Врачебная тайна (СИ) - Сёмина Дия - Страница 12

— Я польщён. Но уместно ли?

— Уместно, уместно. Не скромничайте, мне кажется, что вам симпатична Елена, а мой муж возомнил себя строгим наставником и никого к ней не подпускает. Но ей пора вить своё гнездо, и стать счастливой. Если будете настойчивым, то непременно завоюете её сердце. А пока, с вашего позволения, я зайду в книжную лавку за книгой, а вы купите букет. Встречаемся в кондитерской, если вам будет угодно, сопроводить меня, милостивый сударь.

Он вспыхнул довольной улыбкой:

— Конечно, конечно, я премного рад вашей благосклонности. Надо же, как удачно я вас встретил!

— Вот и хорошо, поспешите, розы лучше красные и не более пяти.

— Благодарю вас за совет. Сейчас куплю. Надо же…

Кажется, он не поверил своему счастью, что приобрёл в моём лице советчика, компаньона и сторонницу его романтического увлечения. Забыв обо всём, окрылённый мечтами о неприступной пассии, помчался за цветами, а я вошла в лавку и попросила книгу по психологии. Продавец прокомментировал мой выбор типично, с нотками пренебрежительного сарказма:

— Только девицы и покупают эту книгу, а потом возвращают, и вы вернёте, лучше купить новенький роман о любви молодой монашки к раненому офицеру, поверьте, там вы найдёте всё, что ваша душа желает…

— Благодарю вас за совет, но я делаю выбор осознанно.

— Это научный труд, скучный и малопонятный. Таинственных рецептов, как заполучить мужа и положение в обществе в этих страницах нет.

— Вы очень проницательны, но мне и нужен именно этот учебник, я немного осведомлена о науке о душе. Посему не намерена променять монографию на пошленький романчик, тем более о монашке, это крайняя степень пошлости, уж простите, — меня действительно разозлило всё, и про монашку, и про намёк на женскую глупость и одноклеточность, словно общество само не сделало нас такими для собственного удобства, пролистываю книгу и понимаю, что этот трактат как раз то, что мне нужно. Есть с чем поспорить, и о чём подумать, чтобы не отупеть от рюшек, шляпок и прочих женских штучек.

Протягиваю продавцу деньги и прячу книгу в картонку из-под шляпки, где притаились все мои монашеские вещи.

Теперь пора купить пирожные.

Не успеваю проститься с продавцом, как в сознании зазвучал голос Григория, пришлось ускориться и сбежать, чтобы во время переговоров с невидимкой меня не приняли за душевнобольную.

«Его зовут Илья Ильич Трынов, довольно скучный, небогатый, и влюблён в Елену, как пёс в период гона. Она его ради забавы как-то подразнила откровенностью, и тем лишила покоя, но, скорее всего, она практикуют какую-то магическую технику, и на несчастном Илье поставила один из своих глупых экспериментов, так что дело оказалось не таким простым, как казалось. Не только аферы, но и магическое подчинение, она начинающая ведьма».

— Ты времени зря не терял. Надо же, но у меня было подобное предположение, однако не могу припомнить за ней какую-то реальную силу. Привороты не так сильны, как кажется, и действуют на обе стороны. Посмотрим, главное ты не переметнись на её сторону, — ворчу себе под нос и неспешно иду в сторону кондитерской. Восторженный Илья Ильич уже там и, судя по всему, успел купить целую коробку десертов.

Дело принимает новый оборот, на кону не только моё спасение, но и тех, кого Елена «поработила». Неприятная мысль царапнула мой разум: что, если, Андрей тоже её жертва, да это даже к бабке ходить не надо, так и есть. В любом случае я останусь его женой, учитывая бэкграунд наших отношений, прощения ему всё равно нет и не будет.

Он соучастник авантюр Елены, и никакого снисхождения не заслуживает.

— Я взял на себя смелость, и сам выбрал десерты, ох, руки заняты, но мне будет приятно и спокойнее, если вы возьмёте меня под руку, и я проведу вас до крыльца.

— Конечно, — беру его под руку, и мы чинно идём по проспекту в сторону моего дома.

