Не в этот раз. Книга III (СИ) - Владимов Максим - Страница 2

Анатолий с подозрением смерил меня взглядом, но возражений подобрать не сумел. Вздохнул, хмыкнул и проговорил неожиданное:

— Спасибо.

Идти просто так было скучно, и мы принялись болтать ни о чём. Сессия, общага, кефир-батон, электрички… поезд в Свердловск. Обратный билет Толик уже тоже взял, на следующий понедельник. Улучив момент, я поднял важную для себя тему:

— А ты с родственником-то своим связался?

— Ну… связался… — вздохнул Александров. И замолчал.

— И что? — поторопил я его. — Виделись хоть?

— Виделись, — кивнул парень. — Один раз. Приезжал он к нам за каким-то делом, потом пришёл в деканат, меня выдернули с семинара.

— И что? — Я так и буду из него всё клещами тянуть, что ли?

— Поговорили, — снова вздохнул собеседник. И опять замолк.

— С родственниками общаться надо, — произнёс я наставительно. — Тем более, их у тебя не сказать, чтоб много осталось. И у него, кстати!

— Ну да… Он так-то вроде не против — в гости приглашал. Потом звонил в общагу даже, Новый Год звал отмечать, на дачу.

— А ты?

— А что я? Сказал — с парнями тут договорились отпраздновать…

Своё «Зря!» я с трудом, но успел проглотить — ничего я сейчас не добьюсь, только хуже можно сделать. Время есть ещё, надо обмозговать этот момент, выработать тактику. Хоть и жаль — такой подкат рушится!

Хоть и казалось, что времени у нас навалом, жизнь, как водится, внесла свои коррективы. Первоначально, мы планировали проводить олимпиаду в будний день — у нас-то в школе это всё согласовано на высшем уровне, никаких проблем. Но потом Димка Ильичёв услышал на кружке про мероприятие и тоже захотел поучаствовать. Прям так, что аж кушать не может! А он-то ведь в другой школе учится, и ему там отгул предоставлять отказались. У Толиного приятеля нашёлся младший брат из десятки, тоже загорелся, плюс у нас в кружке с лета зависли ещё несколько «иноземных» бойцов отряда, и у всех ситуация оказалась аналогичной. Была мысль попытаться провести олимпиаду через РОНО, чтоб решить межшкольные административные вопросы, но после недолгих размышлений решили лихо не будить, а просто отработать единственный тур в субботу. Всё бы ничего, да на понедельник у Анатолия уже был куплен билет!

Пришлось посуетиться. К счастью, у меня имеется ресурс в виде Ленки Зайцевой. Сама она участвовать не захотела — да ей и смысла не было, если честно, она всё-таки просто отличница, не более. Но помочь с организацией и оформлением (те же грамоты написать) согласилась охотно. Ну раз Зайцева оказалась где-то рядом — как без Лыковой обойтись?

С некоторых пор между этими двумя царит… перемирие. Такое холодное, временами вооружённое до зубов, но перемирие. К примеру, в списке награждаемых за лагерь Лыковой почему-то не оказалось, и мне пришлось буквально в последний момент — в присутствии секретаря профкома и Зайцева-старшего — сурово хмурить брови и издавать многозначительные возгласы, и «ой-случайно-забытая» Ирка сразу же нашлась. В поездке они поначалу изводили меня своими шпильками и пикировками — а ехать пришлось больше суток, времени пособачиться навалом! Однако, ближе к месту назначения то ли им надоело, то ли чего-то меж собой они выяснили, но противостояние сошло на нет. И уже в Волгограде мы всей бандой веселились, как никогда раньше за всю школу! На такой туризм я согласен.

Самое смешное, что сам я олимпиаду не писал! Виной всему Толик Александров, который мне, не долго думая, заявил:

— Ты же со-организатор. Как можно писать олимпиаду, которую сам же организуешь? Да и уровень это не твой.

Этот тоже про уровень. Задолбали вы все! Откуда уровень возьмётся, если его не развивать и не поддерживать? Хотя, по правде говоря, районку в декабре я выиграл в одну калитку. Никто из кружковцев мне не конкурент, даже те, кто старше годами. И если я буду участвовать, остальным придётся разыгрывать места со второго по последнее, действительно, не очень-то спортивно… Тогда я утешил себя тем, что задачи-то у меня все остаются — запросто могу сам решать, долгими зимними вечерами. Хоть все варианты сразу! Сам решил, сам проверил, сам себя наградил, хоть десять раз подряд. Лепота!

