Дракон без лица или вдова для дракона (СИ) - Байм Елена - Страница 31

— А как же штаны? — эта несносная вдова походу вовсе не торопилась от меня уходить. — Вы сами-то сможете снять? — спросила с откровенной ехидцей, чуть склонив голову набок.

А у меня в паху уже не просто свербило, а ныло от болезненного напряжения.

— Мне много что придется делать сейчас самому. Вали! — последнее слово я уже прорычал, стиснув зубы, не в силах себя сдерживать.

Но вдова продолжала надо мной издеваться:

— Спокойной ночи. — ласковым нежным голосом произнесла она и пошла.

Кому — кому, а мне это в ближайшее время совсем не грозило…

Я присел на кровать, дожидаясь, когда она, наконец-то уйдет. Чтобы подпереть чем-нибудь ее дверь и со спокойной душой уединиться в купальне.

Искоса за ней наблюдал. Все-таки красивая у нее задница… Как я раньше этого не заметил?

И тут она наклонилась, чтобы поднять с пола рубаху, которую сама же с меня сняла и отбросила. Она стояла ко мне спиной, и в этот момент ее ягодицы обтянуло так, что я забыл, как дышать. Завороженно смотрел в одну точку…

— Хрс-с-с-с, — раздался резкий звук. Натянутая до предела ткань с треском разорвалась, и моему взору предстали две обнаженные ягодицы.

На мгновение замер, впитывая открывшийся вид… А дальше я действовал словно в бреду. За долю секунды спрыгнул с кровати. Миг… и я стоял позади нее. Спустив штаны, вжимал ее горячие ягодицы в свою до предела набухшую и напряженную плоть.

Она попыталась разогнуться, но я не позволил. Левой рукой держал под живот, а правой давил на спину, мешая подняться.

— Это тоже входит в обязанность камердинера? — срывающимся голосом прошептала она.

А у меня мозг плавился от соприкосновения наших тел. Я даже ничего толком не смог ответить, кажется, нечленораздельно промычал что-то. Запах ее кожи, дрожь, пробегающая по ее спине, — все это сводило с ума…

Направил свою набухшую пульсирующую плоть в ее лоно. Она дернулась, пытаясь от меня отстраниться.

Я грязно выругался. Я был не в силах больше терпеть. Был готов отдать ей все, хоть весь замок, хоть все свои земли, лишь бы только она дала мне в нее войти и прекратить эту жестокую пытку…

Но она, как назло, стала отчаянно трепыхаться и изворачиваться, бить меня по руке. Однако, я не отпускал. Сама виновата! Не надо было надевать это непотребное платье, дразнить меня своей красотой.

— Я хоть вдова, но приличная девушка. И до свадьбы с мужчиной не буду спать! Хоть все деньги мне свои посулите…

А у меня реально пьяный мозг куда-то поплыл. Потому что в следующий момент я стянул с пальца родовой перстень, поймал ее запястье, вложил ей в ладонь.

— Выходи за меня замуж. — прохрипел я.

— Что?!

— Так ты согласна? — мне не терпелось.

Вдова молчала… А у меня внутри все уже рвало и пылало. В какой-то момент мне показалось, что я даже почувствовал своего зверя. Первобытный природный инстинкт охватил все нутро.

Просунул руку ниже… она была мокрая… Решив, что это лучший ответ на мое предложение, я наклонился, разорвал остатки платья на ее спине и стал целовать нежную кожу.

Она застонала. От этого звука я потерял последний контроль.

Вошел в нее... и сразу же достиг пика, содрогаясь всем телом…

Несколько мгновений мы стояли так, я все еще прижимал ее к себе, чувствуя, как постепенно утихает дрожь в мышцах, как возвращается способность дышать. Она не шевелилась, только всхлипывала от рыданий.

Я напрягся. Задумался. Да, она была очень узкая и тугая, неужели я ей там повредил?! Опустил глаза вниз и заметил кровь на своей плоти.

— Бездна! Что же я натворил…

Осторожно отпустил ее, обошел, она всхлипывала, продолжая стоять в полусогнутой позе. Я опустился перед ней на колени, ладонями бережно взял за лицо.

— Прости… Я не хотел причинить тебе боль. Прости, эммм...- пытался вспомнить ее имя, и осознал, что не помню.

