Спокойный Ваня 6 (СИ) - Кожевников Павел Андреевич - Страница 14

Рабочие, увидев происходящее, начали разбегаться и прятаться. Только Бруно, наоборот, направился к Тане. Дойти до неё он не успел. Из кустов выскочил белый медведь и в несколько больших скачков оказался возле девушки. Низкий рык, перекрывая остальные звуки, разнёсся по округе.

Таня раздражённо отмахнулась от зверя лентой из молний, на которую тот не обратил никакого внимания. Последовавший далее рык оказался ниже по тону и вместе с ментальным воздействием пробрал девушку до самых глубин подсознания, и она медленно осела на землю.

Молнии в котловане, который был раньше бассейном, стихли. Бруно подбежал к лежащей девушке и проверил пульс. Он был ровный и подозрений не вызывал. Архитектор пошлёпал Татьяну по щекам.

— Что? — Она в недоумении открыла глаза. — Господин Бруно? Что произошло? Ох! — Она села, повернула голову к мишке и, кажется, обменялась с ним мыслями. — Бруно, помогите мне подняться. — Она протянула ему руку.

— Татьяна Павловна. — С заботой в голосе спросил архитектор. — Как вы себя чувствуете? Что с вами случилось? — Он помог девушке подняться на ноги. — Пойдёмте, я вас провожу.

Медведь замер, продолжая следить за девушкой. Когда Таня поднялась, он развернулся и не торопясь удалился в кусты.

— Спасибо, Карло. Я в полном порядке.

— Я настаиваю, Татьяна Павловна. — Упёрся Бруно, продолжая крепко придерживать её за руку. — После вот этого вот. — Он показал на заметно увеличившуюся чашу бассейна. — Я лучше передам вас в руки мужа.

— Если он не побрезгует, после всего, что я сегодня наговорила. — Грустно усмехнулась Таня, но руку вырывать не стала. С упёртостью Бруно она была хорошо знакома.

Архитектор, бережно поддерживая Татьяну, повёл её в сторону лагеря. Девушка шла молча, глядя себе под ноги. Бруно, как человек деликатный, вопросов не задавал. Кроме проблем работодателей, у него хватало, над чем подумать. Например, о ремонте почти готового бассейна. Хотя правильней сказать о его полной переделке. Проще подправить проект, изменив размер бассейна, чем приводить его в соответствие с исходной документацией.

У входа в лагерь их встретил майор. Он посмотрел на Татьяну внимательным взглядом, чуть задержался на её лице и коротко кивнул Бруно:

— Дальше я сам. Спасибо, Карло.

— Демьян, у Татьяны Павловны был нервный срыв. Приглядите за ней, а лучше вызовите Эммануила Витольдовича.

— Он уже едет, Карло. — Успокоил его майор. — Пойдёмте, Татьяна Павловна, я отведу вас в постель. Вам лучше немного отдохнуть и прийти в себя. Иван сейчас занят и в любом случае раньше чем через два с небольшим часа в Аберрацию не отправится.

— Хорошо, Демьян. — Согласилась она.

Мэнни вылез из машины и сразу пошёл на кухню. Вызвал его Демьян, так что подробности следовало узнавать тоже у него. Кроме майора, на кухне сидел немного напряжённый Александр и вечно улыбающийся Ама. Маша примостилась за дальним столиком и увлечённо рисовала, высунув от усердия язык.

— Я так понимаю, Иван опять что-то учудил? — С порога задал он, в общем-то, риторический вопрос.

— Честно говоря, я сам в полном недоумении. — Признался майор. — Всё пошло совсем не так, как показывал мне Лука. Иван уходит сегодня. Примерно через полтора часа.

— Саша, ты потянешь создание большой лечилки? — Обратился лекарь к Александру. — Учти, конструкт получится высшей сложности и перенести его надо в этрусское золото.

Ученик Ама выпучил глаза от удивления и замер с открытым ртом. Но при этом думать не перестал, так как почти сразу ответил:

— Технически я не вижу в большой сложности. Насколько понимаю, донором мыслеформы будете вы, значит, работа ещё упрощается. Вот только сам перенос получится излишне долгим. Кроме боязни неизбежных ошибок, я совсем не уверен, что уложусь в оставшееся время, даже если начну прямо сейчас. — Александр выглядел расстроенным из-за того, что не может помочь. — Мои способности оперировать магической энергией значительно скромнее, чем нужно для выполнения быстрого переноса.

