Сестра грифонам - Уильямс Джен - Страница 4

– Тебе не кажется странным, что нас вообще отпустили? – спросил Форо.

– В каком смысле?

– Мы же могучее оружие империи. – Форо кисло улыбнулся. – Мы поднесли им неосвященные земли на блюдечке с голубой каемочкой, а нам позволили просто уйти и поселиться там, где мы хотим? Больше никаких сражений за императрицу – только уютная пенсия.

– Мы отслужили свое, Форо. – Левен посмотрела на линии руды на своем предплечье. – Таково было условие. Они просто сдержали свое слово, вот и все. И они всегда могут наделать еще таких, как мы.

– Значит, империя добровольно рассталась со своим самым острым оружием, чтобы просто сдержать слово? Несмотря на то, что руда титанов, которая дает нам силу, такая редкая и ценная? По-твоему, это похоже на империю?

Левен вздохнула:

– Империя – это мы, Форо. Немногие избранные, несущие свет звезд в неосвященные земли.

Форо фыркнул:

– Звездные задницы, ты говоришь как Босс.

Левен нахмурилась. К своему ужасу, она поняла, что злится на Форо. Зачем все подвергать сомнению? Разве недостаточно просто брать то, что тебе дают, и быть благодарным за это? Задавать сложные вопросы – только создавать проблемы. Она подняла руки, признавая свое поражение.

– Форо, я не знаю, понимаешь? Я всего лишь солдат. И просто иду туда, куда мне говорят, и делаю, что мне велят, – точнее, раньше шла и делала. Теперь нам больше не надо думать об империи и об ее славе, если мы этого не хотим.

– Подруга. – Форо наклонился и на мгновение сжал ее плечо. – Хочешь – верь, не хочешь – не верь, но я позвал тебя сюда не затем, чтобы жаловаться. Я хотел предупредить тебя, чтобы ты была осторожна…

Тут между окном и их столом возник кто-то такой огромный, что загородил им весь свет. Левен вскинула глаза, раздраженная тем, что их прервали, и увидела здоровенного мужчину, который, широко улыбаясь, глядел на них сверху вниз. Он был похож на воина с юга: голая грудь, предплечья все в шрамах, длинные желтые волосы заплетены в косички. Увидев, что его заметили, он осклабился еще больше, обнажив зубы, подпиленные в форме клыков. Только тут Левен заметила рядом с незнакомцем кучку людей обычного роста – лица их выдавали разную степень волнения.

– Маленькая женщина, – заговорил незнакомец. Судя по акценту, он оказался даже из еще более южных мест, чем предположила Левен. – Мои друзья, они говорить мне, что ты сильная. Что ты победить меня в борьбе на руках. Я многое видать, маленькая женщина, но такое странное никогда. Поэтому я хотеть это видать.

– Она же герольд, имей уважение! – раздался вдруг женский голос.

Левен не видела ту, кому он принадлежит, но поняла: женщина волнуется, тем более что за этим выкриком последовало неразборчивое сердитое бормотание.

– Все в порядке! – Левен подняла руку.

Форо склонился над своим напитком.

– Ты что, хочешь драться со мной, друг? – спросила она.

Воин, похоже, пришел в восторг от такого ответа. Он отбросил косы за плечи, выпятил мускулистую грудь и величественно указал на Левен:

– Но ты маленькая женщина. Мне говорят, что глупые татуировки делать тебя очень сильной. Это не может быть.

Левен не обиделась. Южанин был по меньшей мере на голову выше ее; она – маленькая, стройная, точнее даже худощавая. Шрамы у нее, конечно, тоже есть, хотя и не так много, как у этого громилы, но у кого из солдат империи их нет? И даже что-то похожее на мускулатуру у нее найдется, особенно на руках, но, честно говоря, в армии империи встречаются повара с бицепсами покруче, чем у нее. В общем, с какой стороны ни глянь, ничего особенного Левен собой не представляла. И все же она встала, отодвинув свой стул.

– Друг, я могу победить тебя не только в поединке на руках. Я могу поднять тебя и вышвырнуть из этого окна прямо на улицу.

