Антология ужасов "Ужасы, том 2" (ЛП) - Уэллс Билли - Страница 4

- Наверное, я действительно пришел по адресу, чтобы узнать, что случилось в 1697 году.

Хэнк с гордостью улыбнулся и пролистал страницы, пока не остановился на разделе примерно в двадцати страницах от конца.

Он заколебался, прочитал несколько абзацев шепотом, а затем начал читать вслух в театральной манере.

- Отряд горожан набросился на него и проломил ему череп дубинами. Они связали его крепкими веревками, и пока он был без сознания, отрубили ему руки и ноги. Не испытывая ни капли сожаления, они выжгли ему глаза кочергой из камина. Наконец, решив, что он теперь бессилен причинить им вред, они отвезли его на место, которое использовалось как виселица, а также для сожжения ведьм на костре.

- Они сделали Илая полным калекой без конечностей! Наверное, это немного замедлило его, - вставил Орвилл.

Хэнк сделал паузу, посмотрел на Орвилла поверх очков и слегка повысил голос:

- А вот та часть, которая, я считаю, будет вам наиболее интересна, - Хэнк продолжил читать отрывок из книги. - Они подняли его на виселицу и подвесили над костром, который приготовили по этому случаю. Была почти полночь, когда все жители города собрались на казнь. Священники начали молиться хором - в те времена это было, должно быть, своего рода ритуалом экзорцизма. После завершения религиозного обряда они подожгли дрова и продолжали молиться, пока ужасный колдун горел в пламени. Они попытались уничтожить топор, но после того как их попытки не увенчались успехом, они бросили его в огонь.

Капля пота начала стекать по лицу Орвилла, пока сильный дождь барабанил по библиотечным окнам снаружи.

Хэнк продолжил:

- Внезапно из огня раздался нечеловеческий вопль, и ночь наполнилась низким голосом, словно усиленным Дьяволом. Руки и ноги колдуна снова отросли из культей, а из черных пустых глазниц сверкнули два свирепых глаза, - Хэнк перевернул страницу и продолжил. - Слова демона ударили по ушам толпы с такой мучительной силой, что это чуть не сводило с ума.

- Занятная история, - пробормотал Орвилл.

Хэнк на минуту поднял взгляд и продолжил:

- Не знаю, насколько это точно, но вот что, по словам очевидца, Илай сказал толпе. Разумеется, это было записано на следующий день, и может быть не дословно.

- Не зацикливайтесь на мелочах, - с тревогой ответил Орвилл. - Читайте дальше.

Один из посетителей библиотеки посмотрел на них с отвращением и перешел в более уединенное место.

Голос Хэнка приобрел трагический оттенок, словно он начинал шекспировский монолог, а слова звучали как пророчество самого Дьявола:

- Внемлите, жалкие смертные, - воскликнул Хэнк. - Как вы посмели вмешаться в мою судьбу - править миром и служить моему вечному господину, царю всего зла? Из-за вас я подвел его, и этой ночью я должен заплатить высшую цену. Но в этот день, через триста лет после наступления полуночи, я вернусь, чтобы закончить начатое. Моя боль станет вашим проклятием, ибо когда я вернусь, все потомки тех, кто собрался здесь сегодня, падут от моего топора. И я вкушу каждый кусочек их плоти и каждую каплю их крови.

Хэнк вышел из образа и продолжил шепотом:

- Топор вырвался из пламени в его могучую правую руку, и он метнул его, словно молнию, из своих пальцев. Мерцающая сталь сверкнула в огненной буре и закружилась, как огромный бумеранг, в воздухе. Острое как бритва лезвие скользнуло со свистом по шеям трех священников, стоявших перед колдуном, и магически вернулось к его протянутой руке, когда его тело исчезло в бушующем пекле. Головы священников упали на землю, и кровь алыми струями хлынула из их шей, а толпа начала кричать в необузданном ужасе.

- Вау! Вот это история, - задумчиво произнес Орвилл и почесал бровь. - Джон Карпентер и Уэс Крэйвен, должно быть, спят на ходу, раз не перенесли этого колдуна на экран.