— С оперированием у тебя проблем не будет. Главное, что ты внутренне готов взяться за эту работу. — Мэнни достал из кармана маленький флакончик и протянул парню. — Пей. Это зелье концентрации. Поможет тебе не забыть существенные мелочи при переносе. Я пойду узнаю, как дела у Ивана.

Конструкт великолепно справился с охлаждением не только слитка, но и печки в целом. Остывшую отливку я закинул в установку извлечения, поставив на неё руну кислорода. Насколько я понял из проведённых экспериментов, именно удаление кислорода из отливки сильно влияло на качество конечного сплава. Хотя без очистки он всё же оставался пригодным к использованию.

Видимо, другие примеси, которые местные не могут удалить химическими методами, более пагубно влияют на свойства получаемого сплава. Шамотный кирпич, из которого у меня сделана печка, не очень-то растворяется в расплаве, загрязняя его. Другой причины, почему местные не научились получать эти сплавы сами, у меня не находилось.

В то время, что шла плавка, мы со Степаном занимались сборкой дополнительного накопителя. В целях экономии пурпурного золота, я отлил из него стержни для клеящего пистолета. С его помощью соединял алмазы и куски кварца в одну конструкцию. Хотя ранее планировал их банально утопить в куске пурпурного золота.

Из-за хрупкости последнего приходилось работать очень аккуратно. После присоединения увеличенного накопителя к конструкту раздачи энергии, я залил получившееся безобразие жидким камнем. С чувством удовлетворения, которое возникает, когда завершаешь давно откладываемую работу, я погладил получившийся брусок диабаза.

— Неужели эта хрень будет работать? — Степан не разделял моего энтузиазма.

— Поверь, эта, как ты говоришь, хрень, уже работает. — Я хлопнул ладонью по отвердевшему камню.

Переключаясь на магическое зрение, я периодически контролировал прохождение потоков и одновременно подзаряжал алмазы, поэтому был уверен в своих словах.

— Иван, я приехал! — Послышался голос Мэнни снаружи.

Приезд его автомобиля я слышал прекрасно. Долго же он шёл от машины.

Подхватив конструкт, отнёс его в сторону и лишь потом выглянул из палатки.

— Привёз зелье? Выучил что хотел? — Засыпал я лекаря вопросами.

— Ты сделал основу под конструкты? — Задал Мэнни встречный вопрос, показывая, что причину вызова он понял прекрасно.

— Заканчиваю. Александр готов? — Лекарь кивнул. — Тащи его сюда.

— Держи текст. — Я протянул Александру листок, по которому совсем недавно Степан зачитывал свою клятву. — Повезло тебе. Клятву дашь немного раньше, чем я рассчитывал.

— Ваше Величество, я говорил уже Эммануилу Витольдовичу, что не успею перенести в заготовку его конструкт.

— Успеет. Он всего ещё не знает, поэтому так говорит. — Мэнни кивнул на Степана. — Он под клятвой?

— Вчера дал. Ко мне в мастерскую без клятвы только зайти можно. — Оптимистично улыбнувшись, я кивнул Александру на листок. — Читай. Я тебя, конечно, не принуждаю, только ведь это было и твоим желанием.

— В тексте ничего не говорится про запрет на азартные игры. — Указал менталист на явное несоответствие его первоначальным замыслам.

— Я помню. Будет тебе запрет, но потом. Не тяни. Сам говоришь времени мало.

После принесения клятвы Александр лишь поёжился. Бурного выражения эмоций, как у других, не последовало. Я прочитал свою часть клятвы. Мысленно её завершив, и, стараясь, чтобы пауза получилась не сильно заметной, добавил:

— Если узнаю, что ты поспорил или сделал ставку. Без разницы на что. Хоть на деньги, хоть на щелбаны. Я тебя найду и убью самым жестоким образом. Ясно?

— Надеюсь, ты понимаешь, что делаешь, давая такую клятву. — Хмыкнул Мэнни. Будучи не вовлечённым в процесс и обладая огромным опытом, он прекрасно уловил, что последняя фраза к клятве не относится.