Случайные соседи - Мак Лина - Страница 6

— Но тебе больно, — тихо сказала Вера. — Прямо сейчас. Ты один, и тебе больно.

Он посмотрел на неё, и в его взгляде было столько отчаяния, что Вера не выдержала. Обняла его — просто так, крепко, не спрашивая разрешения.

Дмитрий замер. Потом обнял в ответ — отчаянно, будто она была спасательным кругом в шторм. Уткнулся лицом ей в шею, и Вера чувствовала, как его плечи дрожат.

Он плакал. Тихо, сдержанно, но плакал.

Вера гладила его по спине, по волосам, шептала:

— Всё хорошо. Ты не один. Я здесь.

Они сидели так долго. Минут десять, двадцать — Вера не считала. Дмитрий постепенно успокаивался, дыхание выравнивалось.

Он поднял голову, посмотрел на неё — глаза красные, но взгляд яснее.

— Прости, — сказал он хрипло. — Не хотел вываливать на тебя всё это.

— Не извиняйся. — Вера коснулась его щеки. — Тебе нужно было выговориться.

— Я не умею.

— Теперь умеешь.

Дмитрий смотрел на неё долго, и что-то в его взгляде изменилось. Потеплело. Смягчилось.

— Ты странная, — сказал он.

— Почему?

— Потому что не сбежала. Любой нормальный человек сбежал бы от пьяного опера, который ревёт на диване.

Вера усмехнулась.

— Я не нормальная.

— Вижу.

Он поднял руку, коснулся её волос — осторожно, будто боялся спугнуть. Провёл пальцами по пряди, убирая её за ухо.

— Вера, — начал он, и голос был тихим, надломленным. — Я не хочу делать тебе больно. Но боюсь, что сделаю. Потому что я... я сломан. Весь в трещинах. И не знаю, можно ли меня починить.

— Не нужно чинить, — прошептала Вера. — Нужно просто быть.

— Я не умею просто быть.

— Научишься.

Дмитрий смотрел на неё, и в его глазах была буря — желание, страх, сомнение. Потом он наклонился — медленно, давая ей время отстраниться.

Вера не отстранилась.

Их губы встретились — мягко, осторожно. Он целовал её так, будто она была хрупкой, драгоценной. Вера ответила, и что-то вспыхнуло между ними — искра, которая копилась дни.

Дмитрий углубил поцелуй, притянул её ближе. Вера обвила руками его шею, чувствуя, как мир исчезает. Есть только он — его губы, его руки на её талии, его тепло.

Он оторвался, прижался лбом к её лбу, дыша тяжело.

— Если мы продолжим, я не смогу остановиться, — сказал он хрипло.

— Тогда не останавливайся, — прошептала Вера.

Дмитрий замер, смотрел на неё — долго, изучающе.

— Ты уверена?

— Да.

Он поднял её на руки — легко, будто она ничего не весила. Понёс в свою комнату. Вера обвила его за шею, целуя в шею, в скулу, в угол губ.

Дмитрий опустил её на кровать, навис сверху. Смотрел так, будто видел в первый раз.

— Ты красивая, — сказал он. — Я хотел сказать раньше, но не мог.

— Почему?

— Боялся, что не удержусь.

Вера улыбнулась, притянула его к себе.

— Не удерживайся.

И он не удержался.

Он целовал её — жадно, требовательно, будто пытался запомнить каждый изгиб её губ. Руки скользили по её телу — сначала поверх одежды, потом под ней. Вера выгнулась, когда его пальцы коснулись её кожи — горячие, чуть шершавые.

— Дима, — выдохнула она.

— Я здесь, — прошептал он, целуя её шею. — Я с тобой.

Одежда исчезла — её футболка, его рубашка, джинсы. Вера видела его тело — мускулистое, со шрамами, каждый из которых рассказывал историю. Она касалась их пальцами, губами, и Дмитрий замирал, глядя на неё с таким выражением, будто не верил, что это происходит.

— Ты настоящая? — спросил он хрипло.

— Настоящая, — ответила Вера, притягивая его к себе.

Он вошёл в неё медленно, глядя в глаза, и Вера ахнула — от ощущений, от искр между ними, от того, как он заполнял её целиком. Дмитрий замер, давая ей привыкнуть.

— Хорошо? — спросил он.

— Да, — выдохнула Вера. — Не останавливайся.