Хэнк посмотрел на него серьезно и, казалось, не заметил шутливого тона в замечании Орвилла. Старый учитель нахмурился, а голос его слегка дрожал, когда он сказал:

- Я хочу поделиться с тобой еще одной частью, прежде чем ты лопнешь со смеху.

- Эй, не будьте таким обидчивым, - пробормотал Орвилл извиняющимся тоном. - Просто вся эта история кажется мне чем-то вроде рассказов про оборотней и вампиров.

- Несмотря на невероятный характер события, на казни колдуна и смерти трех священников присутствовало более двухсот очевидцев. Исследуя материал для своей книги, я нашел более пятидесяти записей от тех, кто был на месте, сделанных теми, кого мы сегодня назвали бы репортерами того времени. Все записи практически идентичны. В отличие от распятия Христа, эти записи были сделаны в течение нескольких дней после самого события. Могилы трех священников находятся на Старом кладбище Уэйкфилда.

- Вы хотите сказать, что верите в то, что колдун был реален и действительно состоял в сговоре с Дьяволом? Я думал, вы скептически относитесь к историям про оборотней и вампиров и все такое.

- Я не верю в оборотней и вампиров, но никто никогда не утверждал, что они больше, чем фольклор. Никогда не было свидетельских показаний об убийстве, совершенном оборотнем или вампиром. В случае с Илаем Инохом более двухсот человек заявили, что видели, как он убил трех священников. Как ты это объяснишь?

Легкость Орвилла улетучилась, и он внезапно понял, что для Генри Гарднера это не сказка. Двое мужчин посмотрели друг на друга, словно только начиная партию в шахматы.

- Прежде чем ты вернешься к своим делам, я хочу показать тебе еще несколько разделов из... моей книги сказок.

- Эй, успокойтесь. Я не хотел вас обидеть. Мне нужна ваша помощь.

- Я хочу показать тебе карту, которую я поместил в свою книгу, - вырезку из газеты "Ипсвич Таймс", найденную мной в ходе исследований.

Хэнк передвинул книгу на середину стола и указал на участок карты:

- Здесь, вниз по левой стороне владения, течет Северная река. Справа, примерно в двухстах ярдах к востоку, находилось так называемое Ивовое озеро. Эти две точки как-то связаны с вашей собственностью?

Орвилл в изумлении уставился на карту местности вокруг места казни колдуна и сказал:

- Это слишком жутко, чтобы в это поверить. Это точно такие же границы, как сегодня. Когда была нарисована эта карта?

- Через несколько дней после казни, в 1697 году.

- Что ж, я пришел в библиотеку в поисках ответов, но никогда не думал, что это приведет к такому, - Орвилл посмотрел на темное, зловещее небо через большое витринное стекло перед собой.

- Позволь показать тебе еще кое-что, - Хэнк взял книгу и перелистнул несколько страниц к списку имен. - Вот причина, по которой я решил написать книгу. Посмотри на имена всех тех, кто присутствовал на казни в ту роковую октябрьскую ночь 1697 года.

Орвилл пробежался взглядом по странице и увидел много знакомых имен. И вдруг одна запись заставила его вздрогнуть: Шерман и Милдред Хинкл. Орвилл поднял глаза на Хэнка с открытым ртом и уставился на страницу в неверии. Его жена проследила свою родословную до того момента, когда ее семья приехала в Америку, и Шерман и Милдред Хинкл были первыми именами в ее генеалогическом древе.

- Что случилось, сынок? Выглядишь так, будто привидение увидел, - cтарик выглядел озадаченным.

- Думаю, я действительно его увидел. Эти двое - пра-пра-пра-дедушка и бабушка моей жены, Пэм.

- Tы уверен?

- Не могу быть уверен на сто процентов, но эти два имени совпадают с теми, что упоминаются в ее семейном древе.

- Господи Боже мой. Тогда это означает...

- Что если это не сказка, то моя жена и дети умрут ужасной смертью через четыре дня от рук колдуна.

- Я полагаю, раз ты на ней женат, тебя это тоже не минует.

- Мне нужно забрать Пэм и детей и уехать как можно дальше отсюда.

- Я думал, ты не веришь в колдунов, - вставил Хэнк.

Орвилл почесал в затылке и посмотрел на деревья за окном библиотеки. После долгого молчания он сказал:

- Не знаю, во что я верю, но береженого Бог бережет.