Тайная жизнь Маши Ромашкиной - Март Амалия - Страница 6

Правильно, удачное!

На этот раз договориться о встрече в любимом кафе не удалось, парень оказался ярым сторонником активного времяпрепровождения. Максим, 27 лет, юрист, закончил МГУ. Звучало настолько неплохо, что я даже засомневалась, почему такое сокровище, к тому же весьма симпатичное, до сих пор не в отношениях. Правда открылась довольно быстро.

Шел пятый круг парковой аллеи, моросящий дождик превратил мое песочное пальто в произведение авангардного искусства, а мой собеседник не понимал ни одного прозрачного намека на перемещение в теплое место. Когда мы в очередной раз проходили мимо какой– то задрипанной будки с кофе, я даже достала кошелек, чтобы подтвердить свои серьезные намерения на счет согревающего питья. Но спутник и тут не проявил чудеса догадливости или просто джентльменского воспитания, и классической борьбы "я запла́чу, нет я запла́чу" не произошло. Максим топтался в сторонке, томно смотря на небо и не прекращая свой бесконечный трёп.

А трёпа за последний час хватило бы на троих, я и пару слов не могла вставить в бесконечный поток его скачущей от темы к теме болтовни. И пока мне готовили теплый чай с облепихой, мой мозг подкидывал разные варианты побега с этого мучесвидания. Был даже вариант отгрызть себе руку, лишь бы появился повод сбежать, что казалось вполне реалистичным, если учесть, как я задубела. Никаких больше парков до самого мая, ни– ка– ких!

– Так что, может в бассейн? – огорошил он меня ещё один круг спустя. Я, конечно, особо не слушала его, последние пару минут, все чаще примеряясь к левому локтю... но как можно было от размножения панд перейти к бассейну? Просто, вот, как? Я до сих пор в недоумении, как мы темы панд коснулись...

– Эм, не сегодня…– мягко начала я.

– Жаль, – горестно вздохнул он.

– Ага, мне еще работать сегодня! – неожиданно озарило меня. Конечно, тут и притворяться не надо, идеальная отмазка! – Так что пора…

– А, ну, я тогда тоже пойду. Готовь купальник, следующий раз встретимся в бассейне! – жизнерадостно кинул он, сунул руки в карманы куртки и бодрым шагом двинулся на выход из парка.

Я осталась стоять одна посреди лысых депрессивных деревьев, промокшая и озябшая, в полном недоумении. То есть, даже до метро проводить – слишком большая роскошь для такой как я, да? Блин, а может, я просто из тех девушек, для которых и не хочется все это делать? Которым не хочется дарить цветов, угощать теплым чаем, слушать ее…

Наверное, я сама виновата, что просто не умею себя подавать… Я очень долго никого из мужчин к себе не подпускала, а теперь уже и не знаю, как строить эти взаимоотношения. Хотя нет, я точно знаю, чья это вина.

И, клянусь, чертов Че в этот раз меня не переиграет!

Глава 5.

Всю ночь я метаюсь в полусне, сбивая ногами одеяло, слыша все сторонние звуки, но не в силах открыть глаза и оторваться от картинок в своей голове.

Я на идеальном свидании: стол, свечи, цветы, полумрак. Мой спутник протягивает руку и начинает кружить меня в танце. Он отлично танцует, мы идеально подходим друг другу как партнеры: медленный вальс сменяется венским, и он кружит и кружит меня, переходя в "променад", а затем «до– за– до».3^[3]И когда мы вновь оказываемся лицом друг к другу, наступает очередь танго.

Я слышу, как меняется музыка с легкой, ритмичной раз– два– три на тягучую, томную, обещающую волнительную историю. Мы начинаем с шага с проекцией4^[4], затем переходим в "прогулку", где партнёр идёт вперёд, а я спиной по линии танца. Мужчина уверенно ведет меня, я слышу его, чувствую, повинуюсь. Он прижимает меня сильнее к своему мощному торсу, моя голова оказывается на линии его ключиц и чувствую мужской терпкий запах, почти животный, природный, волнующий. Мы делаем крестный шаг вперёд, обрамленный пивотом5^[5]и завершаем связку хитрой остановкой – он выставляет свободный носок посреди моего шага, и я балансирую, крепко цепляясь за его предплечье. Очень медленно я поднимаю свободную ногу по его штанине, разворачиваясь лицом к партнеру. Непростительная шалость. Невыносимая необходимость.

