Священный лес - Сиянов Дмитрий - Страница 9

Я перестроил свое жилище: на смену шалашу из лапника пришла хижина с односкатной дерновой крышей. Стенки в ней, правда, тоже было только две, но зато в самой высокой ее части можно ходить не пригибаясь! Недалеко ходить, правда, буквально два шага, но все же.

Основой и одной из стен моего убежища послужил огромный выворотень – могучее дерево, поваленное ветром. При падении корни его вместе с дерном и кусками глины вывернуло из почвы; те корни, что шли вглубь, оторвались, а те, что разрастались вширь, поднялись перпендикулярно поверхности. Получилась небольшая яма и рядом стенка из корней и глины чуть выше моего роста. На эту стенку я и уложил несколько стволов небольших деревьев (благо недостатка бурелома в лесу нет), поперек них – веток, закрепил всю эту конструкцию веревками, которые сделал из крапивы. Сверху настелил лапника, а потом еще уложил куски дерна. Получился односкатный навес с очень широким входом.

У этого входа я построил стенку, оставив только дверной проем в самом высоком месте. Стенка несложная: четыре попарно вбитых в землю кола и горизонтально уложенные между ними все те же стволы небольших деревьев. Стенку я сделал чуть наклонной, чтобы уложить на нее дерн для утепления. Дверь, правда, у меня здесь такая же, как была в шалаше, только размером побольше – сплетенный из веток и лапника щит, который просто приваливается к дверному проему. Но ничего лучшего я придумать не смог – у меня ведь из инструментов только нож да теперь еще веревка.

На строительство хижины ушло четыре дня – мне, как ни крути, приходилось еще заботиться о пропитании. Но строение мое мне очень нравилось – я был просто горд собой. Его даже можно улучшить: прорезать в кровле дымоход и сделать очаг из камней. Но пока это не требовалось, потому как постель моя тоже претерпела изменения.

Свой шалаш, помнится, я укреплял срезанной травой. А когда задумал переносить лагерь, обнаружил, что трава превратилась в сено. Тогда мне и пришла в голову мысль, что спать в сене всяко приятнее, чем на голых ветках. Теперь в самой низкой части хижины на подложке из лапника у меня небольшой стожок сена, в котором я и почиваю. Это гораздо теплее и удобнее. Правда, по утрам приходится вытряхивать сено из волос и одежды.

Еще одну стенку, такую же, как в хижине, я соорудил недалеко от костра, с той стороны, откуда чаще всего дул ветер. Ее я укрепил подпорками и дерном утеплять, конечно же, не стал. Рядом вбил кол – с ним было удобнее плести веревки. И вообще сидеть у костра, привалившись спиной к этой стенке, было удобно и уютно. Вот так я обживался и обустраивался.

И каков же был мой гнев, когда однажды, вернувшись с обхода своих ловушек, я обнаружил, что в моем лагере кто-то основательно похозяйничал! Котелок валяется на боку. Запаса корней лопуха нет. А моя хижина – моя гордость! – разрушена! Не то чтобы до основания, но в потолке над постелью зияет огромная дыра, наборная стенка перекошена и дерн с нее свалился, дверь хижины также валяется в стороне.

Кто?! Зачем? Да и какого хрена вообще?! Нет, главное – кто это сделал? Я же тут один в этом лесу, кому могло понадобиться мне пакостить? Я ведь столько труда в это вложил… Злости и негодованию моему не было предела. Однако, изучив как следует место происшествия, я чуть успокоился – картина начала проясняться, и мои эмоции слегка улеглись.

В хижине, рядом с дырой в крыше, там, где земля была плохо утоптана, я нашел следы раздвоенных копыт. Кабан! Такой след трудно с чем-то перепутать – ко мне приходил кабан. Судя по размеру следа, немаленький: в след полностью помешается моя кисть – и ладонь, и пальцы. Нормальный размер – животное крупное, но ничего необычного.

Такие же следы обнаружились в золе с краю кострища. Пара тушек рябчиков, завернутая для сохранности в листья крапивы, тоже была найдена захватчиком и съедена. Возможно, именно они или корни лопуха и привлекли непрошеного гостя.

