Ведомости Бульквариуса 4 (СИ) - Михайлов Дем - Страница 17

— Пятнадцати золотым монетам, если без сбруи и моего наездника. Если с ними, то цена возрастает до семнадцати золотых монет в день. Но мордовать моих животных не даю. Ночью они должны спать, питаться должны от пуза, а это питание тебе встанет еще в три золотых монеты самое малое, торговце Бульквариус… итого мы имеем…

— Двадцать золотых монет в день самое малое — кивнул я — Это за одно. За трех ящеров — шестьдесят золотых монет в день. И да, я бы хотел взять в аренду вместе со всей сбруей и опытными наездниками.

— Разумное решение… но задаток вперед и за три дня сразу.

То есть он просил сто восемьдесят золотых монет сразу. Обалдеть… нет не то чтобы сумма безумная, но меня сжигало желание договориться малой кровью, так сказать. Мне нужен опыт деловых переговоров и получить его можно только в подобных условиях.

Улыбнувшись, я терпеливо дождался, пока он не наполнит заново свой бокал и снова не посетует что вот уж вечер, а он все забывает глотку освежить, после чего придвинулся еще ближе, доставил из кармана еще два рекомендательных письма, где говорилось, что я все полученные поручения выполнил в срок, справился великолепно и вообще молодец и пододвинул их к владельцу питомника.

— Прочтите, пожалуйста. Да, я располагаю суммой в сто восемьдесят золотых монет, но все мои деньги сейчас вложен в сделки — я тяжело вздохнул — Не поверите, порой не на что чистую рубашку прикупить. Вроде и при деньгах, а вроде и нет…

Тут я чуть лукавил — одет я был с иголочки. Черные свободные штаны, прекрасно сидящая рубашка, а сверху темно-красная простая жилетка с несколькими внутренними карманами. И жилетка была зачарована от воров карманников. Обошлась мне в три золотые монеты. На ногах у меня имелись легкие кожаные сандалии, оставляющие переднюю часть стопу свободной. Такая уж тут деловая мода, показывающая, что я человек стремительный, готовый не только в каретах кататься, но и плыть самостоятельно, если дело того потребует. Есть свои тонкости, в общем… они же заключались и в карманных часах на серебряной цепочке.

— Знакомые мне ахилоты тебя рекомендуют — дочитав последнее письмо, он аккуратно сложил его и пододвинул ко мне всю стопку — Так… значит, три взрослых ящера с ежедневной оплатой…

— И ежевечерней — я улыбнулся еще шире — Готов подписаться любые бумаги. Понимаю, что в наши времена верить на слово незнакомцу довольно опрометчиво…

— Хм-м-м-м… ну пусть так… а уверен ли ты, торговец Бульквариус, что твоя аренда окупится, а не обернется сплошными убытками? Двадцать золотых монет в день… если с ящером приключится хоть что-то нехорошее — полная ответственность на тебе. Лечение, ремонт сбруи, кормежка, не приведи светлые боги смерть… тогда тебе придется восстановить мне полную стоимость павшего ящера…

— Понимаю…

— Знаешь ли ты сколько стоит взрослый и хорошо обученный тягловый плезиозавр, торговец Бульквариус?

— От тысячи золотых — ответил я — Да, узнал цены заранее.

— От тысячи двухсот — поправил меня владелец питомника и налил себе еще бурбона — Ты же хочешь арендовать сразу троих. Представь, что они разом погибнут… вот раз — и померли. Неважно по какой причине. На тебе повиснет долг в почти четыре тысячи полновесных золотых монет…

Я аж поежился и плечами передернул. Всерьез заколебался… а потом вспомнил свой план и снова заулыбался:

— От судьбы не уйдешь. Я готов пойти на риски и подписать все бумаги. Опять же, у меня и мысли нет о глупых авантюрах. Я думаю лишь о деле и дела эти поблизости от Приглубья, а стало быть далеко от всех серьезных опасностях.

