Путь одиночки. Книга 4 (СИ) - Понарошку Евгений - Страница 20

— Начнем с вандализма, — произнес я. — А там посмотрим.

Древний зал чужого мира наполнило движение. Не имевшие иных вариантов действий, командиры без долгих обсуждений приняли мой план. Да и репутация в очередной раз сослужила добрую службу. Фигура Когтя раньше была таинственной и пугающей, но с последней игры просто поднялась до легендарной.

— Уверен? — спросил подошедший с стороны Стафеев. — Всё же на тебе риск…

Невольно он посмотрел вверх, на сияющий надо мной знак. В глазах отражались отблески алого мерцания. Я и сам не удержался от того, чтобы посмотреть вверх.

Алый стяг беззвучно реял над моей головой, излучая кровавое свечение. С этой штукой я был заметен, как фонарь в ночи, становясь прекрасной целью.

— Уверен, — произнёс я и, не желая больше обсуждать это, перевёл тему: — Знаешь что, Стаф, лучше скажи, а куда всё-таки деньги-то идут, а?

Я с ненаигранным интересом посмотрел на Стафеева. Вопрос был не праздный. Трудно было представить, какие колоссальные средства стягивались к лидерам Мирной Земли.

Стафеев нахмурился, в свою очередь не желая говорить на новую тему, но и отвертеться от прямого вопроса «в лоб» тоже не мог.

— Тоже думаешь, что богатеи себе зелья вечной жизни закупают? — проворчал он. — И зря. Все вы, свободолюбивые, готовы хаять государство, а без него…

— Юношеским максимализмом я не страдаю, — произнёс я. — Иначе поддержал бы того дурака, Фатига.

При всём вреде и опасности, что мне несло государство, я молча признавал его необходимость для основной массы игроков. Именно это была основная причина, по которой я не стал вмешиваться и саботировать Мирную Землю в произошедшем конфликте.

Сам характер состязательных игр требовал от людей объединения. Государства в этом плане, разумеется, имели кучу недостатков, но других вариантов не было. Тем более что взваливать на свои плечи миссию объединить людей я не желал.

— Технологии будут закупаться. Они знаешь сколько стоят? Ого-го! — после паузы ответил на вопрос Стафеев. — Ну и чего греха таить, может быть и нам чего перепадёт…

Я тут же вспомнил, что в Торговом Секторе продавались и технологии. Наверняка там было то, что и не снилось человеческой науке.

— Что ж, надеюсь, господа политики в первую очередь будут думать об общем благе, а уж потом о себе, — с легким сарказмом произнес я.

Несмотря на ответ Стафеева, я всё же оставил заметку в памяти. Если когда-нибудь у меня будет возможность сунуть нос в дела заправил Мирной Земли, я непременно это сделаю. Тем более возможность конфликта с шайкой власть имущих в последнее время никуда не делась, а даже продолжала расти.

В это время наш разговор был прерван. Среди военных Евросоюза, снующих между статуй аржентийских владык, наметилось оживление. Тут же их лидер, внушительного вида мужчина с ником Стоун, показал мне знаком, что всё готово.

Оживление заметили и остальные. Тут же заскучавшие было командиры подтянулись к нам. Пришло время наконец начать Игру.

— Всё готово, — подошёл ко мне Стоун. — Единственное, я всё ещё не понимаю, каким образом наша провокация заставит врага выступить вперёд.

Я уловил в его словах скептицизм. Ещё бы. Что для него, что для других, уничтожение статуй выглядело бессмыслицей. Чатуранга, как индус, знающий о кастовой системе, понимал гораздо лучше. Но и от него, несмотря на невозмутимый вид, ощущалось нечто вроде беспокойства.

Оглядев собравшихся и отметив, что здесь уже почти все основные командиры, я понял, что время пришло.

— Не буду вдаваться в подробности, — ответил я. — Скажу лишь, что аржентийцы не имеют права бездействовать, это их закон. Так ясно?

— Как скажешь, — поднял руки Стоун в знак того, что не спорит. — Тем более, главный риск на себя берёшь ты, а значит, понимаешь, что делаешь.