Я не вижу его лица, оно скрыто полумраком и моим страхом, но обмануть сердце, которое стучит со скоростью, должно быть, сто двадцать ударов в минуту, нельзя. Его поцелуй обжигает, язык вторгается в мой рот и развязывает самую настоящую схватку с моим. Его руки, еще недавно целомудренно сжимающие мой торс и ладонь, теперь жадно впиваются в бедра. Мы снова кружимся, но лишь с одной целью – найти опору. Небольшой столик, ещё недавно уставленный атрибутами идеального свидания, теперь пуст и полностью в нашем распоряжении. Партнер усаживает меня на него, вклинивается между моих ног и жестко сжимает талию. Я обхватываю его торс ногами, немного отклоняясь на столе назад, упираясь локтями в твердую поверхность.

Мужчина прокладывает дорожку из поцелуев вдоль скул, по шее, проводит языком по бьющейся вене под ухом. Я дрожу от предвкушения. Его крупные жёсткие ладони спускают обе лямки моего платья и обнажают грудь. Он сжимает ее, одновременно впиваясь зубами в мое обнаженное плечо. Я вскрикиваю и одновременно задыхаюсь от невозможного желания. Чувствую болезненно– восхитительный спазм внизу живота, не могу ждать, хочу больше, сильнее, быстрее.

Он читает мои мысли. Одной рукой пробирается под подол платья и проводит по трусикам ребром ладони. Я задыхаюсь, задыхаюсь, задыхаюсь. Ложусь на спину, выпрямляя руки над головой, цепляюсь в край стола и выгибаюсь дугой. Его пальцы уже во мне, готовят, исследуют, а темный взгляд обжигает обнаженную кожу. Когда он врывается в меня одним мощным толчком, я почти умираю. Его пальцы больно сжимают мои бедра, когда он с бешенной скоростью входит в меня. Я чувствую всю его длину, толщину, силу. Я захлебываюсь собственными стонами и криками.

"Я всегда знал, Мышка, всегда знал" – яростно шипит он, и все прекращается. Я больше не в полумраке: рассвет освещает мою скудную квартирку, я зажимаю между ног одеяло, я одна.

Дышу так часто, что сейчас отключусь от переизбытка кислорода. Потоп между ног ясно говорит о яркости моих ночных фантазий. Сердце – заведенный мотор, отдается гулким биением в ушах. Такое со мной впервые.

Чертов Че и раньше посещал мои сны, но всегда лишь как проекция того, что уже было. Этот сон – больная извращённая подстава моего мозга. Ты болен, мозг, воспален, не иначе! Опускаюсь на жесткую подушку и пытаюсь прийти в себя. Смотрю на телефон – совсем рано еще, до будильника полтора часа, но, очевидно, после такого не заснуть.

Тащусь в ванную и принимаю быстрый душ, смывая наваждение этой безумной ночи. Все было так реалистично, так чувственно, так... так... невозможно хорошо. Многолетнее одиночество и воздержание сказывается, не иначе! А поскольку единственным, с кем у меня был подобный опыт, является чертов Че, именно он и посетил мой сон. Дурацкое подсознание же так и работает, да?

Пора завязать, наконец, отношения. Реальные. Оффлайн. С разговорами, ужинами и всеми сопутствующими последствиями. А еще танцы, да, будем много танцевать, я так скучаю по ритму, движению, адреналину. Мне часто снятся соревнования. Гораздо чаще, чем секс. Что логично, в танцах я провела более десяти лет, а в сексе...всего одну ночь.

Блин, я же обещала себе все это не вспоминать!

Восемь лет назад

Стою возле зеркала, провожу ладонями по своей шее, груди, животу. Не могу поверить, что это произошло. Краснею от воспоминаний о вчерашнем дне.

"Я так хочу тебя, мелкая" – взрывается теплом в груди.

Я изменилась? Стала теперь другой? Заметят ли это окружающие? Юлька говорила, что после ЭТОГО исчезает какая-то полоска на носу... или появляется… Верчу лицо из стороны в сторону, силясь что-то там разглядеть, но тщетно. Бред, конечно. У подруги вообще куча дурацких теорий на каждое событие в жизни: если перед первым свиданием увидела голубя – поженитесь, плохо целуется – плох в сексе, размер носа соответствует размеру... ну, понятно, короче. А последнее я теперь точно могу опровергнуть!