— Люсьена… — словно поняв мои мысли, прошептала она. И сильнее заплакала. Я растерялся…

Кроме нее я никогда не утешал женщин. Никогда не интересовался, что им нравится в близости, а что нет. Даже желания не было, а с ней все не так. Хочется, чтобы она со мной забылась от страсти и нежности…

А по факту сейчас стоял перед ней, смотрел на ее слезы, и не знал с чего начинать. Не понимал, что в такой ситуации делать…

Поправил ей волосы, пальцами начал вытирать слезы.

— Люсьена, милая, ты, давай, не волнуйся. Я сейчас вызову лекаря. А пока давай я тебя аккуратно возьму и отнесу на кровать.

Она кивнула. Всхлипывать стала меньше.

Я подхватил ее хрупкое тело. Нежно, бережно уложил на постель.

— Потерпи чуть-чуть… Лекарь быстро придет. — побежал к столу и начал судорожно искать артефакт связи.

— Дурак… — еле слышно донеслось мне в спину с постели.

— Что? — я обернулся и удивленно на нее посмотрел.

Заметив мой взволнованный обескураженный вид, Люсьена вдруг улыбнулась. А я теперь вообще ничего не понимал.

Она закатила глаза и тяжко вздохнула.

— Мне лекарь не нужен.

— Ты просто не понимаешь, я тебе… — я замолчал, подбирая слова. Не хотелось ее пугать.

Неожиданно она приподнялась на локтях и поманила меня к себе пальцем.

В нерешительности я приподнял одну бровь.

— Подойди… — прошептала она тихо, с лукавой улыбкой.

Я подошел. Сел рядом с ней на кровать, чувствуя, как матрас прогибается под моим весом.

Люсьена рукой потянула меня к себе, и я навис над ней, не сводя с нее глаз.

— Так-то лучше…

Мне показалось, или она сейчас флиртует со мной? Бедная, не понимает, как все серьезно…

А Люсьена тем временем бесстыже лизнула мне шею, едва ощутимо, но этого хватило, чтобы по спине пробежала жар… и прошептала:

— Ты удовлетворение получил, я тоже … хочу.

Я покосился на нее с подозрением. Что происходит?!

Вдова хлопнула себя ладонью по лбу. Вздохнула и посмотрела на меня с таким выражением, будто объясняла очевидное несмышленому, неискушенному юноше:

— Какой-же ты тугодум, Хитэм Морвейн. Я была девственницей!

От этих слов я от нее отскочил, словно ошпаренный. Какая в бездну девственница?! Она же вдова! Как такое возможно?! В голове не укладывалось.

Я с юности не любил девственниц. Слишком много у них иллюзий. Думают, если стал первым, так обязан теперь звать под венец. А я всегда избегал этих ловушек, сразу четко давал понять — никаких обязательств и клятв.

И тут до меня дошло. Я же сделал вдове предложение!!!

Но не успел додумать мысль, как почувствовал женские руки на своей плоти. Теплые, осторожные, но уверенные пальцы скользнули по коже, и…

— Оуух. — выдохнул я, чувствуя, как мой дракон снова встал. Неужели из-за воздержания он стал настолько сентиментальным?! И вдруг я понял, что снова хочу в нее, причем не просто хочу, а … жажду. Жажду так, как никогда раньше не жаждал.

Отстранил ее руки, завел ей их за голову. Принялся жадно ее целовать, сначала в губы, потом вдоль линии челюсти, к мочке уха, покусывая нежную кожу.

Одновременно ласкал ее пышную грудь… поначалу едва касаясь кончиками пальцев, затем увереннее, обводя круговыми движениями.

Она вздрогнула, выдохнула прерывисто, а когда расслабилась и выгнулась мне навстречу, я снова вошел. Но на этот раз медленно, осторожно, постепенно растягивая, давая привыкнуть ко мне. Не сводил взгляда с ее лица.

Мои движения были плавными и размеренными. Я наклонился ниже, почти коснувшись лбом ее лба:

— Скажи, если будет больно, — произнес я, и сам удивился тому, насколько искренне прозвучало.

— Не будет, — выдохнула она. — Я хочу больше, прошу, ускорь темп.

С удивлением я посмотрел ей в глаза, в них не было ни тени страха, только желание, сильное, искреннее и вожделение…

— Ты уверена? — хрипло переспросил я, сжимая пальцами ее бедра.

— Да…

Я глубоко вдохнул, пытаясь унять бешеный ритм сердца, и мои плавные, осторожные движения сменились более резкими, ритмичными толчками. Ее тело отзывалось на каждый, выгибалось навстречу, дрожало в моих руках. Она дышала в такт нарастающему напряжению.