Не-е-е-е-т! Не дома, это всё что угодно, но не дом. Арена гладиаторских боёв, гадючник, серпентарий, магическая мастерская начинающей ведьмы, логово брачных аферистов и продолжать можно долго. С каждым шагом в моём новом теле усиливается то самое неприятное состояние, какое в нашем мире принято называть панической атакой.

В ушах появился неприятный звон, пред глазами звёздочки, сердце мечется по телу, не зная, куда спрятаться и забыться. И только разум чувствует ту самую поддержку Григория, от которой веет вечным ледяным покоем. Уж не знаю, какую он практику ко мне применил, но моя горячность начала остывать, затихать, и в тот момент, когда Илья Ильич несколько раз ударил кованным кольцом по металлической пластине на двери, я окончательно пришла в себя.

К бою готова…

— О мой бог! Госпожа! Анастасия Сергеевна! О боже! Как же это входите скорее, как же мы о вас переживали! — завопила горничная на весь дом, одна из тех, кого нанимала Елена. Радуется она, как же! Это боевой клич, оповещающий о моём возвращении…

Глава 11

Тренинг лояльности

Когда «заботливый» муж увозил меня из этого дома в монастырь, сознание было затуманено головной болью, но, как ни странно, устройство особняка помню. Мои всего три комнаты расположены на втором этаже. Комнаты Елены почему-то рядом, но в другой стороне от парадной лестницы, а ведь рядом должны быть личные покои и кабинет мужа. Но Андрей занимает третий этаж полностью. Слуги размещены в правом крыле первого этажа, там же и кухня, а по левую — гостиная, музыкальная и приёмная для праздников. Со стороны кухни есть ещё одна чёрная лестница для прислуги и на случай пожарной опасности. Типичный, столичный столетний особняк конца восемнадцатого века.

Прислуга отреагировала мгновенно, услышав вопли служанки, побросали дела и вышли поглазеть на явление госпожи из преисподней. Так и стоят в широком дверном проёме, рассматривая нас и не шевелясь.

Только Прошка — молодой слуга сообразил, что надо бы предупредить господ, о невероятной новости.

Это всё очень плохой знак.

На меня смотрят как на нечто такое, чему уже давно здесь не место. Даже поздоровались как следует только двое. Остальные либо ещё не оправились от шока, либо предвкушают новые стычки и проблемы между хозяевами. Потому как увозили меня ослабленную, замученную и под действием успокоительных капель, привкус и запах которых я теперь на дух не переношу.

И самое удивительное для всех, что вернулась я вполне себе прилично выглядящая, да не одна, а с кавалером, цветами и в дорогом, модном наряде, каком и придирчивая Елена Осиповна Пенкина позавидует.

Но в этом доме хозяйка Я!

Ни на секунду не смутившись, отдаю приказ:

— Накройте сейчас же стол к чаю, позовите моего мужа и Елену Осиповну, вот эти пирожные подать.

— Но Елена Осиповна себя плохо чувствует. Ей нездоровится, она вряд ли…

Та самая служанка, какая тоже недавно подверглась нападению птиц, попыталась вступиться за свою госпожу и проговорила таким тоном, каким не смеет говорить с госпожой-хозяйкой. Уж она вообще всё знает, все планы и тайны Елены, потому и больше всех удивлена, да и гонор свой не убавила. Тем подписала себе скорейшее увольнение.

Прямо сейчас я провожу тренинг персонала на лояльность руководству.

И его все провалили!

Чудесно, в ближайшие дни мне придётся полностью сменить слуг. Не думаю, что муж и Елена просто так позволят провести ротацию, но я собираюсь быть настойчивой, прямо как сейчас.

— В таком случае вы можете ей передать приятную новость, что я лишу её комнат в этом доме и она знает за что. Исполняйте немедленно.

Ничего не понимающий Илья Ильич подал коробку с пирожными служанке, отвечающей за гостиную и столовую. И посмотрел на меня, ожидая дальнейших распоряжений или сюрпризов. А они не заставили себя ждать.

Чуть не бегом по ступеням спустился Андрей, и вид у несчастного, убитого горем мужа сейчас полностью соответствует ситуации. Правда, повод совершенно другой, не тот, на какой он рассчитывал. Так и стоит на ступенях второго пролёта, наклонившись и удивлённо рассматривая меня сверху.