— Коготь точно знает, что делает, не стоит беспокоиться о его части плана, несмотря на риск, — произнёс Чатуранга. — Нам в первую очередь стоит думать о том, чтобы справиться самим.

Более спорить никто не стал.

— И кстати о риске, — я кивнул Чатуранге в знак благодарности. — Мне понадобится некоторая помощь…

— Китай выделит отряд лучших воинов в сопровождение Когтя, — вмешался с высокопарным заявлением Ли. — Вместе с ними ты не познаешь поражения.

— Коготь если что и умеет лучше всего, так это работать в одиночку, — осадил я его. — А понадобятся мне расходники.

Стоило заявить об артефактах, как лица командиров тут же поскучнели. Расходники были редкими и оттого ценными вещами. Однако я был настойчив.

Атакующие и защитные, считавшиеся самыми ценными, никто не предложил. Этому я нисколько не удивился, да и искал совсем другие. После недолгих споров удалось выбить аж два:

Энергетическое проявление концентрации

На короткое время (30 секунд) мобилизует возможности интеллекта, усиливая способности оперировать ментальным и энергетическим атрибутом.

Энергетическое проявление свободы

Мгновенно избавляет пользователя от всех негативных эффектов, включая ограничения движения, дезориентацию и ограничение работы органов чувств. Повторное наложение снятых эффектов будет невозможно в ближайшее время.

Первый я забрал у американца. Второй — у Стафеева. На этом моё оснащение было закончено.

Как бы я ни спешил, подготовка заняла достаточно времени. И всё же, это укладывалось в мой внутренний хронометр.

Наконец все было подготовлено. Разделившиеся по своим задачам люди заняли свои позиции. Большая часть землян была сконцентрирована у двух больших входов — по левую и правую сторону от гигантского трона. Именно там широкие лестницы вели наверх, откуда должен был ударить Аржент… если, конечно, мой план сработает.

Жестом я дал понять Стоуну, что пора начинать. Тот немедленно дал приказ своим людям.

— Fire in the hall! (Внимание, взрыв!) — раздался предупредительный крик.

Рассредоточившиеся по залу люди послушно укрылись, чтобы случайные осколки их не задели. Тут же глухо бумкнуло. Основание нескольких статуй окуталось облаками пыли, а сами монументы дрогнули.

Медленно, будто сомневаясь, они начали заваливаться в сторону, пока с грохотом не упали на стену. Мысленно я похвалил специалистов: взрыв был сделан ювелирно — так, чтобы завалить лишний вход для прислуги, вдалеке от трона.

«Отлично», — произнёс я.

Тем временем процесс оголтелого вандализма продолжался. Убедившись, что всё сделано правильно, сапёры действовали уже уверенно. Один за другим начали раздаваться глухие взрывы. Во дворце засвистели осколки камня — благо все люди укрылись по команде.

Одна за другой статуи местных владык начали подкашиваться и падать. Станет ли это предвестником падения Аржента в этой Игре?

Ещё никогда в Зале Памяти не было столько посетителей. Сотни экипированных в военное снаряжение мужчин напряжённо ждали приказов командиров. Прошло уже достаточно времени с начала Игры, но кроме занятия обороны иных распоряжений не было.

Невольно взгляды падали на стоящего в центре принца. У военной касты Аржента пассивная тактика и без того не пользовалась популярностью. А уж если вспомнить прошлую Игру, где защита принесла обидное поражение…

Принц был бледнее обычного, по его лицу ходили желваки. То и дело он поднимал взгляд вверх, где в воздухе висел излучающий синий свет стяг. В это время совсем рядом шёл горячий спор двух советников молодого властителя.

— Нам только выждать, и это победа! — шипел один из них. — Счёт в нашу пользу!

— Вот именно, в нашу пользу, а мы, словно трусы, сидим здесь, — не соглашался другой. — А враг топчет грязными лапами священное место памяти наших Владык!

— Победа важнее, — снова подал голос первый советник.