Теперь ты в армии (СИ) - Урусов Алексей - Страница 28

Когда мы вышли со склада, довольный взводный улыбнулся и тихо проговорил: — Чай и сухарики — это завсегда в жилу. За две недели всё подчистим в ночных бдениях. Я вот думаю, если мы всё же пустим слушок, тогда все, кроме морпехов и десантуры эту тушёнку брать не будут. И нам эти консервы будут выдавать без счёта — только бери, и мы мясом будем сверх меры обеспечены — надо же её кому-то скармливать?

— Ну, мы как бы с прапорщиком договорились, — отвечаю я задумчиво.

— Эх, сержант, — отвечает взводный, — вот хороший ты морпех, но нет в тебе изначально, или пропал дух авантюризма. Однообразно живёшь, без динамики. Всё у тебя чинно, благородно, по-старому. А без здорового морпеховского авантюризЬма жизнь скучная *…

Я, кстати, реально сержант — при вручении тельников выдали и новые погоны с тремя лычками.

Ротация на опорнике будет ночью, а дела по подготовке почти все сделали. Так что идём на обед в местную столовую. Пообедав, ждём тех, кто засиделся в столовке.

Из-за спины слышу голос: — Андрюха, братуха, здорово! И ты здесь! Блин, морпех! — незнакомый лейтенант с эмблемами инженерный войск на петлицах бросается ко мне и стискивает в объятиях.

Я немного в растерянности… кого-то он мне напоминает, пытаюсь вспомнить по энергетической картинке и шепчу: — Эдуард⁇!

— Я! Я! Эдька Полуэктин; блин, Андрюх, вымахал-то ты как! С трудом тебя признал. Ты здесь откуда?

— Вот, морпех. Служу, — улыбаюсь я.

Полуэктин немного отстраняется от меня и удивлённо трясёт головой, словно не в силах поверить такой встрече. Увидев подходящего Ходырева, он делает к нему шаг: — Добрый день. Эдуард Полуэктин «Лавина», — представляется он.

— Валентин Ходырев «Танкист», — представляется в ответ взводный.

— Земляка встретил, — сообщает ему Полуэктин. — Вы с точки или на точку? Уезжаете когда? Если есть время, я бы с часик с земляком пообщался.

Я замираю. Не очень у нас хорошие отношения сложились с Эдиком во Владимире, да и в целом ни разу мы по-мирному с ним ни разу не расходились: и на «нанайской» дуэли в лицее, и после, а уж участие его семьи в похищении барона Плетнева и других делах, после которого все мужчины его рода, и он, в том числе, загремели под суд, вряд ли навевают на него благостные воспоминания. И если мы где-то сядем «поговорить», не факт, что обойдётся без скандала или даже более тяжёлых последствий. А учитывая, что я всего-навсего матрос, а он — офицер, у меня может куча проблем возникнуть…

Взводный смотрит на стрелку циферблата: — Даю два часа. Первозванов, смарт не отключай, отсемафорь, что лёг на курс. Где будете? — обращается он уже к Полуэктину.

— В кафе заякоримся, — Эдик объясняется понятными для морпеха терминами, кивая в направлении входа в кафе, расположенного в том же здании, что и столовая.

У меня немного напряжение спадает: хотя бы публичное место. Если дойдёт до драки или других видов разборок, будет кому нас растащить…

Хотя, в энергетическом зрении вижу, что Полуэктин искренне рад. Жаль, понять причину радости я не могу: либо он в самом деле обрадовался встрече с земляком, либо в эйфории, что наконец надеется со мной «расквитаться»?

Проходим, садимся. Сразу же появляется официантка: — Добрый день, что-то закажете?

— Конечно, — Эдуард, как и положено старшему по званию берёт инициативу на себя. — Нам два кофе.

Взглянув на меня, поправляется: — Прошу прощения, один кофе и чайник чая, такой хороший, мой земляк в чае разбирается, — Полуэктин обаятельно улыбается официантке, та в ответ немного стреляет глазками. Вот всегда он это умел!

— Булочек с мясом, котлеты если есть готовые, сразу с десяток, ну и сладостей не слишком сладких, — Эдуард размещает заказ и вопросительно смотрит на меня.

Я пожимаю плечами. Озадаченно думаю: а драка что — в меню не включена? Её заказывать не будем? Я так-то уже пару подходящих стульев присмотрел — всё в лучших заветах капитана Трегубенко, учившего нас: — Морской пехотинец вступает в рукопашную схватку при следующих условиях: он про… автомат, истратил гранаты, сломал нож и встретил другого точно такого же чудака на букву «м» на ровной площадке без камней и палок.

