Обретенная семья (СИ) - "Shkodina" - Страница 19

Маруся и сейчас не вызывает ничего кроме улыбки и какой-то теплоты в душе. Я бы хотел своих детей. Всегда хотел, но Бог не дал их нам с Лолой. Наверное, тогда было не лучшее время. Сейчас препятствий нет. Кроме равнодушия девушки.

Конечно же, я сразу поручил Глебу узнать всю подноготную. Где и с кем живет, встречается, где работает и прочее. Про отца ребёнка, разумеется. Глеб правда посмотрел на меня как на придурка, оно и правильно, ведь это уже не имеет значения, но мне зачем-то это было нужно.

Досье было собрано за четыре дня. И что уж говорить, оно меня порадовало. Свободна, никакого мужика нет и не было в ближайшем прошлом. Работа-дом, дом-работа, путь через детский сад. У меня камень упал с души.

Все четыре дня я не спешил и не давил на Лолу, даже съехал из своего номера, оставив его девочкам. Она не знала о моих планах по ее обольщению, поэтому порхала свободной бабочкой.

Я, если честно, и сам не торопился, так как не знал, на какой кобыле к ней подъехать. Мисс неприступность. Ладно хоть не на меня одного это распространялось, она отшивала всех. А желающих познакомиться на курорте было хоть отбавляй, даже ребёнок мало кого смущал.

Я планировал в ближайшие два дня быстренько разобраться с делами, а потом позвать девочек на индивидуальную экскурсию на Красную поляну. Там такие виды, сплошная романтика и европейская красота. Ей бы точно понравилось.

Но все пошло по… не по плану точнее. Случилось ЧП на другом объекте, то есть в другой моей гостинице, и мне срочно понадобилось уехать в Крым.

Я взял авто в прокат и решил ехать один, оставив Глеба приглядывать за девочками, но в последний момент опомнился и решил позвать их с собой.

Номер мне никто не открыл, уборщица сказала, что постояльцы ушли на море ещё рано утром. Пляжная линия у нас не очень длинная, я быстро их нашёл. В купальнике Лола смотрелась на столько соблазнительно, что я принял решение формирующее события.

— Маруся, а ты хочешь в путешествие?

Я уже понял, что зачастую дети решают все. А такие бойкие как Машка, могут стать реальными союзниками. Из плюсов — она меня не боится, открыта и хорошо идёт на контакт. Из минусов — я боюсь к ней привязаться, в случае если Лола не ответит мне взаимностью, это будет ещё одним ударом.

Может быть с виду я кружусь каменной статуей, но во мне неразделённых, нерастраченных чувств через край. Так с детства было. Мать меня, конечно, любила, но когда появился новый и муж и новый сын, я отошёл на второй план.

Плохо с людьми сходился всегда. Как истинному интроверту, мне всегда было комфортно с самим собой, да и развлечений сверстников я не разделял. Вот и получилось, что всегда один сам за себя.

Коммуникации с людьми всю жизнь давались с трудом, ещё в армии местный док назвал меня эмоциональным инвалидом. Он психиатр, наверное, ему лучше знать.

Хорошо, что судьба с Глебом свела. Он не просто другом стал. Он как будто мое отражение. Нам даже разговаривать не нужно, чтобы понимать друг друга. Темперамент один, тот тоже не любитель болтать. И обоим нам не повезло в любви. Что он, что я своих женщин просрали на ровном месте.

Ни до, ни после Лолы не было девушки в моей жизни, к которой бы тянулось не только тело, но и сердце. Я уверен, что и не встречу такую. Так что цепляться надо за своё счастье руками и ногами и на отпускать. Тем более за полярный круг. Выдумала тоже куда поселиться. Будто Россия маленькая.

— Да! Мамочка, мамочка! Мы ведь поедем? Поедем, да?

Лола хлопала глазами сидя прямо на песке и выглядела крайне мило. Без признаков косметики на лице она казалась совсем девочкой. Точно как и пять лет назад.

— Что? Куда? Что ты опять придумал?

Гневный взгляд в мою сторону не сбил мой настрой.

— До Крыма скатаемся. Туда-обратно. Буквально пару дней. У меня там тоже гостиница. Проведать нужно. Составите компанию? Мне не скучно, да и вам разнообразить отпуск.

— Нет, нам и здесь отлично.

