На грани помешательства - Лекс Ева - Страница 18

Утром я проснулась решительно настроенной, пора сделать видимость примирения с Яном. Мне нужно убрать охрану, иначе сбежать не получится.

Я вышла на кухню, Ян готовил завтрак. Отлично, кажется, он тоже хочет помириться.

— Доброе утро, — приветствует он меня, прощупывая почву моего настроения.

— Доброе утро, — я пристально посмотрела на него, видимо, не ожидал, что я ему отвечу.

— Будешь завтракать?

— Да, спасибо.

Мы сели за стол. Ян сварил овсянку и добавил сверху клубнику. Есть мне совсем не хотелось, я лениво ковыряла ложкой, молчание затягивалось.

— Я рад, что у нас будет ребенок, — он опять взглянул на меня. «А я нет!» — хотелось мне выкрикнуть. Но ответила я совсем другое:

— Я тоже, наверное, рада, но ты меня изнасиловал! Не хочешь поговорить об этом? — холодно взглянула я на него. Нужно вести себя правдоподобно.

— Хочу. Извини, я вышел из себя, я не должен был этого делать! Но и ты меня пойми, ты обманывала меня несколько месяцев, я очень разозлился.

Он придвинулся ближе, положил руку мне на живот и улыбнулся. Я тоже выдавила из себя улыбку, пересиливая себя изо всех сил. Видимо, Ян воспринял это за мое прощение, тут же поймал меня за подбородок, притянул к себе и поцеловал. Сколько раз его губы касались моих за этот год? Очень много, мне нравилось с ним целоваться. Но теперь что-то сломалось: от его прикосновения меня затошнило. В этот момент я четко осознала: я его никогда не любила! Я резко подскочила и побежала в туалет, меня вырвало!

Я вернулась через несколько минут.

— Кажется, токсикоз начинается, — соврала я. Притворяться будет сложнее, чем я думала!

Все выходные мы провели вместе. Съездили в клинику на УЗИ, там подтвердили мою беременность, плодное яйцо нашли в матке. Доктор улыбнулся и сказал, что всё замечательно! Остальное время мы валялись в кровати и смотрели фильмы, я ссылалась на плохое самочувствие и тошноту, и, слава богу, он меня больше не трогал.

В понедельник я поехала на сеанс к своему психотерапевту, я всё продумала заранее! Я очень много говорила, так сказать, выливала свои эмоции.

Я развалилась на кушетке и смотрела на миленькую, пухленькую женщину, сидящую за столом напротив меня. За сколько же ты продала меня? А ведь я доверяла ей и изливала свою душу! Как же внешность бывает обманчива — убеждалась я в который раз.

Мне не пришлось ничего делать. Все нужные вопросы она задавала мне сама.

— Кира, что ты почувствовала, узнав о беременности? — спросила она.

Я прикрыла глаза — не хочу её видеть — и начала свой заготовленный рассказ.

— В первый момент это был шок, злость на Яна, разочарование. Честно говоря, я закрылась в комнате и проплакала несколько часов. А потом у меня как будто что-то щелкнуло: это ведь мой ребенок, частичка меня и Яна, и я поняла, что уже люблю его. Я успокоилась, это уже произошло, обратно время не вернуть. Я поняла, что сейчас самое главное — наш малыш, нужно сосредоточиться на своем здоровье и перестать нервничать. Мы даже помирились с Яном на следующий день, — нещадно врала я.

— Очень хорошо, — услышала я её монотонный голос. — Тебя что-нибудь беспокоит ещё?

— Да, — вздохнула я, — я хочу наладить отношения с Яном. Но он мне как будто не доверяет, меня это обижает и задевает, — я открыла глаза и встретилась с ней холодным взглядом, — он приставил ко мне кучу охраны, они даже на пары со мной ходят. Я чувствую себя запертой в золотой клетке, — я опять закрыла глаза и замолчала.

Глава 19. Кира

Мой план удался. В понедельник я поехала на пары в сопровождении всего одного охранника, и он остался меня ждать в машине. Отлично!