Я представил себе картину так: кабан бродил по лесу где-то неподалеку от моего лагеря, учуял еду и поспешил туда; с тыльной стороны моя хижина с виду ничем не отличается от небольшого холма, и кабан не стал ее обходить – поперся напрямую и провалился через крышу, что с его весом неудивительно. Увидев свет в щели между щитом из лапника и стенками, кабан решил не вылезать обратно в дыру, а двинулся туда; в дверной проем не пролез, просто по ширине не вписался и разворотил стену; затем съел все, что ему понравилось, и убрался восвояси. Еще и кучу напоследок навалил – свинота свинская!

Пока чинил хижину, думал, как предотвратить подобное в будущем. Ну и злился на кабана, конечно, – то, что он неразумное животное и делал это не с целью мне насвинячить (вот ведь свинья!), а потому, что ему так велят инстинкты, утешало слабо. Сейчас один кабан ко мне залез, завтра их целое семейство припрется, а потом что? Промчится табун лосей и втопчет в землю все, над чем я трудился?!

Понятно, что необходимо обезопасить свой лагерь, но как это сделать? Перенести дислокацию в недоступное диким животным место, куда-нибудь на скалы? Вот только жилище там себе сделать будет проблематично, как и самому постоянно туда лазить, носить дрова и воду. Да и место подходящее еще попробуй найди. Нет, это не вариант.

Тогда укрепиться здесь? Построить частокол вокруг лагеря, не имея ни топора, ни лопаты… Я, конечно, смогу срубить дерево ножом, тут нет ничего сложного: берем нож, берем палку-колотушку, ставим лезвие под углом вниз к стволу, бьем по нему палкой, откалываем щепку, ставим лезвие ниже под углом вверх, бьем и т. д. Но сколько потребуется времени, чтобы свалить десяток деревьев таким способом, страшно подумать. А ведь их понадобится гораздо больше десятка. А потом еще траншею под установку бревен рыть палкой-копалкой… Нет, это тоже нереально.

А если взять деревца для частокола потоньше – чтобы их без особых усилий можно было срезать ножом? И траншею под их установку копать не придется – их можно просто вбить в землю… Ну да, а потом заяц о такой частокол почешется – он зашатается, а кабан просто свернет походя, как стенку моего жилища, и не заметит.

Если долго думать над какой-то проблемой – решение обязательно найдется. Правда, не факт, что решение именно этой проблемы. Частокол… колья… вбивать в землю… почешется… В общем, я решил огородить свой лагерь заточенными кольями, вбитыми в землю. Двумя рядами – один под сильным наклоном, другой поменьше. Так, чтобы зверь, пожелай он пробраться к моему жилищу, натыкался на острия и не мог подобраться к кольям снизу или перепрыгнуть через них.

Для себя я оставил проход, а чтобы незваный гость не смог воспользоваться тем же путем, соорудил что-то вроде рогатки – простейшего кавалерийского заграждения, только с тремя рядами кольев, дабы к нему невозможно было подобраться снизу. А чтобы особо ушлый зверь не сдвинул эту конструкцию, аккуратно по бокам веревкой привязывал ее к остальному заграждению.

Провалившийся в мою хижину кабан и вбитые в землю заостренные колья навели меня еще на мысли – я задумал сделать волчью яму. Дело трудоемкое, конечно, но охота на зверя обеспечит меня новыми ресурсами: это и мясо, и шкура, и жилы, возможно, клыки и крупные кости. У наших далеких предков, людей каменного века, все это шло в дело. Так чем я хуже?

Место для воплощения своих коварных планов я выбирал с особым тщанием, тут ведь работы предстоит не на один час и даже не на один день. И было бы очень обидно, если бы моя очередная ловушка после стольких вложенных усилий никого не поймала. А такое вполне могло случиться, звери ведь не ходят где попало. И грунт стоит выбирать правильный – с моими инструментами это очень важно.

И все же на создание волчьей ямы у меня ушло не два дня, как я рассчитывал, а почти четыре. Копать я начал недалеко от дубравы, чуть в стороне от заболоченной долинки. Конечно, здесь мне могут помешать кабаны – если явятся они, мне придется уходить, ведь на открытое противостояние с ними я пока пойти не могу. Но именно кабаны и являлись моей приоритетной целью – я не забыл вонючую кучу в своем лагере. Не забыл и не простил.