигаясь на цыпочках, подошла к входной двери. Взгляд в дверной глазок вызвал у неё изумление. Там, выпрямившись во весь рост, стояла та самая незнакомка. Ей пришла мысль, что гардеробщица всё-таки сдержала свои обещания и нажаловалась какому-нибудь инспектору, и тот, долго не рассиживая на своём месте, подослал сотрудников из администрации для выселения Сильвии из дома. Если предположения девушки верны, то дела обстоят худо. Стук в дверь, теперь уже долгий, более глухой и оттого более беспокойный. Возможно, человек, стоявший напротив, знает о присутствии девушки дома и поэтому не желает уходить.

– Сильвия Бертран, откройте немедленно дверь! – отчётливо послышалось из-за двери.

Девушка не двинулась с места. Голос не был ей знаком. Предположения о государственном чиновнике и мысли о выселении из дома устрашили молодое девичье сердце.

Повторный стук, затем лязганье дверной ручкой в попытке её отпереть. В тот момент Сильвия ненавидела гардеробщицу всеми клеточками своего тела. Ей хотелось вцепиться руками ей в горло и придушить, а затем оставить дряхлое, бездыханное тело гнить на земле, осыпав листьями. Наступившая ненависть к гардеробной даме притупила волнение. Страх перед выселением исчез, уступив место чувству собственного достоинства, а также озлоблению против старой, презренной женщины.

Собравшись с духом, она решила пойти навстречу судьбе. Уж лучше выселение из дома и отъезд в родные края, чем дать слабину и позволить себя напугать. Отворив дверь, Сильвия замерла в ожидании каверзного вопроса. Незнакомая фигура величественно стояла напротив девушки.

– Сильвия Бертран, это вы? – спросил глуховатый голос. Он был низким и отдавал хрипотцой. По его тембру девушка предположила, что человек, стоявший напротив неё, заядлый курильщик. – Я повторяю свой вопрос, Сильвия Бертран, это вы?!

– Да, это я, – медленно ответила француженка, стараясь всеми силами скрыть волнение в голосе.

– Сильвия Бертран, я из мэрии, – сообщила незнакомка, не дав той отдышаться. – Нам поступила анонимная жалоба. Человек, желающий оставаться инкогнито, сообщил нам о незаконном пребывании, по вашему месту жительства. Вы знаете, чем это чревато?

Догадки девушки подтвердились. Перед ней стоял служитель закона. Человек, решивший сохранить конфиденциальность, мог быть только один. И этот индивид был прекрасно ей известен.

– И какие будут последствия? – решительно спросила хозяйка съёмной квартиры.

– Последствия будут для вас самые фатальные, – грозно отчеканила незнакомка. – Ещё какие-нибудь вопросы имеются?

– Только один, – нерешительно пролепетала Сильвия. – Раз вы из мэрии, то у вас должно быть удостоверение, подтверждающее вашу личность. Ведь так? Можете мне его показать?

– Я отказываю вам в вашей просьбе, – утвердительно ответила девушка.

– По какой причине вы отклоняете требование, установленное государством? И по какой причине вы являетесь ко мне домой в столь поздний час, без должного удостоверения, когда многие уже ложатся спать?

На заданный вопрос последовало ироническое издевательство.

– Почему, почему… Бе-бе-бе… Да потому, что, Сильвия Бертран, вы арестованы!

Услышанное озадачило её. Она стояла возле двери как вкопанная, пригвождённая к деревянному полу. Не шевелясь. Не дыша. В приближающей панике она не расслышала последнее слово.

– Что, что, простите, вы сказали? – недоумевая, спросила квартирантка. – Я не расслышала. – Скрывать волнение в голосе становилось всё труднее.

– Я говорю, потому что бе-бе-бе, вы арестованы, бе-бе-бе, ну или бла-бла-бла, кому как нравится. Кто чем горазд. Что тут непонятного?

Корчась от смеха, схватившись за живот, неизвестная ввалилась в комнату. Закрыв за собой дверь от любопытных глаз, незнакомка, едва стоявшая на ногах, раздираемая диким приступом хохота, прижалась к девушке в попытке её обнять.

Сильвия тем временем попятилась назад. Произошедшее сильно озадачило её. Замешательство, в котором оказалась девушка, продолжалось бы и после, если бы незваная гостья, явившаяся в чужой дом без приглашения, не сняла низко натянутую на лицо шляпу. Удивление француженки был неописуемо.

– Ты что, не узнаёшь меня? – рассмеялась незнакомка.

– Жаклин, это ты? – взявшись руками за голову, спросила Сильвия. – Зачем, зачем ты устроила это глупое представление?

– Мне нужно было поддержать свою любимую подругу, – продолжала сетовать Жаклин. – Но я не знала как именно. Я заехала к тебе на работу, но тебя не было на месте. Потом я разговорилась с мисс Анной, и та в двух словах мне всё и рассказала о случившемся. Ну, а не заехать к тебе и не подбодрить я не могла. Вот по дороге и придумала этот небольшой спектакль. Правда, он получился забавным?

– Твои шутки чуть не доконали меня. Я едва не померла со страху от твоей эксцентричной выходки. Как тебе вообще могла прийти в голову такая глупая идея? Ты хоть подумала о последствиях, Жаклин?

– Ой, да ладно тебе, Сильви, не драматизируй. Тебе следовало бы отвлечься. Ну а чем ещё можно разогнать меланхолию, как не весёлой, остроумной шуткой? Позволишь мне войти или так и заставишь стоять в прихожей?

– Ах да, извини, – пролепетала девушка, указывая рукой в комнату. – Домашней обуви у меня не так уж и много.

– Ого, вязаные тапочки! – обрадовалась Жаклин. – Как мило.