После пар я сказала, что хочу съездить в ТЦ, и меня опять отпустили одну. Мне срочно нужно достать денег!На первом этаже я увидела ломбард — отлично. Я сдала украшение, подаренное Яном, его оценили всего в пятьдесят тысяч, хотя стоило оно двести пятьдесят. Я посмотрела цену, но у меня не было выбора, пришлось согласиться на малое. Осталось достать еще двести тысяч! Что ж, настало время золотой карты, подаренной Яном. Я зашла в первый попавшийся бутик, ошалела от цен, но целенаправленно направилась выбирать одежду. Я взяла нижнее белье за десять тысяч, кофту за двадцать и джинсы за тридцать пять тысяч долларов, пробила их по карте. А через пять минут подошла к девушке-консультанту, я выбирала её интуитивно, чисто на удачу. Я сказала, что хочу вернуть джинсы, но не по карте, а за наличку, и готова на полцены. Она окинула меня понимающим взглядом:

— Папик не дает денег? — усмехнулась она. А я лишь кивнула в ответ головой. В итоге я получила двенадцать тысяч долларов. Что ж, неплохо!

За ужином я мило общалась с Яном.

— Начала пользоваться наконец-то картой? — с улыбкой спросил он.

— Да, — я улыбнулась в ответ, — кажется, гормоны действуют на меня странным образом.

Но вот оборону держать становилось всё сложнее: Ян меня постоянно пытался поцеловать, я ссылалась на тошноту, но я не знала, насколько долго его будет сдерживать эта отговорка.

До конца рабочей недели я сумела добыть сто тысяч долларов, сдавая часть брендовых шмоток в разных бутиках, один раз съездила в спа-центр, который я выбрала исходя из своего плана побега. У него было идеальное расположение, один из многолюдных районов, несколько входов и выходов, легко затеряться в толпе.

Наступила суббота, а это значит, что наступает время «семейного» обеда. Как же мне не хочется туда ехать, но надо, я не должна вызывать подозрения!

Мы как обычно сидели в VIP-зале. Алекс сел опять напротив меня!

Ян взял бокал и постучал по нему, привлекая всеобщее внимание.

— Семья, у меня есть для вас прекрасная новость, — Джонсоны уставились на него, — мы с Кирой ждем пополнения в семействе, Кира беременна, — Ян расплылся в улыбке и посмотрел на меня. В ответ мне пришлось выдавить тоже подобие улыбки.

Дэвид стал поздравлять нас, он отреагировал очень бурно. Потом они переключились на разговор с Яном. А я почувствовала острый взгляд на себе, подняла глаза и встретилась взглядом с Алексом.

— Ты проиграла, — прошептал он одними губами, скорчил сожалеющую гримасу, а потом расхохотался. Семейка уже давно не обращала внимания на его сумасшедший смех, Ян и мистер Джонс даже не обернулись, только я никак не могла привыкнуть к этому звуку — у меня каждый раз кровь стыла в венах.

— Ещё посмотрим, — зачем-то ответила я Алексу и прикусила язык. Он резко перестал смеяться. Черт меня дернул ляпнуть эту фразу, Алекс и так меня может выдать в любой момент. Он изучающе смотрел на меня весь вечер и больше не проронил ни слова.

Наконец-то мы вернулись домой, я сняла туфли с уставших ног и поплелась в ванную. Но остаться одной мне не удалось, следом за мной вошел Ян. Неприятно нахлынули воспоминания, я боялась его, и это трудно было скрывать! Он притянул меня к себе и нежно поцеловал, но моё тело напряглось лишь сильнее от его прикосновений.

— Я так тебя хочу, — прошептал он мне на ухо, — ты изводишь меня уже месяц, может быть, достаточно меня наказывать? — прикоснулся он своим лбом к моему.

Я судорожно пыталась придумать, что ответить!Но он моё молчание принял за знак согласия! Теперь он накинулся на меня уже с жадными поцелуями, по-хозяйски исследуя мой рот. Мне нужно ответить, иначе он заподозрит неладное!Преодолев свой страх и подкатывающую тошноту, я впилась в его губы; он не распознал притворства и с удвоенной силой начал отвечать на мои поцелуи. Прижал меня к стене и начал срывать с меня платье. Я резко вскрикнула и согнулась. Ян тут же схватил меня и начал спрашивать, что случилось. В его глазах я увидела страх!

- Живот заболел, — прошептала я.

- Быстро едем в больницу, — скомандовал он, подхватил меня и понес на руках.

До клиники мы ехали минут десять в полной тишине, только Ян периодически спрашивал, как я, и хмурился.