Так и склеилось. Олимпиаду провели — влёт, организация получилась идеальной! Леночка даже продавила через папу лёгкий перекус какими-то завлекательными кексами с заводского комбината питания для участников, между собственно туром и оглашением результатов. Жалко, я всё пропустил, поскольку был занят на проверке работ. Зато отметился на грамотах в качестве члена жюри! Вот так вот. Вы думали, вы со мной соревнуетесь? Не, пацаны, я занят — грамоты вам подписываю (тут смайл).

На воскресенье я запланировал для Анатолия особое развлечение: хоккей. Закис там, в институте, небось! Я ж помню, что никто там в хоккей не играет — и негде, и желающих не толпа. Зато здесь, дома — пожалуйста! Правда, из-за выходного дня организоваться нашей математической командой было непросто, уж очень вечером конкуренция за лёд высока, так что, пришлось планировать сюрприз на десять утра.

Опять же, понятно, что многие встать не сумели, и мы где-то с полчаса уныло перебрасывались шайбой два на два. Нас даже порывались согнать с коробки какие-то совсем уж первоклашки, мотивируя это тем, что команда у нас неполная! Но мы держались стойко, а чуть погодя подоспело спасение в лице Дюши с Михой и ещё несколькими пацанами из заводских. У нас в итоге даже образовался сверхкомплект, и я с чистой совестью уступил место на льду страждущим, присев на пустой трибуне поболтать с Михой. Он пришёл на каток чисто за компанию, играть ему не позволяла сломанная ещё летом рука.

— Чего, так и болит? — участливо спросил я, мотнув подбородком в сторону Михиной левой.

— Что? А, не. Так-то нормально уже. Но играть нельзя, а то заболит сразу. Зато на физру не хожу. И на труды!

— Нашёл чему радоваться, — подколол его я. — Там-то тебе пятёрки обеспечены!

— А, зачем мне пятёрки… — сплюнул он в снег. — Отличником всё равно не стану. Закончить бы… Слушай, — оживился он, — а можно мне к вам? Опять, как тогда? А то Любочка грозится снова… Представляешь — пару вкатала за четверть!

— Удивительно! — усмехнулся я. — И чего это она? — Миха только вздохнул горестно, и я выключил сарказм: — Да приходи, конечно, придумаем что-нибудь.

— Вот я дурак, — пробубнил Потапов, — если б тогда на второй не остался — уже бы работал вместе с Дюшей…

— Ой, да ладно тебе, — толкнул я его в плечо, — тоже мне, удовольствие нашёл. Никуда твоя работа не денется, ещё каких-то полгода — и наработаешься по самую шею…

Тут к нам подъехал раскрасневшийся Анатолий и громогласно спросил:

— Гриш, спасибо тебе за такой аттракцион — сто лет не играл! Только… тут пожрать можно чего? Или только чай? А то кишки уже как-то песни поют!

Я глянул на часы — ого, второй час.

— Не, здесь ничего нет, только дома. Идём? Потом вернуться можно, если что.

— Погнали!

— Ну давай тогда иди, сдавай коньки, я тебя на выходе подожду.

Впрочем, ждать пришлось меня: пока я прощался со всеми «центровыми», многих из которых не видал уже по месяцу или два, Анатолий управился с прокатом, вышел на видное место и принялся демонстративно приплясывать, будто страшно замёрз. Пришлось мне сворачиваться в темпе вальса.

А по пути домой сообразил я задаться одним простым вопросом:

— Толь, а у тебя на сколько билет?

— На 9 утра с чем-то, а что?

Я остановился, посмотрел на него внимательно и раздельно проговорил:

— А то, что расписание-то зимнее. Когда первый автобус в Свердловск приходит, знаешь? К обеду ближе, если вдруг не.

— То есть, это сегодня ехать надо, получается?

— Ха, если бы! Зимнее расписание, говорю же! Не сегодня, а сейчас! В четыре последний автобус отходит!

И мы побежали.

Дома я оккупировал кухню, заставив все конфорки сразу — и сейчас что-то поесть надо, и в дорогу хоть яиц наварить! А Толик судорожно метался по квартире, собирая свои пожитки, которые как-то незаметно за эти несколько дней расползлись по разным углам. Попутно он причитал себе под нос на тему того, где он будет кантоваться всю ночь до поезда — по всему выходило, что светит ему исключительно лавка в зале ожидания.