Но Левен не стала громить заведение, а только подняла мужчину двумя руками – тот вытаращил глаза от удивления – и, держа здоровяка над головой, сделала пару кругов по «Губе». Толпа радостно завопила и захлопала, а когда все стихло и Левен посадила воина на табурет, благодарные граждане империи потянулись к бару, чтобы купить ей еще выпивки. Скоро на барной стойке выстроилась целая шеренга кружек, стаканов и стаканчиков с вином, пивом и даже каким-то зеленым напитком, судя по запаху довольно крепким, которого Левен никогда прежде не видела. Она постояла, ошеломленно разглядывая дары, а воин-южанин заказал тем временем еще. Выпив, он повернулся к ней, и его рожа стала еще краснее, чем раньше.

– Ты показала мне то, что не может быть, маленькая женщина. Для меня большая честь, если ты показать мне больше.

– Может, хватит уже впечатлений для одного дня, а, большой мужчина? А то как бы тебе плохо не стало.

Левен глянула на стол, за которым она оставила Форо. Его место пустовало. Она взяла со стойки один стаканчик и опрокинула в себя.

– Допей остальные за мое здоровье, ладно? Мне надо кое с кем встретиться.

– Спасибо, что сразу согласились встретиться со мной, сэр.

– Все что угодно для наших храбрых герольдов. Вы принесли нам такую победу, Освящающая Илевен, – благодаря вам неосвященные земли теперь наши. По крайней мере, самые важные из них, и я уверена, что, когда империя изменит жизни тысяч людей за морем, даже варвары Бретлении в конце концов проникнутся к нам теплотой.

Император Юстиния была пожилой загорелой женщиной с темными глазами, подведенными черным, и так густо намасленными волосами, что они лежали локонами цвета старого, потускневшего золота. Улыбку, которой она одарила Левен, вполне можно было считать теплой, но свитки пергамента на ее столе и посланник, который маячил за ее спиной, невольно наводили на мысль, что герольд выбрала не самое подходящее время для визита к своим прежним работодателям. Посланник был высоким красивым мужчиной с золотисто-смуглой кожей. Аккуратная бородка обрамляла строгую складку его рта. Он был весь в темном, свободная одежда полностью скрывала его фигуру, на шее красовался черный шарф, сколотый массивной серебряной булавкой в форме кометы с изумрудом – единственное указание на его должность. Посланник – его лицо с первого взгляда показалось Левен знакомым, хотя она не могла вспомнить, где видела его раньше, – все время ее разговора с императором держал руки за спиной и не сводил глаз с Левен.

– Я насчет Форо. – Увидев недоуменное лицо императора, она пояснила: – Освящающий Форти, сэр. Он неважно себя чувствует. Мне кажется, ему нужна помощь.

– Ах вот оно что. – Император Юстиния взглянула на лежащие перед ней записи так, словно надеялась найти там объяснение. – Так он… э-э… неважно себя чувствует?

– Да, сэр. Видите ли, теперь, когда мы официально уволены, у нас нет доступа к армейским целителям…

– Вам разве не выплатили премию за победу? – перебила ее Юстиния. Она взяла со стола лист пергамента и кивнула на него с легкой улыбкой. – Нет, выплатили, вот документ. И это были немалые деньги, должна сказать.

– Да, нам заплатили, сэр, но меня беспокоит, что…

– Разве в Стратуме не осталось целителей? – Юстиния полуобернулась к посланнику, и тот кивнул. – Их множество, и все они, я полагаю, не самые плохие. Где находятся лучшие целители Стратума, посланник Каэто?

– На улице Костоправов, – мгновенно ответил тот ровным и тихим голосом. – Конечно, существуют целители и более талантливые, но если нужен опытный практик, то я советовал бы обращаться именно туда, герольд.

– Ну вот, – радостно заключила Юстиния. – Я рада, что мы смогли помочь тебе, Освящающая Илевен.

– Простите меня, император, но, кажется, вы не совсем поняли…

Левен кашлянула и, собираясь с духом, оглядела комнату. Та походила на маленькую позолоченную шкатулку со стенками из лакированного дерева. По узкому каналу в полу постоянно струилась ароматизированная вода, обтекающая все здания императорского дворца. Да, если все время жить здесь, то любые заботы солдат, которые засыпают от усталости, не вычистив даже засохшую кровь из-под ногтей, рано или поздно покажутся далекими и несущественными.