Он двигался — сначала медленно, потом быстрее. Вера обвила его ногами, чувствуя, как внутри всё сжимается, напрягается, готовится взорваться. Как оргазм обещает быть умопомрачительным. Дмитрий целовал её — в губы, в шею, в плечо, шептал её имя, как молитву.

— Вера... Вера... моя...

Она сорвалась первой — с его именем на губах, сжимаясь вокруг него. Дмитрий последовал за ней через секунду, застывая, роняя голову ей на плечо.

Они лежали, тяжело дыша, сплетясь телами. Дмитрий перекатился на бок, притянул её к себе, обнимая так, будто боялся отпустить.

— Я не хотел, чтобы так вышло, — сказал он тихо.

— Почему?

— Потому что теперь не смогу отпустить тебя.

Вера повернулась к нему, посмотрела в глаза.

— Тогда не отпускай.

Дмитрий коснулся её щеки, провёл большим пальцем по губам.

— Я сломаю тебе сердце, — сказал он. — Рано или поздно.

— Или я сломаю твоё.

Он усмехнулся — грустно.

— Моё уже сломано.

— Тогда я соберу осколки.

Дмитрий смотрел на неё долго, потом притянул к себе, целуя в макушку.

— Ты слишком хорошая для меня, — прошептал он.

— А ты слишком упрямый для меня, — ответила Вера. — Но мы справимся.

Они уснули в обнимку, под утро. Вера слушала его дыхание — ровное, спокойное — и думала, что, возможно, впервые за два года он спал без кошмаров.

И это было важнее всего.

***

Вера проснулась от света. Открыла глаза, увидела Дмитрия. Он сидел на краю кровати, одетый в джинсы, спиной к ней. Плечи напряжены, голова опущена.

— Дим? — позвала она, садясь.

Он обернулся. Лицо закрытое, глаза холодные.

— Доброе утро, — сказал он ровно.

Вера почувствовала, как внутри всё сжимается от предчувствия.

— Что случилось?

Дмитрий встал, отошёл к окну.

— То, что было вчера... это ошибка.

Вера замерла, не веря своим ушам.

— Что?

— Я был пьян. Не контролировал себя. — Его голос был жёстким, почти злым. — Не должен был этого делать.

— Ты не был настолько пьян, — возразила Вера, чувствуя, как внутри поднимается гнев. — Ты знал, что делаешь.

— Знал. И всё равно сделал. Потому что эгоист. — Дмитрий развернулся, посмотрел на неё. — Вера, я не могу дать тебе то, что ты заслуживаешь. Я не умею быть в отношениях. Моя работа, моё прошлое — это всё мешает.

— Я не прошу тебя быть идеальным, — Вера встала, накинув простыню. — Я прошу просто быть честным.

— Я честен. — Дмитрий сжал кулаки. — Честно говорю: я не смогу. Я подведу тебя. Как подводил всех.

— Ты не знаешь этого.

— Знаю. — Он подошёл к двери. — Извини. Не стоило этого начинать.

Он вышел, закрыв дверь.

Вера стояла посреди его комнаты, завернувшись в простыню, и чувствовала, как внутри всё разваливается на части.

Он снова отстранился. После всего. После откровений, после близости, после того, как она видела его настоящего.

Он испугался. И сбежал.

Вера села на кровать, обхватив колени руками. Не плакала. Просто сидела, чувствуя пустоту.

А потом поняла: она не отступит.

Даже если он будет бежать, строить стены, отталкивать.

Она не отступит.

Потому что видела его. Настоящего. Сломанного. Живого.

И он стоил того, чтобы бороться.

Глава 6

Все последующие дни Дмитрий избегал её с маниакальным упорством.

Он уходил до рассвета, возвращался за полночь. Оставлял записки — ещё более сухие, чем раньше. «Уехал», «Вернусь поздно», «Не жди». Иногда вообще ничего не писал.

Вера видела его трижды за пять дней. Один раз — мельком в коридоре, когда он проходил мимо, глядя в телефон, даже не поздоровавшись. Второй раз — на кухне рано утром, когда она вышла за водой и застала его с чашкой кофе. Он кивнул холодно, взял чашку и ушёл в кабинет, закрыв дверь. Третий раз — поздно вечером, когда Вера услышала, как он вернулся, прошёл в ванную, потом в свою комнату. Она вышла в коридор, но его дверь была закрыта. Она постучала тихо.

— Дим?

Тишина.

— Дима, нам нужно поговорить.

— Не сейчас, — донеслось из-за двери. Голос усталый, но твёрдый. — Спи. Поговорим потом.