Пока я размышлял, на нашем столе волшебным образом оказалась элегантная чашка с кофе, ещё одна пустая, и прозрачный чайник с чаем.

Дождавшись, когда я налью чай, Эдуард поднимает чашку и салютует ею: — Ну, за встречу, земеля!

Я поднимаю свою, чокаемся… Пьём.

Поставив чашку, Полуэктин суровеет, ловит мой взгляд и говорит: — Андрей, ты извини, даже прости меня за прошлое. Я только гораздо позже понял, каким долбоящером я был. И сколько глупостей сделал. И хорошим людям жизнь портил. Так что и присел заслуженно.

Согласно киваю: — Замётано!

Он разводит руками: — Пример был заразителен. И я только по малолетке не натворил дел на расстрел. А вот батя и старший брат отгребли по полной. И когда я сел, тогда и смог задуматься. Да и на людей вокруг по-другому смог взглянуть. Спасибо императору; поверил, удовлетворил моё ходатайство. Ну, так я за ленточкой и оказался. В феврале младшего лейтенанта дали. Сюда перевели. А уже в начале осени ещё одну звёздочку получил: здесь, за ленточкой, звания и награды быстро идут. Но и жизнь идёт тоже быстро. И у кого-то здесь и заканчивается…Ты-то как здесь очутился? Я зимой в отпуске был, во Владимире: ты же вроде в дипломатическую академию поступил и там учился?

Отпиваю чай, одновременно улыбаюсь: — Спецнабор по призыву. Повезло, можно сказать. Рад, что получилось. Буквально вот только учебную роту закончил, первый раз за ленточку еду.

— Знаю, знаю, морпеховские позиции, — машет он в сторону запада. — Там с десяток опорников плюс позиции помельче.

Согласно киваю: — А ты где?

Он немного тушуется: — Мы ваши соседи справа…

Понятно: ответить напрямую нельзя — типа, военная тайна. И дурить земляка неудобно.

— Аааа… — улыбаюсь я, — секретные понтонёры.

Полуэктин в ответ радостно кивает: видимо, ему не хотелось мне врать, но и рассказывать о своей службе он права не имеет. А поскольку общий инструктаж о соседях справа и слева для нас уже провели, то и представление о других войсках я имел.

— Я двух раненых привозил, — объясняет он мне своё нахождение в тылу, — так, зацепило немного ребят, отлежатся неделю, подлечатся и вернутся. Плюс боекомплект кое-какой получил и снарягу. И ночью назад, к своим…

Проговорили мы почти полтора часа. Конечно, немало было забавных историй из детства, Полуэктин рассказал, как получил свой позывной, поделился опытом действий за ленточкой.

Перед уходом, я заказал целый пакет булочек и котлет. Думал, приедем ночью на позиции, пока успокоимся, будет или поздний ужин, или ранний завтрак. Ага, наивный. Увидев меня, матросы обрадовались: не мне, а пакетам и тут же разметали всю заготовку. И правильно: в пакетах булочки помяться могут в дороге, а в желудках доедут до передовой в целости и сохранности.

Перед отправлением на опорник мы дружно отключили смартфоны, сложили их в ящик и передали на хранение.

Западная зона локального пограничного конфликта. Взводный опорный пункт.

Выгружаемся рядом с опорным пунктом, из кустов выскакивает большая чёрная собака и пара матросов боязливо пятится. Ходырев подаёт команду: — Боцман, ко мне!

Пёс начинает вилять хвостом и подходит к взводному. Почесав собаку за ухом, лейтенант говорит: — Боцман, знакомься, это свои.

Нам поясняет: — Сторожевой пёс по кличке «Боцман», является постоянным населением опорного пункта. Так что он здесь не только сторож, но и хозяин. И там ещё две кошки обитают.

Сменив взвод, державший опорник, мы несколько дней изучали его, одновременно укрепляя и улучшая, благо, было тихо. Так, изредка постреливали. Однако в очередной вечер мы поужинали, как никогда плотно. На таком «двойном пайке» пищи настоял наш командир взвода Ходырев: — Поляки на день народного единства всегда какую-нибудь пакость устраивают. У нас праздник, и мы отмечаем, что поляков из Москвы попёрли, и им это до сих пор серпом…Так что полезут завтра.