— Ну мам⁈ Почему⁈ Давай поедем!

Машка была на моей стороне, и все больше мне нравилась.

Я всю жизнь винил в своей эмоциональной неполноценности и закрытости своего биологического отца. Он не дал мне ничего, я озлобился. Машка росла также без папы, но вполне дружелюбным, любознательным и открытым ребёнком. И я твёрдо наметился занять эту позицию в ее жизни. Стать папой.

Старался не думать о том, что подучился этот ребёнок все ж таки в результате близости любимой женщины и чужого мужика, но как уж есть. Я осознавал, что раз она ушла и почти сразу кинулась в объятия к другому, в этом была и моя вина. Что-то я делал не правильно. Только что?

Никогда не принуждал ее, ни к близости, ни к чему вообще. Оберегал, старался обеспечить безопасность, достаток. Что не так то было? Мой образ жизни, разница в годах? Эти две причины я выделял из всех. Первое я изменил, ну а возраст… он только прибавился.

Однако я ясно видел интерес в ее глазах. Особенно сейчас, когда стоял перед ней в одних пляжных шортах на низкой талии. Не интерес ко мне, как к личности или будущему или настоящему мужу, а просто как к мужчине. И этот факт сейчас давал мне зелёный свет.

— Лола, не упрямься. Съездим, развеемся. Приключения, новые эмоции. Неужели ты думаешь, что я буду к тебе приставать? Чего ты боишься?

Да, помимо интереса на лице ее было написано опасение. Неужто она думает, что я вместо Крыма сейчас увезу ее в Подмосковье и запру в нашем доме на ключ.

— Мы не виделись пять лет, Клим. Мы не старые приятели. Я тебя наверное и не знаю сейчас. Не могу знать твоих мыслей, и что тобой двигает. Поэтому считаю эту затею плохой.

Она говорила вроде очевидные вещи, но я был в корне с ней не согласен. Что значит, не знает меня? Я не изменился ни капли, даже чувства к ней не угасли ни на искру.

— Мы не приятели, ты правильно заметила. Мы — муж и жена. И я по прежнему к тебе отношусь как к самому ценному. Мое предложение не имеет никакого подвоха. Не хочешь — не надо.

В этот момент Машка заревела. Я перепугался, неужели это из-за моего тона? Но смотрела девочка с обидой сейчас на мать. Нижняя губа мелко дрожала, а из глаз слёзы лились беззвучно, но огромными прозрачными градинами.

— Маруся. Я потом тебе все объясню, не обижайся.

Лола хотела обнять дочь, но та отсела подальше. Так то она не права была сейчас, к мнению родителей надо прислушиваться.

И хоть все последующие действия сыграли мне на руку, я понял, что Маша из мамы верёвки прочные вьёт. И планировал даже почитать литературу на эту тему на досуге.

— Мы поедем с тобой.

С этими словами на ресепшн меня встретила Лола со спящей Машкой на руках и дорожным рюкзаком на спине в этот же вечер. Ещё на пляже я предупредил ее, что выезжаю в ночь, и, видимо, она меня здесь поджидала, пойдя на поводу у дочери.

— Дай мне ее, тяжёлая ведь.

На удивление Лола не стала сопротивляться, я легко перехватил ребёнка из ее рук.

— Извини. Я уже понял, что ехать ты не хотела и вынуждена была согласиться из-за дочки. Я не планировал так…

Я не мастак просить прощения, но видимо и такие скупые слова Лола оценила. Она смотрела на меня как минимум удивленно.

— Она мной манипулирует, я знаю. Но… она у меня одна. Я не могу долго сопротивляться, тем более я пересмотрела своё отношение к данной поездке. Это не так уж и плохо.

Села Лола с дочкой сзади, я за руль. Девочки вскоре уже вместе спали, а я ехал по автомагистрали, наверное первый раз в жизни не превышая ста десяти километров в час и чувствовал себя счастливым.

Лола.

Проснулись мы как раз в тот момент, когда автомобиль парковался на стоянке перед гостиницей. С виду она была похожа на ту, в которой мы остановились в Сочи, может быть их даже строили по одному проекту.

Клим выглядел усталым, оказалось что полночи мы простояли в пробке на Керченском мосту. Мы-то с Машкой беззаботно дрыхли в обнимку, а мужчина не спал всю ночь.