— Но и большого заработка здесь нет… мои ящеры каждое утро уходят на торговые дороги, но редко возвращаются с неплохим заработком… перевозчики скупы, торговцы еще скупее…

— Медяк серебруху бережет — хмыкнул я — Ну… я полагаюсь на свое деловое чуть и расторопность, господин Рапт-Ангур. И прошу поверить мне всего один раз. Уверен, что уже к вечеру этого дня докажу свои словам делом…

Некоторое время он внимательно изучал мое лицо, постукивая пальцами по столу и наконец кивнул:

— Два ящера. Не три. И за мою доброту благодари рекомендательные письма от моих друзей. Не знаю чем ты покорил их черствые сердца… но раз уж они немного поверили в тебя, то и я так уж и быть хотя бы раз отступлю от своих правил… но смотри, чужеземец — я ахилот справедливый, но жесткий и порой даже суровый. Утром ящеров взял — вечером вернул в стойла. И никак иначе…

— Иначе и не будет — встав я поклонился — Благодарю за доверие, господин Рапт-Ангур! Я не подведу! И свои дела я веду честно. Репутацию блюду, имя во всякой мути нехорошей пачкать не собираюсь. А вечером или завтра утром прошу уделить мне еще немного времени — вдруг и третьего плезиозавра уступите в аренду с ежедневной оплатой…

— Хваткий ты парень я погляжу…

— Пока не очень — признался я с улыбкой — Но я стараюсь… стараюсь… так что скажете, господин Рапт-Ангур?

— Вот тебе моя рука для начала, торговец Бульквариус. Я ведь тоже уже кое-что слышал о твоей беготне по рынке и услугах. Вчера в таверне Усталая Монета частенько звучало твое имя…

— Рад этому!

— А третий ящер… время покажет…

Мы ударили по рукам.

Еще одна сделка заключена.

Я с трудом сдерживался, чтобы не орать в голос от переполняющего меня счастья. Получилось! Получилось!

Два здоровенных плезиозавра протяжно пропели и разошлись в стороны на рыночном перекрестке. Один двинулся на юго-восток от Приглубья, другой на юго-запад. От города отходило несколько достаточно оживленных трактов. Среди этих дорог, опираясь на собранный богатый фактический материал — никаких выдумывания и никаких полаганий на мифическую «чуйку» — отобрал самые мной изученные и перспективные. По ним и пошли ящеры.

И я не просто отправил их по дороге.

О нет.

Еще вчера, до боли напрягая усталую ленивую голову троечника, я прилежно рассчитал расстояния, приложил к ним среднюю скорость этих медлительных созданий и выяснил «точки возврата», дальше которых от Приглубья уходить нельзя. Каждый из возчиков получил кольцевой маршрут и в дальней его точке ящеры встретятся, чтобы снова разойтись, а к вечеру воссоединиться уже в стойлах родного питомника. Движение только вперед по заданному маршруту. Никаких отклонений, никаких возвратов, никаких долгих ожиданий — иначе я не уложусь в срок и тогда не миновать проблем с владельцем питомника. А еще там же, в самой дальней точке, которую пройдет каждая из моих «фур», я должен буду сытно накормить ящеров. И не травой, а свежей рыбой и живыми моллюсками.

Ящеры исчезли в наддорожной толчее, неподвижно сидящие на их спинах возчики отличались невозмутимой флегматичностью, но это и понятно — у них оплата поденная и волноваться не о чем. А вот мне стоило пошустрить, если не хочу закончить как надломленная спичка в ураганном ветру…

Этим я и занялся…

Идущий по «левой» дороге плезиозавр первым получил три «прицепа» — груженые низкосортными железными и медными слитками повозки, направляющиеся в селение Осьминожные Ковали, где располагалось несколько кузнечных школ для новичков. И материала они в день пережигали своими неумелыми руками так много, что я даже и не сомневался, что поймаю этот частый заказ. Более того — я и на завтра еще договорился о такой же доставке.

А когда несмотря на утреннее время уже усталый складской управляющий на окраине Приглубья спросил, не смогу ли я под вечер забрать от кузней четыре повозки с кустарными поделками юных ковалей, я сверился со своими наметками и без раздумий ответил утвердительно. Получив задаток — первые деньги за сегодня! — я уже отплывал, но он окликнул меня и, рассматривая мою визитку, спросил:

— А доставки твои как называются-то, торговец?

Я ответил мгновенно, изо всех сил стараясь без ненужной напыщенности:

— Перевозки Бульквариуса, господин Фло-Гтолл.

— Я запомню — пообещал мне усталый кладовщик и мы разбежались.